Меж двух миров

Глава 14.

- О, это и вправду Вы, - проговорил Ваин Наритан, стоило Лете обернуться, - Ваше фееричное появление невозможно спутать не с чем. По своему изяществу и неудержимости, оно близко к полету раскаленного железного ядра, выпущенного из гномьей катапульты. Мне столько труда составило залатать магический барьер, после прошлого Вашего визита, а Вы легко и непринужденно взломали его в новом месте.

- Добрый день, - поздоровалась Лета, наконец сообразив, куда ее занесла очередная истерика, - Только вот почему?

- Что почему?

- Когда я хотела найти Западную башню, все коридоры оканчивались тупиками, а стоило забыться, оказалась именно здесь?

- Это я закрыл Вам путь. Мне стало любопытно, сможете ли Вы опять ко мне попасть, или прошлое появление лишь неудачное стечение обстоятельств. Та самая случайная погрешность, которая может закрасться даже в самое идеально выверенное уравнение.Ведь моя магическая печать и вправду идеальна. Я учел в ней все, любые хитрости взлома от физического до магического.Каждый, кто попытается найти вход в Западную башню, забредет в тупик или уйдет незаметно для самого себя в обратном направлении. Двести лет сбоя не давала. И тут Вы! – не было заметно, что человек огорчен, скорее в его глазах светился огонь азарта, желание разгадать трудную загадку, - Что ж, прошу, следуйте за мной.Пусть ни Вы, ни я холода не чувствуем, но разговаривать все же приятнее в тишине кабинета, у горящего камина с кружкой пряного вина в руках.

Заметив, как при слове «вино», Лета поморщилась, призрак прадеда расхохотался.

- Не бойтесь, - успокоил он недовольно фыркнувшую девушку, - В этот раз, никаких фокусов. Просто хорошее вино для приятной беседы. 

Еще через пятнадцать минут Лета сидела в удобном кресле, маленькими глотками пила терпкое вино и грызла соленые орешки вперемешку с какими-то засахаренными дольками. Это было неописуемое наслаждение, после перерыва длинной в несколько месяцев, чувствовать на языке столько разных вкусов сразу. И пусть эти ощущения, как и само угощение, по словам Ваина, были лишь иллюзией, и за пределами Западной башни они пропадут, сейчас это не имело значение. Главное,что Лета смогла, наконец, выключить грустные мысли, порядком доставшие ее за последнее время.

Прадед Ханара оказался на удивление интересным собеседником. Было заметно, Ваин изрядно устал от одиночества, и теперь никак не мог наговориться.Иногда в его рассказах проскальзывали нотки бахвальства и самолюбования, но Лету это не особо смущало. Она помнила, что этого чародея считали гением еще при жизни, да и после смерти он не потерял первого места среди магов, так что имел полное право на обоснованно высокое самомнение.

Удивительнее было другое. Этот мужчина так ловко вворачивал в свое повествование интересующие его вопросы, смотрел своими синими, проникновенными глазами, прямо в душу, не забывая при этом пополнять быстро пустующую кружку девушки, что Лета только к концу третьей порции пряного вина поняла - она выболтала ему не только историю своей жизни и свои приключения в мире Са, но и призналась в чувствах к его правнуку. Сначала, когда с ее губ сорвалось: «мне кажется, я люблю Ханара», она на мгновение испытала злость, что кто-то столь легко вытянул из нее признание. Но когда первая волна негодования схлынула, она ощутила облегчение, что смогла наконец признаться, пусть и не тому, кому следовало.

- Ну, теперь понятно, - проговорил Ваин, с какой-то потаенной грустью глядя на девушку рядом с собой, - Почему Вы не покинули Са, столь же быстро, как и другие миры. Такой якорь, как сильные чувства, способен удержать любую, даже самую  легкую на подъем душу.

- О, кстати, - Лета давно не ощущала такую приятную расслабленность во всем теле, какую приносит алкоголь, - Вы говорили, что можете вернуть меня домой. 

- Я сказал, что знаю способ, но не говорил, что могу помочь,

- И что это за способ?

- Нужно развязать так называемый «энергетический узел», который привязан к «якорю», что удерживает Вашу душу в этом мире.

- Похоже, я выпила слишком много, - проговорила Лета, чуть встряхнув головой, желая разогнать приятный туман, окутавший мысли, - ни слова не поняла.

- Ну, - Ваин задумался на несколько мгновений, а потом сказал, - предположим, что душа человека это бабочка…

- Один мой знакомый шаман, сравнивалдушу с водой… - перебила его Лета, за что удостоилась недовольного взгляда, - Ладно молчу, - и пробормотала, себе под нос, - Что прадед, что правнук, вечно мне рот затыкают…

Похоже, сказала она это не достаточно тихо, потом что Ваин раздраженно фыркнул и холодно попросил:

- Дорогая Лета, не могли бы Вы впредь не употреблять в отношении меня и моего потомка подобных определений! Я долго терпел, но больше не стану! Это, знаете ли, очень раздражает, когда мне приписывают родственные связи, к которым я не имею отношения. Во-первых, у меня никогда не было детей. В мое время маги обзаводились семьями лишь к семидесяти-восмидесяти годам, когда желание познавать этот мир на собственном опыте ослабевало. А если учесть, что единственная женщина, с которой я был готов сочетаться узами брака, предпочла мне, возвращение в свой мир, вряд ли бы я вообще когда-нибудь женился. Во-вторых, как это не прискорбно звучит, умер я совсем молодым. По меркам моего времени, я не достиг даже порога магического совершеннолетия, хоть по умению превосходил многих. То есть, в силу своей молодости, я не могу быть ничьим «пра», даже по прошествии двууста лет.