Место дамагера хилеру не предлагать - 3

Глава 5

Лекс был адмиралом флота не зря. Военный искин, как-никак. И пилотом он был прекрасным, я это давно заметила.

Кто бы не пытался нас «гонять» по периметру, военных среди них отродясь не встречалось, да и военных искинов не было. А обычные игроки… ну что игроки. С искином, которого обучали, как офицера армии, с «вилкой» на генеральские погоны, даже самые злобные враждебные команды не справлялись.

А ведь на борту, помимо Лекса было еще несколько военных искинов.

Ну и устроили мы противнику, превосходящему нас численностью партизанскую звездную… разгерметизацию!

Это не я такая злобная. Это Лекс придумал, а все остальные искины дружно поддержали.

Так как корабли противника персональных искинов не имели, а Лекс это специально проверял перед нападением, особых угрызений совести я не испытывала.

Что именно делал этот бывший адмирал?

Шаг первый, в состоянии стелс – обнаружение противника. В основном в качестве жертв подразумевались линкоры, они большие – не промахнёшься, попадешь с гарантией, ну и проделывают существенную финансовую дыру в кошельке потенциальных противников. Как-то мы поменялись местами, и уже было не очень понятно, кто из нас агрессор, а кто нет. То есть, из Лекса опять получился великий злодей, но на этот раз все происходило в рамках эвента.

Шаг второй – расчёт скачковой траектории, чтобы оказаться у выбранного в «жертву» линкора противника в «мертвом углу», там, где следящие камеры «не видят» происходящего. Лекс справлялся с этим превосходно, но, несмотря на это, подключал к решению проблемы и других искинов. Зачем – только Лекс ведает. Меня он в свои планы не ставил, хотя, вроде бы, я – кланлид. И обязана быть в курсе дела.

Шаг третий – Лекс проверял, что на борту нет непривязанных искинов и сам линкор не является искином. В случае отсутствия неписей на борту - линкор уничтожался. В случае если непривязанные искины на борту всё же присутствовали, Лекс уничтожал маршевые и скачковые двигатели такого линкора.

На обеспечение жизнедеятельности экипажа космического объекта (то бишь, на наличие воздуха и отопления на борту линкора) такие действия Лекса никак не влияли. Но линкор временно приходил в негодность.

Вся эта партизанская деятельность велась не просто так. У всех присутствующих заметно подросла экспа. Тем более, продолжать экспедицию, не «стряхнув» с хвоста два флота неприятеля не представлялось возможным.

Хотя мне, если честно, было не по себе. Какой-то из этих линкоров обладал вирусом, стирающим искинов полностью, и мне бы не хотелось экспериментальным способом найти виновника недавних проблем моих искинов.

Поначалу я думала, что сумею это вычислить, забравшись в логи, но, оказывается, эта информация не отображалась, а отследить это по попавшим в корабль-разведчик не представлялось возможным.

Кто по нам только не попал! И, к сожалению, стреляли (и попадали!) из линкоров и фрегатов, приписанных к разным флотам. Это означало лишь одно: даже в каком флоте находится потенциальный преступник сказать с точностью до ста процентов я не могла.

Почему преступник? Применение вируса по отношению к моим искинам было преступлением, вообще любая попытка стирания искина, находящегося в процессе социализации и получившего гражданство являлось преступлением, сравнимым с убийством. А в Швеции по этому поводу еще и за дискриминацию срок добавили бы.

С учётом того, что клан был шведской приписки (то есть, платил немаленькие по игровым законам налоги) оное законодательство нас и защищало. С переменным успехом. То, что часть искинов была русской сборки и первичную социализацию (провалившуюся) эти искины получили у русских, ничего не значило: где платишь налоги, там и тапки, одним словом.

За неполные двое суток мы уничтожили четыре линкора противника и обездвижили еще четырнадцать.

Какой, однако, дискуссии мы удостоились в чате игры!

Привести ее в пример было, в принципе, невозможно, по той простой причине, что компьютерная игра звуковые ругательства не пропускала банальным «би-ип», а письменные «выражения общественного негодования» переводила, заменяя словами-синонимами, стараясь сохранить если не смысл, то хотя бы общий дух высказывания.

Вот и приходилось мне читать в чате о том, какая я нехорошая девочка, какие у меня нехорошие искины, какой мы нехороший клан, и как нехорошо мы поступили, полностью уничтожив чей-то линкор. Единственный глагол, который проходил без цензуры – глагол «иметь». Но даже он использовался не по назначению. И как мы нехорошо поступили, когда уничтожили двигатели но не тронули на линкорах их СЖО* (то есть, систему жизнеобеспечения), раз уж решили уничтожить линкор.

По какой такой причине у противника появилась искренняя любовь к тотальному уничтожению всего и вся? Все дело было в правилах игры. Уничтоженный в бою и застрахованный линкор восстанавливался с помощью страховки за небольшую плату. В случае частичной поломки, когда система жизнеобеспечения на кораблях повреждена не была, владелец транспортного средства (типа - линкор) обязан был оплатить ремонт и доставку необходимого для ремонта оборудования самостоятельно.

Страховка покрывала лишь пятьдесят процентов такого ремонта, да и то – максимум. Вот и выходило на круг, что игрокам в случае нападения противника выгоднее слетать на респ, и получить свой линкор в целости и сохранности по страховке, чем пытаться наладить ремонт в отдаленной части галактики, практически за свой счёт.

В конце концов, читать о том, какие мы злобные гоблины мне надоело и я залезла в меню, поглядеть на «прогресс». Для меня, нубки в душе, все эти цифры были слегка абстрактны, но их постоянное повышение радовало. И уровень слегка подрос, и новый искин к клану присоединился!

Аюми

Раса – человек

Уровень – 486 (до следующего уровня 2035 единиц)

Класс – лекарь

Специализация – командир яхты, глава клана.

Клан – "Пастухи мироздания - суть велоцирапторов" (27 035).