Метка Истинности
8
Глава 8
Он наклонился ближе, его глаза, горящие золотом, были прикованы к её губам. Дыхание Кая опалило её кожу, в нём чувствовался легкий запах дыма и что-то пьянящее, первобытное. Алиса ощутила, как мир вокруг сужается до этого момента, до его близости, до пульсирующей метки на её руке. Её сердце билось бешено, но не от страсти, а от паники. Воспоминания о Лили, о пылающей деревне, о страхе, который она тогда пережила, захлестнули её. Это был дракон. Он был частью того, что разрушило её жизнь.
"Нет!" — вырвался у неё истошный, полный ужаса крик. Он прозвучал резко, ломая напряжение момента, разрывая тишину старой лестницы. "Я не хочу! Или драконы не только убийцы, но и насильники?"
Это было как удар. Слова Алисы, острые, как клинок, пронзили Кая. Его тело мгновенно напряглось. Золотое пламя в его глазах померкло, сменившись выражением ошеломления, а затем глубокой, раненой боли. Он резко отпрянул, словно обжёгся. Рука, которая так крепко сжимала её запястье, ослабла, и Алиса тут же отдёрнула свою, пряча метку под рукавом, хотя знала, что уже слишком поздно.
Кай отступил на пару шагов, его плечи поникли. Воздух вокруг него, ещё минуту назад горячий от его желания, вдруг стал холодным и разреженным. Он смотрел на неё, и в его янтарных глазах теперь читалось не торжество, а странное сочетание шока и горечи.
"Я не трону тебя насильно," — произнёс он низким, надтреснутым голосом, который лишь отдалённо напоминал его обычный бархатистый тон. В нём слышалась неподдельная боль. "Никогда. Но ты моя, Алиса. Моя истинная пара. Я... я не смогу жить без тебя."
Алиса, ещё дрожа от пережитого, почувствовала в себе новую волну упрямства, граничащего с отчаянием. "Тогда ты умрёшь," — жёстко ответила она, её голос был холоден, как лёд. — "Я добровольно с тобой не буду."
Её слова, казалось, добили его. Лицо Кая исказилось от невыносимой муки. Он смотрел на неё так, словно она только что вырвала ему сердце. Развернувшись, он стремительно сбежал по лестнице вниз, его шаги гулко отдавались в тишине.
Алиса осталась стоять, прижавшись к холодной стене. Шрам на запястье перестал светиться, но продолжал пульсировать, отзываясь тупой болью в её груди. Она оттолкнула его. Заставила отступить. Но почему-то вместо облегчения она почувствовала лишь опустошение. И эту странную, сосущую пустоту там, где только что была его близость. Она победила. Но чувствовала себя проигравшей.
Отредактировано: 19.07.2025
Добавить в библиотеку 