Метаморфозы Катрин

Глава 6

-- Леди Катрин, вставайте! Просыпайтесь, а то леди Тирон разгневается! -- меня кто-то тряс за плечо. 
Понимание, что я не сошла с ума -- пришло сразу. Вместе с ним пришел и страх. Катрин -- это я. И говорят не на русском. И не на английском. Со скуки я весьма сильно увеличила свой школьный багаж языка. Но я все понимаю. А говорить смогу?
-- Прекрати меня трясти! Я уже проснулась!
-- Леди Катрин, надо одеваться и идти, леди Тирон приказала сразу после завтрака привести вас.
Я открыла глаза, глупо так прятаться от новой реальности. Но всё равно страшно. И очень холодно. В комнате из камня и почти без мебели.
Мне казалось, что с первых слов догадаются, что я -- подменыш. Но пожилая тетка рядом со мной ни о чем таком не думала, а просто тянула меня за руку с кровати. Я вырвала руку, слегка шлепнув её по предплечью. 
-- Не хватай меня, я сейчас встану. 
Я помнила, что тело здоровое, но первый шаг мне дался не легко. Казалось, что все мышцы в ногах окаменели, я пошатнулась и чуть не упала. Тетка подхватила меня и усадила опять на кровать с сероватым несвежим бельём. 
-- Давайте уже одеваться, леди.
На ней было засаленное до невозможности суконное платье ниже колена, но не в пол. Сверху серый передник с пятнами.
Пока я сидела, она натянула на меня толстые вязаные чулки из колючей шерсти и кожаные туфли. Ноги у меня как палки, тощие, аж синеватые, груди еще нет совсем. Потом тетка стянула меня с кровати и, поставив рядом с собой, ловко, прямо на ночную рубашку, одела тяжелое суконное платье, зашнуровала его на спине, и сверху -- меховую неуклюжую безрукавку на завязочках. Не могу сказать, что это меня сильно согрело. Я с интересом осматривала свои руки, а в душе поднималась волна восторга -- я могу ходить! Я больше не прикована к креслу! Господи, спасибо тебе, если ты есть! Не знаю, кто там у меня был под видом ангела, но и тебе -- спасибо!
А руки были детские, худые, с тонкими аккуратными пальчиками. И очень нежной кожей на ладонях. Красивые руки. Нужно бы узнать, как зовут женщину. Тут мне повезло. Из-за двери кто-то крикнул: Дага, иди, забери завтрак!
Тётка оставила меня в покое и вышла в коридор. Я осмотрелась -- каменная комната, узкое окно, как бойница. Стекло покрыто изморозью и часть ее подтекает каплями прямо на подоконник. Кровать с двумя подушками, не слишком теплым одеялом и сероватым грубым бельём. В стену вмурован камин. Он не топится. Рядом с ним стоит низенький стульчик со спинкой. Плохо обработанное дерево, даже трещина на сидении. Ближе к окну дощатый стол и на нём грязная миска с остатками непонятно чего. Хлебные крошки и глиняная кружка с запахом кислого вина. 
Ненормальные что ли? Ребенка вином поить. 
Вернулась Дага, выставила с подноса на стол миску с каким-то месивом, но хоть горячее, прямо парок над ним, кусок серого ноздреватого хлеба, сунула мне в руку большую неудобную ложку и, поставив на стол кружку с горячим напитком, стала сгружать грязную посуду на деревянный поднос. 
-- Кушайте быстрее, леди.
-- Дага, я в туалет хочу.
-- Так ваза ваша под кроватью, как всегда.
И вышла из комнаты.
Ваза, я так понимаю, это -- ночная ваза, горшок, по русски говоря.
Я встала на колени и полезла под кровать. Ага, вот и он.
Горшок был без крышки и уже использован... Гадость какая... Но деваться особенно некогда. Я не нашла в комнате ни воды -- умыться, ни полотенца. В углу еще стоял небольшой сундук с замком. И всё. А выйти в коридор я не рискнула.
Попробовала кашу -- размазня, что-то типа гречки без соли и сахара, но горячая. Неохотно съела пару ложек. В кружке был горячий травяной отвар, даже немного с мёдом. Я выпила его и осталась сидеть за столом. Что делать дальше я пока не знала.
Вскоре вернулась Дага.
-- Пойдемте, леди Катрин, вас уже ждут.
-- Дага, мне нужно умыться.
-- Зачем?
-- Дага, ты чья служанка?
-- Ваша, леди, с самого детства -- ваша. Что это вы спрашиваете?
-- Если ты моя служанка, почему ты задаешь мне вопросы, а не делаешь то, что мне нужно?
Она посмотрела на меня, вздохнула, взяла за руку и повела за собой. Привела она меня на кухню, где слила на руки теплой водой и дала вытереть лицо относительно чистым кухонным полотенцем. Ужасно... Я дама терпеливая, но в таких условиях жить... Горел открытый очаг, суетилась высокая костистая повариха, командовала и ругалась. Мрачный мужик наливал воду в большой котел у очага, суетились две молодые девчонки.
Ладно, надо бы выяснить, что там с моим замужеством.
-- Всё, леди Катрин? Теперь вы довольны?
-- Пока  -- да. 
-- Пойдемте, а то леди Тирон опять злиться будет.
Дага вела меня по промерзшим коридорам дома? замка? Непонятно...
Комната, в которую она меня привела, отличалась от моей. Сильно. В ней было  тепло -- горели сразу два камина. На полу лежал толстый ковер. И, похоже, даже не прямо на полу. Очевидно под ним еще слой войлоков -- он приподнят над полом сантиметров на пять. На ковре красивая молоденькая девушка, в таком же платье как у меня, играла с симпатичным малышом лет двух. И, хотя на ребенке тоже было платье, мне показалось, что это мальчик. На стенах висели гобелены и расшитые войлочные ковры. Разные по стилю и качеству, но, несомненно, теплые. Стояла большая кровать с балдахином. Был стол под красивой скатертью, на столе -- металлическая ваза, может даже -- серебро, с выпуклым рисунком. В вазе горкой лежали булочки. Несколько неудобных на первый взгляд кресел, резных, с низкими спинками и с подушками на сиденьях. Подушки из такой же толстой яркой ткани, что и скатерть. За столом сидела молодая женщина, лет двадцать пять, не больше. Теплое платье из густо-синей ткани, сброшенная от жары меховая расшитая жилетка лежала на соседнем кресле. На углу скатерть была сдвинута и там, на белой салфетке, стоял красивый кубок серебряный, с цветными камушками, и тарелка с жареным мясом, которое пахло совершенно одуряюще...
-- Ну, леди Катрин, вы подумали?