Меж двух миров

Глава 7

Хмурые тучи расползались по небу, стараясь как можно скорее скрыться за горизонтом. Своими охладевшими лучами солнце заботливо поглаживало уставшую от бесконечного дождя землю. Даже непоседливый, эгоистичный ветер и тот, устав от игр, ограничился лишь редкими и прерывистыми завываниями.

Городское кладбище находилось в поселковой зоне, на самой её окраине. Дальше него располагались лишь база носорогов, она же караульный пост магов, и ограждающая от монстров магическая стена.

Толпа из друзей и просто неравнодушных магов полукругом обступила свежевскопанный могильный холм. Он был увековечен мраморным надгробием, а вырезанная в нем запись гласила: "Я жил так, как подсказывало сердце. М.А. Яровой 1989-2019".

Мужчины тихонько сопели, прокручивая в памяти все, что связывало их с похороненным под слоем мокрой земли другом. Беспощадные воспоминания хлыстом били по ноющим от тоски сердцам. Женщины рыдали, не в силах сдержать упрямого потока полных горечи слез.

Вызвавшиеся для проведения прощального салюта маги, тихонько курили в стороне, стараясь перевести дух и восстановить хоть немного маны. Оказывая другу эту последнюю почесть, добровольцы не жалели сил, из-за чего к концу похорон, едва стояли на ногах.

Напуганные десятками огненных шаров самодовольные тучи, недовольно хмыкнули крапинками прохладного дождя, но побоявшись вызвать гнев пришедших проститься с товарищем волшебников, продолжили спешно разбредаться по небу.

Произнося над могилой Ярового речь, Луновой призывал каждого из присутствующих сохранить и приумножить в душе ту искру, что самозабвенный сумеречный охотник оставил в сердцах каждого из них:

- Даже ходя бок о бок со смертью, трудно смириться с безвременным уходом кого-то из товарищей. Все мы люди. И создавать друг с другом связи - неотъемлемая часть нашей природы. Но каждая такая нить однажды непременно оборвется, оставив после себя, много боли и воспоминаний. Я призываю вас, доблестные маги! Не забывайте павших, но и не смейте жить одним лишь прошлым! Помнить умерших друзей - дело чести! Но вряд ли кого-то из них обрадует, то что, зациклившись на случившемся, их выжившие друзья больше не смогут идти вперед!

Голос Алексея Борисовича дрожал, чередуясь с короткими всхлипами, но он все равно не останавливался. Морщинистые старческие глаза наливались, с трудом сдерживаемыми, горькими слезами.

- Давайте запомним нашего погибшего товарища таким, каким он был при жизни! Веселым, сильным, отважным, отзывчивым и добрым! Ведь пока мы помним умерших - их сердца будут биться с нами в унисон!

Сердце старика будто сдавило тисками. Обливаясь кровью, оно рассылало по телу волны пробиравшей до зубов боли. Тоска и обида будто душили Алексея Борисовича, заставляя старца проглатывать, с таким трудом подобранные слова. Не знавшие своих родителей, Яровой и Луновой инстинктивно тянулись друг к другу, благодаря чему и смогли создать между собой эту нерушимую связь. Не имея родных - они стали семьей друг другу. От того и больно... Нет горя для родителя сильнее, чем пережить собственного ребенка.

Валера, Рома, Слава и Женя стояли молча, опустив безжизненные взгляды к могильному холму. Осознание того, что здесь, под слоем мокрой глины лежит их бесценный друг, размашистыми ударами полосовало душу. Он ведь прямо тут! Но при этом, его вроде, как и нет! Сознание по-прежнему отказывалось принять болезненную реальность, устраивая своим хозяевам капитальную головомойку. Пытливые глаза тщетно выискивали в толпе Ярового, отчаянно надеясь на то, что хоронят все-таки не его. А они дураки, просто ослышались...

Но сколько бы маги не искали - результат оставался прежним...

С боем выбравшийся из больнички, Вова, стиснув зубы, всматривался в могилу. Ему вспоминался настоящий Яровой. Тот, что всегда переживал за каждого из своих подчиненных и в любую секунду был готов сложить за любого из них голову. Прожив всего тридцать лет этот маг, нес на своих плечах непосильный ему груз боли, но все равно не переставал улыбаться.

Упираясь костылями в размокшую глину, паладин тихо мычал и злился. На Максима - за то, что тот был таким сильным, но все равно проиграл. И на себя - за то, что был таким слабым, и выжил...

Эля молча смотрела на надгробие. Выплакав все слезы заранее, она уже больше не находила в себе сил на горечь. Став самой первой, кто смирился с гибелью командира, она держалась уверенно, но даже в её глазах проблескивали искры всепоглощающей тоски.

- А это ты, мать мечей - позади девушки раздался знакомый голос.

За спиной мечницы стоял коротко стриженный светловолосый парень. На плече его черного плаща красовалась красная эмблема восточного отделения Эпсилон.

Едва девушка обернулась - парень натянул на лицо неуклюжую улыбку. Но его глаза все равно остались какими-то пустыми и печальными.

- Максим... - тихо прошептала Эля, легким кивком приветствуя старого знакомого - Что ты здесь делаешь?

Глубоко вздохнув, паладин молний поднял взгляд к купавшему в лазури небу:

- На границе Украины и Румынии стали появляться вампиры. Вот наш отряд и отправили, чтобы собрать информацию. Не хотелось бы, что бы эти кровососы незаметно и к нам перебрались.

-Жуть... И для этого нужно было отправлять магов, аж с другого конца страны? Я, кажется, перестаю понимать логику совета...

- Я вот тоже - выдохнул Околелов - Не успели мы добраться до места, как нас тут же отозвали. Ну а я, воспользовавшись, случаем, отпросился у командира, чтобы ненадолго заглянуть к вам. Навестить Ярового...

Договорив, маг остановил печальный взгляд на надгробии друга, с которым они не так давно виделись. Всего-то месяц назад, они все вместе радовались тому, что спустя столько времени, наконец, отправляются домой.

- Вот и навестил... дружище - прошептал Максим, сжимая кулаки. По телу парня пробежалась едва уловимая голубая искра. С треском разрезая воздух, она исчезла так же внезапно, как и появилась - Надеюсь, что ты встретил там того, кого хотел...