Между Двух Стихий или как не уничтожить мир

Глава 1.

Город ещё спал. По дороге я встретила всего несколько сонных людей. Они отчаянно пытались проснуться, крепко сжимая в руках утренний горячий кофе. Мне нравится это время суток, будто весь мир вымер, и только отчаянные птицы пытаются донести свои песни до людей.  

Зарождающийся рассвет, время грез и мечт. Иногда я задумываюсь над тем, почему в мире так мало людей, что мечтают и верят в чудеса? Взрослая жизнь делает их суровыми и хладнокровными, заставляет смотреть на мир серьёзнее.  

Редко можно встретить человека, который в свои пятьдесят лет будет доказывать молодому поколению, что вера в чудеса и сотворяет чудеса. Мой отец рассказывает сказки у меня в лавочке. Послушать их бесплатно может прийти любой желающий от мала до велика.  

Моя работа находится всего в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Я содержу старую лавочку, в которой продаю сувениры и разные старинные вещички, а также книги и сладости. Раньше владельцем был мой отец, но как только я окончила школу и поступила в колледж по интернету,  начала здесь работать.  

Вскоре, я подошла к старенькой, но очень красивой антикварной лавочке. В сумке нашла ключ, на котором было написано очень странное слово. Хотя, возможно, это был просто рисунок. Этот ключ был единственным в своём роде, такие больше не делают.

Когда-то мы с отцом хотели сделать мне запасной, но увы, ни одна мастерская не взялась за работу. Поэтому, я очень храню и берегу его.  
После трёх прокруток ключа замок скрипнул, а дверь открылась.

Работаем мы с шести утра, но сейчас только четыре. Каждое моё рабочее утро начинается с изготовки сладких изделий. Меня всегда поражала атмосфера, что царила внутри. Деревянный пол и стены, косой потолок, с которого свисают разнообразные сушеные травы, такие как чабрец, мята, ромашка и малина. Из них мой отец делает восхитительный чай. Вдоль всех стен расположены стеллажи со статуэтками, часами, светильниками, книгами, разным антиквариатом. Книг здесь больше, чем всего остального. Папа очень любит читать. Книги, прочитанные им, ставятся на полку лавки и ждут новых читателей.  
Через десять минут работа шла уже полным ходом. Напевая песню, я отправила очередное печенье выпекаться, как вдруг дверь открылась.  

— Извините, — произнесла я, — мы ещё закрыты. Открытие в восемь часов утра.  

Но человек будто не услышал. Он прошёл к прилавку и протянул бумажный конверт. Я в недоумении оглядела незнакомца. Лица его было почти не видно за тёмно-синим капюшоном, но всё-таки я смогла разглядеть черты молодого человека. К слову, они были идеальными. Потом мой взгляд опустился на его руку, такую изящную…

В детстве я смотрела по телевизору, как играют на пианино. У тех людей были такие же длинные и аккуратные пальцы. Почти всё тело парня было скрыто за мешковатой тёмно-синей накидкой.  

— Извините, мы не работаем, приходите после восьми, — произнесла я, облизывая вмиг пересохшие губы.  

— Время пришло, — тихим бархатистым голосом произнёс парень,  — не злите его, он придет, откройте секрет. У вас ключ к разгадке, верьте мне…  

Я моргнула всего один раз, как парень исчез. Сначала подумала, что привиделось, но потом поняла – нет. Конверт остался на столе, к нему прибавилась записка. Я быстро развернула её:  

"Дверь в тот мир отвори, что не смог удержать творенье.  
Себе же произнеси то странное стихотворение.  
Откроется путь далекий, а ты не забудь одно,  
Какой бы он не был жестокий, поможет любовь и добро.  
А самое важное, знаешь, не бойся преград и стен,  
Ключ откроет ту тайну, что не смог удержать гобелен".  

Это стихотворение только сильнее меня запутало. Кажется, его писал какой-то сумасшедший, неадекватный человек. Но, я всё-таки припрятала эту записку в карман, чтобы потом показать отцу.  

Конверт оказался не очень большой, но в него спокойно могла поместиться пара обуви. Аккуратно перевернула его и увидела восковую печать, такие давно уже не делают. Мне стало ещё интереснее. Я развернула крафтовую бумагу и увидела синюю накидку. Там же обнаружилась и шкатулка, в которой ничего не было, судя по звуку. Она не открывалась.  

Недавно был мой восемнадцатый день рождения. Может, этот человек из моего колледжа? Ну и, например, спросив у какой-нибудь моей подруги адрес, решил поздравить? Странно, конечно.  

На глаза снова попалась записка. Что мне хотели сказать? Может здесь есть ещё что-нибудь? Я решила залезть в карманы накидки. Не прогадала. Там лежало аккуратное серебряное колечко с большим синим камнем, в котором виднелись голубые и белые прожилки. Положив всё в шкаф, я продолжила готовку.  

Сегодня день города, в мою лавочку скоро повалит народ. Отец должен прийти помочь мне ближе к восьми, тогда и расскажу ему обо всём. В оставшееся время до открытия я наводила порядок и готовила сладости.  

Если эти вещи правда подарил мне кто-то из колледжа, то можно будет поспрашивать у подруг про этого парня.  

В детстве папа говорил, чтобы я ничего не брала у чужих людей, но я никогда его не слушала. Поэтому, просто буду надеяться, что эти вещи никто не сглазил.  

На удивление накидка подошла мне идеально и смотрелась бомбезно. Но вот насчёт кольца я ещё думала. Конечно всякие проклятия и сглазы кажутся мне всего лишь выдумками, однако меня преследует какое-то странное, неприятное предчувствие.  
Зазвенел колокольчик, возвещая о приходе первого покупателя. Я машинально надела кольцо на палец. В дверном проёме показался Саймон – мой хороший друг.  

— О-го, — медленно и по слогам произнёс он, — ну ты даёшь, подружка! Вот это образ, тебе бы в какой-нибудь клуб любителей сверхъестественного, сразу примут.  

— А не ты ли мне подогнал этот "образ"?  

— Чего? Да зачем мне это надо?  — усмехнулся он. — Ты уж, извини, но я не буду тебя обеспечивать, пока не распишемся, ни-ни, — он подошёл и помахал пальцем перед моим носом.  
Я проигнорировала его типичную шутку и нервно дотронулась до кольца.