Между болью и тобой

Глава 1.

Утреннее весеннее солнце едва касалось холодной поверхности моря. Город просыпался медленно — узкие каменные улочки всё ещё прятались в прохладе, а в воздухе витал запах соли и корицы от кофейни на углу. Ветер игриво подхватывал несколько сухих листьев и уносил их дальше, к старому маяку на краю причала. Я шагала по каменной мостовой и ощущала, как этот мир одновременно знаком и чужд. Хотя весна и несла возрождение, но моя душа оставалась в плену тишины. Я глубоко вдохнула, стараясь не сбежать. Вернулась сюда — в город, который когда-то был родним домом, но теперь стал источником боли.Я припарковала машину у кладбища. Через несколько минут начнуться похороны. Мужчины, который был моим отчимом.Я не знала, смогу ли посмотреть ему в глаза в последний раз.

У ворот я увидела его — Томаса.Он был из тех мужчин, чье присутствие чувствовалось еще до того, как он появится. Высокий, с широкими плечами и уверенным шагом, он словно заполнял собой пространство. Темные, чуть взлохмаченные волосы.В нем было что-то невыносимо привлекательное: не только внешняя красота, а и глаза в которих скрывалось слишком многое — боль, вина и то, что никогда не было сказано. Когда-то он был мальчиком из моих детских воспоминаний, а теперь — мужчиной с суровым взглядом. Пустота в его глазах никуда не исчезла, за ней теперь таилась тень, которую я не могла разгадать. Мы смотрели друг на друга молча, словно между нами пролегла целая жизнь. Первые слова были лишними — у каждого была своя тишина и что-то невидимое, что всё равно тянуло нас друг к другу.

Моё сердце сжималось, когда я вспоминала те ночи, когда страх был сильнее холодного ветра Вейл Рифа. Память держала меня в ловушке молчания — я не могла рассказать никому о боли, которую испытывала.Похоронная процессия начала двигаться медленно, и я почувствовала, как сердце бьётся слишком быстро, будто пытается вырваться из груди. Вокруг были знакомые лица, но я почти не замечала их — всё сосредоточилось на одном: на мужчине, который теперь лежал в гробу.Мама стояла неподалёку, и я подошла к ней, чувствуя, как её рука сжимает мою. Её глаза были красными — она плакала, но говорила что-то тихо, будто стараясь успокоить не только меня, но и себя.

Я стояла в стороне, глядя, как люди медленно расходятся.

— Ты всегда убегала, когда было трудно, — раздался за спиной голос.

Я вздрогнула и обернулась. Томас.

— А ты всегда молчал, когда нужно было что-то сказать, — ответила я тихо.

Он приблизился, остановившись всего в нескольких шагах. Глаза его были как море перед бурей. В последний раз мы виделись, когда были ещё подростками, перед тем, как я уехала. Но его взгляд я помнила лучше, чем собственное имя.

— Зачем ты осталась? — спросил он.

— Потому что я должна была быть здесь. Даже если никто этого не хочет.

— Никто? — Он поморщился. — А ты?

Я молчала. Я приехала не ради него. И в то же время — только из-за него.Слова рвались из груди, но я держала их в себе, как тогда — шестнадцать.

— Тебе необязательно было оставаться после церемонии, — продолжил он. — Всё это… оно уже не имеет смысла.

— Но боль имеет, Томас.

Он больше не сказал ни слова. Он ушёл первым, а я стояла и смотрела, как ветер колышет высокую траву. Кладбище опустело, но я все равно чувствовала его присутствие. И тогда я поняла: мёртвыми бывают не только те, кто лежит под землёй.