Между королем и короной

Монт - 3

Аманда дёрнулась, но ноги подкосились. Вашек поймал её и вновь усадил в кресло.

Голова шла кругом. Он что-то подсыпал в вино? Вот почему она едва на ногах держалась и болтала, как безумная, о Жане.

Но как он понял, что речь об Анри? Она не говорила имени, точно нет. Лишь, что брат передал письмо и...

...И скрыл её своей силой. Магия в современном мире была так слаба и редка, что не нашлось бы и пары людей на континенте с одинаковыми способностями.

Вашек бормотал о юношеской любви. Как не смог противостоять положению и обаянию юного графа. Как увидел ее у алтаря, а затем - в гробу. Аманда прикусила щеку до крови, пытаясь проснуться. Пыталась добраться до магии. Но между ней и её силой будто выросла стена. Как ни пыталась, магия внутри неё молчала. Даже посмертное проклятье ей было недоступно. Вашек всё предусмотрел. Умирать вместе с ней он не планировал.

— ...они убили её своей магией! Я поклялся. И отомщу.

Аманда от неожиданности даже пришла в себя.

— Катержина умерла во время родов!

— Именно! Ваша про́клятая магия, так до конца и не умеревшая с древних времён. Она убила её!

Катержина умерла из-за послеродовой горячки. Самой обычной. Ей не помог ни врач, ни магический целитель.

Вашек был безумен. Как далеко он зашёл в своём безумии? Искрился ли пирит, когда сам Вашек прикоснулся к нему? Страх парализовал Аманду.

— Вы предали Сопротивление?

Маска серьёзного писаря вернулась.

— Нет, — устало ответил Вашек. — Оно — всё, что у меня осталось. Не волнуйтесь, маркиза. Письмо будет доставлено по адресу, и дело Сопротивления будет жить, не запачканное вашей семьёй.

Их семья и была Сопротивлением! Хорошо, что Вашек об этом не знал. Кто знает, что бы он тогда сделал с письмом.

— В вине был антимагический веном, — какая редкость. И где только достал. Неужто и с Инквизицией связи установил? - Я знаю, как непросто убить мага. Любой бы уже умер от отравления, а вы просто засыпаете. Хотелось бы, чтобы вы страдали, как Катержина. Но я не могу рисковать вашим проклятьем. Спите, Аманда де Ронселье.

Аманда поняла, что шансов больше нет. Страх заставил её двинуться. Вашек напал, пытаясь остановить её, но Аманда, покачнувшись, завалилась направо, упав всем своим весом на руку. От боли глаза заслезились.

А ещё – она почувствовала магию. Не как обычно. Магия была с ней в каждом вдохе, в каждом ударе сердца. Здесь же она словно тянула воспалившийся гнилой зуб щипцами. Головная боль ослепила. В ушах что-то лопнуло. Руки стали ледяными, а ноги словно пылали в огне. В комнате пахнуло холодом — огонь в камине с хлопком потух, а тёмное дерево кресла пошло серыми прожилками

Но Аманда смогла ухватиться за эту тонкую гнилую верёвку, что вела к её магии. Ударила вслепую, теряя сознание.