Метка тьмы

Водоворот воспоминаний

Алексия достала с одной из полок альбом. Раньше у неё была привычка распечатывать фотографии, и вот сейчас она могла переворачивать лист за листом, смотря на моменты из своей прошлой жизни. Она любила это делать после каждой выполненной задачи — словно окуналась в прошлое и показывала тем, кого уже нет, свою нынешнюю жизнь.

Чаще всего она останавливалась на снимках родителей — улыбающихся, обнимающих свою единственную дочь. Лица, которые теперь никогда не постареют.

А потом на фотографиях появился **он**.

Светловолосый парень с ярко-голубыми глазами. Они учились в одном классе. Он таскал её рюкзак, сидел за одной партой и жил по соседству. Она могла прийти в его дом в любой момент — так же, как и он. Даже не помнила, когда он стал для неё больше, чем другом.

Алексия улыбнулась, вспоминая выпускной — их первый поцелуй. Запах его кожи она уже забыла, но смех помнила до сих пор. Он был тем самым ярким лучиком солнца, который заставлял её смеяться, даже если минуту назад она рыдала.

Ей было невыносимо тяжело отпускать его. И родителей. После их смерти мир потерял все краски, превратившись в серую пустоту. Потребовались **годы**, чтобы снова начать жить, чтобы попытаться отпустить прошлое.

И вот, когда казалось, что она наконец справилась, — **он вернулся**.

Его улыбка была **точно такой же**. Если бы не демоническая сила, исходившая от него, она бы решила, что он всё ещё жив.

Руки задрожали, слёзы застилали глаза, а ком в горле предательски мешал сглотнуть. Закрыв альбом и убрав его на место, Алексия отправилась в душ. Вода хотя бы немного приводила её в чувства.

Она помнила правило: **даже если не хочется ничего делать, нужно хотя бы заставить себя сходить в душ**.

Горячие струи обволакивали тело, проясняя рассудок. Она боялась снова погрузиться в те тёмные времена, когда каждый день был борьбой.

Внезапно дверь в квартиру открылась. Шаги — знакомые за долгие годы. Она узнала их сразу. Даже не обернулась, когда дверь в ванную приоткрылась.

— К тебе можно? — спросил Маркус.

Алексия слегка приподняла голову, пряча эмоции за водяной завесой. Не знала, как реагировать на его появление. Маркус был единственным, кто заставлял её сердце биться чаще — и в то же время вызывал **страх**.

Страх потерять его, как всех остальных.

— Да, заходи, — тихо ответила она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Он вошёл, оставив за собой лёгкий шлейф одеколона. Вода продолжала струиться, отражая свет и создавая причудливые тени на стенах. Алексия не оборачивалась, уставившись в белый мраморный пол, пытаясь собраться с мыслями.

— У тебя всё в порядке? — спросил он, садясь на бортик ванны, но не касаясь её.

— Да, просто… снова вспоминаю, — призналась она, сдерживая дрожь в голосе.

Маркус молчал. Она чувствовала его взгляд — тёплый, изучающий, даже в этой уязвимой ситуации. В голове крутились эмоции: грусть, страх, любовь… Но что-то мешало открыться.

— Ты знаешь, я всегда рядом, — наконец сказал он, мягко, но твёрдо. — Если захочешь поговорить — я здесь.

Алексия обернулась. Их взгляды встретились, и сердце забилось ещё сильнее.

Маркус протянул руку, коснулся её ладони.

Этого лёгкого касания хватило, чтобы стены вокруг неё начали рушиться.

— Я здесь, чтобы помочь тебе. Мы вместе, — его голос звучал как обещание. — И я не собираюсь тебя оставлять.

— Ты тоже грязный, — внезапно выпалила девушка.

Маркус, не говоря ни слова, шагнул в душ. Вода тут же намочила его короткие русые волосы, и они, перестав топорщиться в разные стороны, теперь прилипли ко лбу. Они продолжали смотреть друг другу в глаза — словно пара, встретившаяся после долгой разлуки под проливным дождём на каком-то полузаброшенном вокзале.

В этот момент слова действительно казались лишними.

Молчание между ними звучало куда честнее любых фраз.

— Не люблю этот песок с дороги, — произнесла она, намыливая жёлтую губку и робко улыбаясь уголками губ.

— Знаю. Поэтому и отправил тебя домой в первую очередь. Сначала душ, потом все остальные дела, — ухмыльнулся он в ответ, и капли воды скатились по его смуглой шее.

Маркус быстро смыл с себя дорожную грязь, затем помог ей выйти из ванной. Большое пушистое полотенце обернулось вокруг её тела, а его сильные руки на мгновение задержались на её плечах. Потом он неожиданно потрепал её по голове, совсем как маленького ребёнка.

— Эй! — возмутилась Алексия, морща нос.

— Прости. Просто ты сейчас такая... необычно милая, — он улыбнулся той особой улыбкой, которую она видела только в их редкие спокойные моменты.

— Вот как активирую руну Арвиса — выкину тебя прямиком к тем демонам, с которыми мы сегодня разбирались! — бросила она в шутку, но тут же осеклась, невольно упомянув о нём.

Маркус не дал ей замкнуться в себе. Его ладонь тёплым весом легла на её щеку.

— Даже если это и вправду был он — я тебя ему не отдам. Ни за что.

Вместо ответа она прижалась к нему всем телом, ощущая под пальцами ещё влажную от душа кожу его спины, и первой поцеловала. Это был не просто поцелуй — это было настоящее обещание.

Жажда без колебаний, без оглядки назад.

Маркус притянул её сильнее, его руки скользнули вниз, и в один момент он уже подхватил её, а она автоматически обвила ногами его талию. Мокрые пряди её волос образовали вокруг них своеобразный занавес, скрывая их лица от всего мира. Их тайная любовь, которую они так тщательно скрывали от других охотников, не должна была быть на всеобщем обозрении.

Он аккуратно, стараясь не поскользнуться на мокром полу, вынес её из ванной и осторожно опустил на кровать — так бережно, словно перед ним был не просто человек, а самый ценный артефакт из всех, что хранились в сокровищнице Цитадели. Его губы скользили по её шее, плечам, ключицам, пьянея с каждым её вздохом, с каждым учащённым биением сердца под тонкой кожей. Чуть слышный металический звук, порванной цепочки, не смог отвлечь их друг от друга.