Метод Морганы

1.1

Алетейя, тяжело дыша, прислонилась к колонне. Вокруг стояла непроглядная тьма, но ведьма побоялась сотворить шар света. Вдруг монстры слетятся на него, как мотыльки? Глаз у них вроде как особо и не было, хотя рассматривать физиономии чудовищ, когда убегаешь от них со всех ног — не самое удобное занятие. В общем, проверять эмпирическим путем наличие у тварей органов зрения совершенно не хотелось.

Девушка слышала, как вода чавкает под их перепончатыми лапами и как шелестят кожаные крылья... Хотя, может, ей это казалось — у страха, как говорится, все велико.

Чувствовала себя Аля просто ужасно. Она вся промокла и продрогла, волосы растрепались, а одна когтистая лапа преследователя успела проехаться ей по боку, оставив три жгучих царапины. И где, спрашивается, Пэлор? Дал деру, как только запахло жареным? Очень на него похоже. Нашел-таки способ ей отомстить.

Аля устало съехала по колонне вниз. В таком положении она буквально уселась в лужу, но это ее уже не волновало.

Как она вообще оказалась в этой ситуации?

Ах да. Пошла на психотерапию.

***

Учителя в магической школе часто повторяли: «Берегите источник вдохновения! Если с ним что-то случится, вашей магии конец!».

Аля берегла свой источник аж до тридцати трех лет, но потом в ней все-таки что-то поломалось.

Слова учителей крутились в голове Алетейи, как заезженная пластинка. Гул голосов, скрип стульев и мерное жужжание принтера, выплевывающего очередной бланк — согласие на обработку персональных данных — никак не могли заглушить этот внутренний шум.

Это было ее первое посещение группы анонимных недомагов или, как гласила глянцевая брошюра: «Службы психологической поддержки энергопрактиков, испытывающих трудности с психорезервом».

Честно говоря, она не верила, что это ей как-то поможет. Еще со школы им вдолбили в головы, что потеря магии — необратимый процесс.

Алетейя опустила глаза на буклет и усмехнулась. На дорогой бумаге красовался традиционный список категорий волшебников: Целители, Творцы и Энтузиасты.

Классика. Никто и никогда не упоминал в подобных брошюрках Убийц. Хотя представить, что на группу психологической помощи придет Маг-убийца, было сложно.

Аля вспомнила, как им объясняли всю эту классификацию еще в младшей школе.

Целители — это люди со светлой энергией, их вдохновляют добрые поступки, они любят все живое, мыслят позитивно и всегда готовы помочь. У таких магов хорошо получается лечить людей и животных, выращивать растения, варить целебные зелья, наводить вокруг красоту и создавать позитивную атмосферу.

Творцы — люди творческие. Они могут играть на инструментах, писать картины, снимать фильмы, устраивать перформансы… Не важно, какой вид искусства они выбрали, важно, что любое их произведение вызывает у людей очень яркие переживания. Настолько яркие, что все работы Творцов должны быть одобрены особой комиссией перед тем, как будут выставлены на всеобщее обозрение.

Энтузиасты — это самая большая группа магов с разнообразными способностями. К ним относятся волшебники, которые не могут назвать себя стопроцентными добряками или творческими гениями, типичные «нормисы» и «середнячки», но только среди магов. Обычно такие волшебники трудятся над бытовыми задачами, могут сварить простенькое зелье исцеления, навести лоск на рекламные брошюры, заколдовать инструменты для более эффективной работы и многое другое.

Убийц — магов, способных наводить порчу, сглаз и даже убивать своих жертв — по умолчанию причисляли к группе энтузиастов. Честно говоря, наверное, многие из них действительно были энтузиастами своего дела. Вот только соседство такое менее кровожадных магов не радовало.

Из-за того, что последняя группа была такой неоднородной, простые люди относились к магам-Энтузиастам с подозрением. Энтузиаст — это, конечно, похвально, но кто тебя знает? А ну как порчу наведешь или вовсе со свету сживешь?

Именно поэтому Алетейя, которая как раз получила диплом с пометкой «Энтузиаст», со времен выпуска старалась скрывать свой магический профиль и часто представлялась то Творцом, то Целителем средней руки. А то и просто человеком без магических способностей.

Впрочем, больше притворяться ей не придется. Способности Алетейи еще подавали признаки жизни, но она знала, что ее ждет впереди. Статистика в таких случаях была неумолима: скоро ее дар исчезнет насовсем. Не она первая, не она последняя. Сохранить способности до тридцати трех лет уже считалось подвигом.

Конечно, наставница убеждала Алетейю в обратном. Твердила, что это все из-за стресса, что ей нужно просто пережить сложный период, что новый источник обязательно найдется и магия вернется сторицей. Но зачем обманывать себя? Алетейя согласилась на групповую терапию только из уважения к мисс Элиот.

Как только курс закончится, она возьмет отпуск, сменит обстановку, приведет мысли в порядок и начнет искать свое место в обычном, «немагическом» сообществе, хоть ей было страшно о таком думать.

По крайней мере, за эти годы она смогла отбить стоимость своего обучения.

Мысли невольно уносили Алетейю в прошлое. Наверное, стоило покориться этому импульсу и уплыть по волнам памяти — это было куда приятнее, чем в сотый раз прокручивать в голове мрачные предостережения профессоров.

***

Отдать ребенка в школу магии считалось большой авантюрой. И чертовски дорогой, к тому же. Дети могли проявлять способности в ранние годы, но никто не мог предсказать заранее, как именно сформируется тело и разум потенциального волшебника в период взросления. Многие теряли дар в раннем пубертате, кто-то — чуть позже. Причиной могла стать неподходящая физиология, недостаточный энергетический резерв или пережитый стресс.

Ребенка могли отчислить из школы на любом курсе без какой-либо компенсации, хотя обучение на волшебника стоило немало. В такую лотерею хотелось играть немногим, поэтому большинство семей предпочитало не связываться с капризными энергиями.