Между королем и короной

По пути в Сент-Круа

— Не желаете рассказать мне правду? — в очередной раз спросил Жан, когда они часами гуляли по ярмарке в Рузаре, надеясь убедиться, что солдаты Шантеклер не преследуют их.

Аманда была слаба после двухдневной горячки и опиралась при ходьбе на руку Жана. Пальцы Аманды сжали его локоть — сильнее, чем позволяла себе обычно. Она не убрала руки даже когда суматоха ярмарки осталась позади. Он поддерживал её, готовый в любой момент остановиться и отдохнуть. Но Аманда, несмотря на хрупкость, молчала и продолжала идти.

— Ты мог оставить меня в Латире и не терзать себя сомнениями, — ответила Аманда в предместье Мар-де-Бра, когда они заночевали в поле, чтобы избежать вечернего досмотра въезжающих в город.

— Какой же из меня тогда был бы рыцарь?

Да и Жан привык к теплу Аманды. Как она сжимала его руку, стоило солдатам показаться рядом. Настолько, что готов с головой влезть в сомнительную историю, лишь бы дольше пробыть рядом с ней.

— Есть письмо, — призналась Аманда на подъезде к Сент-Круа. К тому времени Жан уже бросил попытки узнать правду. У него был шанс обыскать Аманду, когда она лежала в обмороке в том грязном трактире в Монте. Любопытство буквально пожирало его. Девушка бы ничего не узнала. Но Жан выбрал честь и доверие. Позже Аманда избегала все его вопросы, и он смирился с тем, что никогда не узнает правды. Поэтому сейчас остолбенел. — Которое я должна доставить.

— Должно быть что-то важное, — пробормотал Жан себе под нос в удивлении. О чем была бумага, что заставила девушку бежать через всю страну не оглядываясь? Что-то о её женихе?

— Важнее моей жизни, — подтвердила Аманда.

— Нет! — Жан сжал её руку и посмотрел в глаза. После недель дороги Аманда выглядела плохо. Бледная, так полностью и не оправившаяся от болезни, с синяками под глазами. Да и руки – разве не стали её запястья тоньше? От болезни, страха или горя? Жан не знал, но хотел помочь. Даже сейчас, смотря на Аманду, он видел в ней отголосок виденья, что захватило его в лесу при их первой встречи. Пройдёт ли это очарование когда-нибудь? Жан надеялся, что нет.

— Вы тоже важны, Аманда.

***

Она была важна как женщина, что родит наследников де Ронселье, которые продолжат дело Сопротивления. Братья любили ее. Но даже они, выросшие под влиянием дяди, не всегда могли отделить любовь к сестре от верности делу.

Жан же смотрел на нее и видел. Не смеялся над ее безнадёжной попыткой что-то исправить. Как ново было это чувство. Как пьяняще.

Жан был опасен. Она и так сказала ему слишком многое, а хотела рассказать все.

Аманда знала, что дядя отправит ее в Аласоль к Хоакину Монтеро. Знала, почему важно стать значимой фигурой при дворе аласольского короля. Выполнив поручение, она не останется в Сент-Круа. Повезет, если сможет вернуться через десятки лет.

Раньше от этой мысли не становилось грустно.

— Я бы не добралась до Сент-Круа без тебя, Жан, — честно ответила Аманда. Жан ужасно на нее влиял. Она почти не могла ему врать. — Если не оставил мысль стать солдатом, обратись к господину Преттэ. Он бывший министр войны, что отошел от дел и открыл военную школу. Господин Преттэ верен королевскому роду Ферренкуров и честно оценивает рекрутов. Отсутствие титула не помешает тебе поступить к нему на службу, если он сочтет тебя достойным кандидатом.

— Вы многих знаете в столице? — поинтересовался Жан, и Аманда прокляла себя за лишние слова. Как много она выдала? Сколько он смог прочитать между строк?

— Один из моих братьев начинал службу под его командованием. Потому имя и характер господина Преттэ мне известны.

— О! Возможно, я смогу встретиться с вашим братом! Если он хоть немного похож на вас, уверен, он отличный человек.

Аманда отвернулась, высматривая дорогу к Сент-Круа.

— Все мои братья мертвы.

С другой стороны, может, и не следовало Жану никого советовать.

— Тогда, в случае нужды и печали, положитесь на меня, мадемуазель.

— Ты хороший человек, Жан. Тебе следует быть осторожнее со словами.

Они простились. В этот раз Аманда смотрела в спину уходящего Жана. Ей хотелось сказать ему, что он тоже важен. Хотелось вновь почувствовать тепло его руки.

С каждой минутой, что он не смотрел на нее, она будто заново обретала себя. Вытащив пару монет из кошеля, она бросила одну босоногим детям, попрошайничавшим у ворот.

— Проследите за юношей, что был со мной. После восьми приходите в постоялый двор Аркадия и расскажите, куда он ходил и с кем говорил. Заплачу вдвое больше, чем сейчас.

Чумазый мальчонка по-деловому попробовал монету на зуб. Убедившись в том, что не подделка, он быстро спрятал ее. Трое – две девочки и совсем еще кроха, повинуясь его взгляду отделились от толпы и побежали за Жаном.

Аманда могла доверить ему свою жизнь. Но не дело Сопротивления.