Между королем и короной

Сент-Круа - 9

Сент-Круа бурлил слухами. Недовольство фаворитом королевы Шантеклер нарастало, точно лавина. На месте королевы-матери Аманда бы немедленно отстранилась от него, лишив титулов и средств. Но королева-мать бездействовала. Неужто вправду была так влюблена? Для женщины из семьи торговцев ей следовало бы лучше разбираться в том, что несёт прибыль и убытки.

Аманда выхаживала Кассана, наблюдая за настроениями толпы. Участились погромы аласольских лавок, ужесточались наказания за такие погромы. С улиц исчезала свежая выпечка и зерно. Ропот недовольных становился всё громче. Солдат на улицах всё больше. Казалось, одно неверное слово может привести к бунту.

Но ничего не менялось.

Королева закрылась во дворце и говорят, молилась днями и ночами о стране. Пардо носа не казал из своего поместья, но туда продолжали свозить вина и девиц.

Господин Преттэ молчал. Проигнорировал письма? Аманда рискнула, отдав ему оригиналы. Если он и дальше будет молчать, ей оставалось лишь отдать копии памфлетисту и молиться, как и королеве-матери.

Неужто дядя был прав, и следовало убить принца Беларда?

Она искусала все губы в ночи, вслушиваясь в шёпот и ругань на улицах, в стук солдатских подошв, но так и не нашла ответа.

Посреди одной из этих длинных ночей Кассан пришёл в себя. Он проморгался, озираясь. Жадно уставился на кувшин с водой. Аманда осторожно поднесла кувшин к губам, и Кассан жадно пил, давясь. Аманда убрала воду, но не отошла. Положив руку на кинжал, она спросила, что произошло.

Кассан нахмурился, вспоминая. Затем подорвался, но тут же со стоном упал на кровать. Схватил Аманду за руку.

— Вы в порядке?

— Как ты выжил, Кассан? — Аманда не вырывала руку, но вторую крепче сжала на рукояти клинка.

— Я виноват, — он закрыл глаза. — Виноват.

— Рассказывай всё.

Прерываясь на кашель и воду, Кассан поведал, что маркиз де Ронселье отправил его к торговцу, за данными о всплывшем на юге артефакте. С торговцем Сопротивление работало давно. В этот раз внутри была засада. Продал ли их торговец? Кассан не знал. Он не оставил никого в живых, но сам был ранен.

— Я поспешил к дому господина Ренара. Но опоздал, — по щеке Кассана скатилась слеза. — Не зная, где вас искать, я ждал у северных ворот. И дождался. Хвала матери-земле вы живы.

Правда? Ложь? У неё не было возможности разобраться.

— Почему я должна оставить тебя в живых? — тихо спросила Аманда.

— Господин Ренар бы не оставил, — Кассан посмотрел ей в глаза. — Слишком велик риск.

— Рассчитываешь, что я настолько не хочу быть на него похожей, что рискну своей жизнью?

— Уповаю, что вы вся в господина. Иначе Сопротивление не выживет. Позвольте лишь попрощаться с собственной магией. Можете использовать моё посмертное проклятье. Просто укажите цель. Здесь есть подвал – он защитит от взгляда инквизиторов.

Соблазнительно. Всего одна смерть могла решить её проблемы.

Кассан закрыл глаза и забормотал слова древнего заклятья. Думал, что умрёт? Вынуждал её действовать на скорую руку? Аманда вскочила и выбежала из дома, хлопнув дверью. Ночной воздух остужал чувства. В Сопротивлении был предатель, из-за которого погиб её дядя. Кассан подозрителен лишь потому, что выжил. Но это не делает его неправым. Он был близок к Ренару, знал, как работает Сопротивление. Такой человек рядом Аманде бы пришёлся кстати.

Если он верен Сопротивлению, его посмертное проклятье может убить принца Беларда или маршала Пардо. Если предатель – умрёт сама Аманда.

Аманда подняла взгляд. Ей вновь приходилось выбирать между чужой жизнью и смертью. Имела ли она право делать подобный выбор? Имели ли значения её желания и права? Свет звёзд сегодня казался особенно холодным.

Аманда вернулась в дом. Плотно закрыла дверь и ставни. Достала все тряпки и одежду, законопатив щели.

Затем подошла к Кассану и решительно произнесла.

— Кровавая клятва.

Она ждала отказа. Магия – самое дорогое, что есть у магов. Сама их суть. Добровольно привязать её к жизни другого было варварством. Истинное значение клятвы стёрлось из истории, но Аманда не сомневалась, что её применяли для рабов. Стоило закончить ритуал, и клявшийся больше не мог ни словом, ни делом причинить вред тому, кому приносил клятву. Стоило нарушить узы клятвы, и магия внутри клявшегося разлагалась, за считаные часы превращая его в живой труп. Стоило ли говорить, что со смертью держателя клятвы умирал и клявшийся.

— Я согласен.

Аманде была противна сама суть этой клятвы. Чем она тогда инквизиторов? Сама себе она тоже была противна.

Но Аманда хотела жить.

Не позволив своим сомнениям взять верх, Аманда зажгла факел и спустилась в подвал. Холодное сырое место было больше похоже на пыточную яму, чем ритуальный зал из прошлого. На земле лежали кандалы, лопата, ведра, деревянные кубки и даже пистолет. Взяв лопату, Аманда прокопала небольшой круглый ров. Схватив ведро, она поднялась и наполнила его водой, после чего спустилась и вылила её в канавку. Лучше бы подошёл естественный поток, но им выбирать было не из чего. Приготовив всё, она помогла Кассану спуститься в подвал.

Он молча сел в центр круга. Аманда наглухо закрыла крышку подвала. Вода, земля и камни поглотят магию ритуала, не дав яшмовым лампадам уловить её.

Аманда вытащила припасённый нож. Разрезала ладонь и медленно сцедила кровь в кубок. Снята оберег с марказитом. Повернулась.

Круг из воды помогал поглощать магию. Он же не давал магу магии влиять на людей и предметы вне круга. Пока Кассан внутри, Аманда в безопасности. Стоит ли рисковать своей жизнью, использую полузабытый ритуал? Всё можно решить проще. Она взглянула на пистолет. Кассан тоже смотрел на него. В свете медленно угасающего факела его глаза отражали лишь сожаления.

Аманда перешагнула канавку с водой и протянула кубок Кассану.

— У вас хватит магии?

Принявший клятву в ответ разделял магию в клявшимся. Если магии мало, клятва могла не сработать, в процессе ритуала ранив обоих.