Между "Да" и "Нет"

Часть третья

***

Человеку надо мало:

чтоб искал

и находил.

Чтоб имелись для начала

Друг –

один

и враг –

один...

Р. Рождественский

Они вошли в светлую гостиную, где было много настольных ламп и комнатных цветов. Эмилия усадила их за большим столом и отправилась на кухню готовить чай. Они решили ей не мешать. Пусть делает, что ей требуется. Не каждый день к ней являются американские родственники. Такая неожиданность нуждается в минутах уединения. Вокруг все говорило о долгой и счастливой семейной жизни. Любимые кресла, сервизы и, конечно, множество фотографий детей, внуков, свадебные, портреты, общие. Но, видимо, дом постепенно пустел и осталась только Эмилия.

Лора не выдержала и отправилась помогать хозяйке. На кухонном столе уже стоял изящный чайник и пирог, выложенный на красивое блюдо. Поймав удивленный взгляд Лоры, хозяйка смущенно сказала: " Семья уменьшилась, а привычка осталась. Вдруг кто-нибудь заглянет на огонек. Мне одной не съесть. Поэтому угощаю одиноких, как я, соседей". Сказано было все это не с печалью в голосе, а как обыденная вещь. Все рано или поздно приходят к этому.

Они быстро сервировали стол. Лицо Эмилии помолодело и светилось счастьем. Гости отдали должное пирогу, но извинились, что пообедали совсем недавно.

- Но ваш пирог не идет ни в какое сравнение со всем, что я когда-либо пробовала. Если можно, то я хотела бы иметь рецепт этого чудо-пирога, - совершенно искренне сказала Лора. Щеки Эмилии покрылись легким румянцем. И Лоре показалось, что перед ней юная девушка-гимназистка. Невольно Лора нашла на стене фото молодой Эмилии. Да, она не ошиблась. Та была необыкновенно хороша. Длинная коса лежит на высокой груди, которая переходит в тонкую талию. Рядом молодой человек с бородкой, который нежно поддерживает ее под локоть.

- Это мы с Валдисом в день нашей помолвки. Он умер пять лет назад. У нас два сына. Один живет в Канаде, а другой женился на француженке. Поэтому я много путешествую. Очень скучаю по ним.

Фотографии внуков во множестве красовались на стене. Это были очаровательные улыбчивые карапузы, которые постепенно превращались в серьезных подростков.

Когда все было рассказано друг о друге, настал черед поговорить о сегодняшнем дне и его нуждах. Ведь именно для этого в первую очередь Марк разыскивал родственников. Он хотел помочь тем, кто в этом нуждался.

Марк и Лора стали собираться в гостиницу, и лицо Эмили стало таким грустным, что они застыли в нерешительности.

- Если тебя не стеснит, то мы могли бы остаться на ночь? - нерешительно произнес Марк. Эмилия просияла и побежала хлопотать о размещении гостей. Лора отправилась за ней, не желая, чтобы та переусердствовала.

- Я позвоню в гостиницу, чтобы они не волновались, - сказал Марк вслед Лоре. Она пожала плечами, оставляя это на его усмотрение.

"Что это - воспитание, самосовершенствование или такова его натура? Тогда почему развелись с женой? Ведь такие мужчины - большая редкость." Размышляла Лора, застилая свежим бельем кровать в маленькой спальне, которая предназначалась для нее. Марк должен будет довольствоваться большим диваном в бывшем кабинете Валдиса.

Эмилия ни о чем не расспрашивала. Но ее любопытные взгляды не укрылись от Лоры. Они были - работодатель и работник, кем бы он ее не величал, но это было именно так.

На прямой вопрос о трудностях, Эмилия ответила уклончиво. "Пусть все сложности останутся на завтра. Сегодняшний день должен остаться незамутненно счастливым," - с воодушевлением ответила хозяйка.

Марку пришлось смириться и обнять худенькие плечи сестры. Лора молча согласилась с Эмилией. Мудрая женщина.

Засыпая, Лора удивлялась, как можно за один день столько узнать о человеке.

Они уже знали привычки друг друга, предпочтения в еде, в литературе. Удивительно, но они совершенно не раздражали друг друга. И дело не в воспитании и субординации.
Они как два кусочка пазла - дополняли друг друга для создания более гармоничной картины бытия.

Так бывает с людьми, которые знакомы много лет. Сначала их это удивляло. Они обменивались взглядами, как бы спрашивая: " Это мне кажется или так и есть?"
Им было о чем поговорить, что обсудить и даже поспорить.

- Меня воспитывали в строгости. И я благодарен за это.

- А в чем выражалась эта строгость? - которая скептически относилась к таким заявлениям. Бывали случаи, что люди благодарили за то, что их пороли ремнем в детстве.

- От меня много требовали. И не просто хороших результатов в учебе и в других занятиях. Родные были перфекционисты.

- Какой ужас! - искренне посочувствовала Лора. - Все?

- Да, родители, бабушка с дедушкой. Но я не страдал от этого. Я знал, что они любят меня и хотят мною гордиться.

- И как же вы это поняли, если были такие строгости?

- Они могли меня ругать, пилить за что-то. Но стоило кому-то проявить ко мне то же отношение, как они набрасывались на обидчика. Поэтому никто не хотел связываться с ними. И меня старались не трогать. Тем более, что я сам старался все делать как можно лучше.

- Моим родителям было безразлично, как я учусь и что делаю. Они полностью были заняты войной друг с другом. Я привыкла к свободе. Но при этом росла послушной и примерной. Сама выбирала какой мне быть, что читать, чем заниматься.

- Может быть, вы ждали их одобрения?

- Возможно. Но я рано почувствовала себя взрослой и ответственной за свою жизнь. Потом всю жизнь несла ответственность за других. Теперь вот снова - свобода. Хотя она совсем другая.

- Я очень хочу найти родных. Но иногда боюсь, - немного смущенно произнес Марк. - Вдруг им этого совсем не надо.

- Вы ведь делаете это для себя. Поэтому надо быть готовым ко всему.

Утро коснулось ее лица нежными лучами солнца. "Ура! Нет дождя", - радостно вскочила с кровати Лора. Ей захотелось начать день с чего-то приятного. Будь она дома, то приготовила бы вкусный завтрак. Но в гостях-неловко. В душе жило ожидание новых приключений. Ей самой было странно ощущать в себе такие метаморфозы. Дочь казалась Лоре взрослей и серьезней, чем она сейчас. Женщина взъерошила волосы и тихо рассмеялась. Если кто-то услышал, что подумает о ней? Но и это ее только рассмешило, а не смутило, как раньше.