Между королем и короной

Монт - 2

Не опуская пистолета Вашек достал из кармана кусок пирита и кинул. Аманда поймала. Этот был настоящим, не то, что марказит в её обереге на запястье. Камень в её руках мгновенно заискрился, нагреваясь. Существовало несколько способов определить мага, но пирит был одним из самых простых. Он моментально реагировал на магию в человеке. Аманда вскрикнула и разжала ладонь, когда он начал жечь кожу.

— Что же. Вы на самом деле маг, — задумчиво проговорил Вашек, но оружие не убрал. — Рассказывайте все.

У Аманды не было жетона агента Сопротивления. Брат просто не успел передать его. Ей не оставалась ничего, как подчиниться.

— Я Аманда де Ронселье, — представилась она, надеясь, что имя убедит Вашека в правдивости её слов.

Запинаясь, она рассказала о тяжело раненом курьере, что добыл важные сведения, но не пережил ночь. О брате, который взялся сам отправиться в Сент-Круа. О поджидавших наёмниках, что выстрелили брату в спину. Как последние мгновенья он потратил, передав ей письмо и укрыв своей магией. Та выветрилась через несколько часов. Достаточно далеко, чтобы Аманда успела сбежать. Недостаточно, чтобы оторваться от погони.

Вашек убрал оружие. Поднялся, достал вино. Аманда отвернулась, смаргивая слёзы. Вашек протянул ей бокал. Вино горчило.

В последнее время всё было горьким.

— Пройдёмте.

Он провернул подсвечник у стены, и они вошли в открывшийся узкий проход. Кабинет за ним оказался просторным и пустым. Здесь не было ничего подозрительного: просторный стол, пара кресел, камин и портрет над ним. Стопка бумаги да несколько писем. Любой обыскивающий увидел бы только сомнительные любовные письма да подделки. Ничто в комнате не наводило на мысль о магии.

Вашек налил ещё вина.

Аманда сделала ещё пару больших глотков вина. Напряжение, в котором она жила последние дни, отступало.

Она справилась. Выполнила последнюю просьбу брата.

Стоило напряжению отступить, и Аманда буквально упала в кресло перед камином. Огонь согревал. Хотелось спать. Хотелось, чтобы последние дни оказались дурным кошмаром.

Какая красивая дама на портрете.

— Что с вашим спутником? Убрать его?

Спутником? Ах да, Жан.

— Нет, Жан надёжен. Он ничего не знает, - невнятно пробормотала она. Язык немел. - Он не опасен. А ещё честный. И добрый. Не трогайте его. Мне думается, он многого добьётся. Интересно, каким он будет через десять лет? Наверняка красавцем...

Аманда совсем разомлела от тепла и вина. Всё-таки какой красивый портрет. Какой интересной формы серьги у дамы на нём. Где она видела такие?

— Мне правда жаль, что Анри убит.

Перетянутый магией жемчуг, напоминавший морские ракушки. Сейчас таких не делали. Редкое семейное сокровище, сохранившееся с давних пор.

— Анри?

— Вы сказали, что ваш брат убит.

Верно. Брат. Но она же не могла сказать имя? Анри не носил фамилию де Ронселье. Почему же так тяжело думалось?

Нужно уходить. Аманда попыталась встать, но ноги не слушались её. Молча она вновь вернулась к портрету.

Почему нет паники? Она ведь хотела уйти.

Аманда медленно моргала. Она засыпала. Уже почти слышала шум моря в родном городе. Блики солнца. Голос брата. Мелодичный женский смех.

—...простые, но это наследие матушки. Я хотела бы передать их нашим детям.

— Они выглядят великолепно. Сокровище, достойное хранения, верно, Аманда?

— Не впутывайте меня во флирт с вашей молодой женой, Анри!

Аманда распахнула глаза и вскочила, пошатнувшись. Дотянулась до портрета. Те же ясные голубые глаза, та же добрая полуулыбка. Катержина Либуше. Жена её младшего брата Анри.

— Что у вас делает портрет моей невестки?

— Мне правда жаль, что ваш брат умер так поспешно. Это не личное, вы не обессудьте. Но данное слово нужно держать. Поэтому вы умрёте.