Между королем и короной

Поместье Пардо - 1

— Ты рассказал бандитам об обозе?

Аманда смотрела в окно, крутя в руках оберег из марказита.

— Нет.

— Говори правду, — приказала она, воспользовавшись магией, связывающей их. И не почувствовала ничего, принуждая Кассана. — Всю.

— Я лишь нашептал пару слов твоим крысятам. Я не мог знать, будет ли Пардо настолько беспечно, чтоб все еще закупать еду, когда народ голодает. Не мог знать, до кого дойдет распущенный детьми слушок.

Аманда кивнула. Оставила оберег в покое и поднялась.

— Я пойду к поместью маршала.

Кассан замер. Раздумывал, какие слова вернее ее остановят. Глупость? Да. Опасно? Да.

Кассан не знал ее достаточно хорошо, и все равно смог найти то, что ранит:

— Я не могу подвести господина Ренара вновь. Если вы прикажете, так и быть. Я с радостью умру, защищая вас.

Хитрец, которого Аманда недооценила.

— Я должна быть там.

Кассан нахмурился, но не перечил ей. Знал, что один ее приказ – и он останется запертым в этом старом доме.

Переодевшись в мужскую одежду, Аманда и Кассан тенями двигались по городу. Сент-Круа было не узнать. Улицы тонули в сизом дыме пожаров. Горели склады, лавки, обычные дома. У хранилища соли в дыму дрались охранники и горожане, пока одна малютка выносила соль в подоле.

Улицы, где шли активные столкновения, Аманда и Кассан избегали. Мясник вооружился топором, торговка — рыбным ножом. Кто с вилами, кто с дубинами, народ давил солдат Шантеклер. Увещеваний монахов не слушали. Инквизиторы не вмешивались – не магия была причиной происходящего. Солдаты Шантеклер стреляли в толпу, но на место упавших приходили их кумовья. Не успев перезарядить ружье, солдаты оказывались затоптанными.

Аманда внимательно смотрела, хотя часто хотела отвернуться. Она крепко вцепилась в плащ Кассана, но продолжала идти.

Ворота поместья Пардо были наглухо закрыты. Из окон поместья по толпе все еще отстреливались. Но смешавшись, люди превратились в природное буйство. Разве мог человек остановить лавину? Забираясь друг на друга, они переползли забор. Падая убитыми один за другим, людям, наконец, удалось перелезть через забор. Раздались крики, выстрелы. Где-то жалобно плакал ребенок. Аманда крутила головой, но невозможно было разобрать, откуда идет звук.

Ворота со скрипом открылись, и толпа хлынула внутрь. Кассан телом придавил ее к каменному дому, чтобы ее не смело моментом толпы.

Выстрелы затихли. Утреннее солнце слепило. В небе кружили орланы-белохвосты.

А потом внутри поместья раздался душераздирающий крик. Он был подхвачен другими, радостными. Животными. Аманда будто оказалась среди древнего ритуала. Крики разрастались, превращаясь в толпе в рык мифического зверя.

Не моргая, Аманда смотрела, как толпа вытаскивает за волосы из поместья накрашенных проституток. Их груди были оголены, дорогие чулки разорвались. Десятки жадных пальцев срывали с их шей бриллианты, душа девушек. Не пожалели и служанок. Тех, кого не убили и с кого нечего было взять — насиловали прямо посреди улицы. Одну бросили на мостовую рядом с ними. Глаза девушки, полные животного ужаса, встретились с глазами Аманды.

Аманда шагнула к ней. Еще шаг.

- Это же просто служанка! — выкрикнула она. Но ее голос был не слышан. Аманду саму схватили за волосы. Кассан тут же отрубил руку наглецу, но Аманда упала на мостовую. Из-за ног она видела лишь кулак девушки, что держал чей-то портрет. Аманда потянулась к нему рукой, но прежде чем успела, кто-то уже вырвал цепочку из неподвижной руки девушки. Кассан схватил Аманду, поднимая.

— Не отпускайте.

— Девушка...

Кассан покачал головой, удерживая ее на месте.

Аманда вновь попыталась поймать ее взгляд, но в глазах той уже ничего не отражалось.

Даже стоя в переулке, они видели, как по рукам ходило дорогое вино, что распивали, словно самое дешевое пойло в таверне. Заморские фрукты, сыры, мясо — все, чего люд не видел и не ел. Вдалеке раздались пушечные выстрелы. Били с вала дворцовой площади.

— Подмога королевы-матери подоспела.

Аманда задыхалась в гари, пыли и крови. Неужто все напрасно? Она всматривалась в толпу и наконец, увидела.

Под оглушительный рев вытащили маршала Лорьяна, самого богатого и влиятельного человека страны, Перучо Пардо.

Половина его лица была залита кровью. Рука висела под неестественным углом. Увидев его, и так раззадоренные насилием люди словно сошли с ума.

Аманда знала, что маршала ненавидели. Вор, прелюбодей, обманщик и казнокрад – он заслужил все, что с ним произошло. Так почему Аманда трясло?

На ее глазах Пардо буквально разрывали на части под одобрительный свист, смех и визги. За ноги его привязали к лошади. Аманда чувствовала так много враз, что в какой-то момент эмоции просто отключились. Но ум беспощадно продолжал работать. Так они убьют его и выбросят в канаву, не увидев родимого пятна.

— Пойдем, — приказала она Кассану.

С трудом они пробрались сквозь толпу. Кассан на ходу с хлюпаньем достал из чей-то спины нож и протянул Аманде. Локтями толкая людей, отпинываясь от них, она упорно приближалась, не обращая внимания на толчки и крики. Кто-то сильно ударил в спину, и Аманда упала бы, не поддержи ее Кассан. Наконец, достигла Пардо.

Боги. Он был еще жив.

Вторую его ногу заканчивали привязывать к хомуту. У Аманды была пара секунд. Сколько бы зла ни сотворил этот человек, разве он заслуживал такой смерти?

Разве хоть кто-нибудь заслуживал такой смерти?

Его глаза, совсем как у служанки ранее, умоляли. Аманда занесла нож. Она могла прекратить его страдания. Она хотела. Сжав зубы, прокусив себе щеку до крови, Аманда опустила нож, разрезая штанину. Она не успела закончить, как коня ударили по крупу и он понесся вперед, таща за собой стонущего Пардо.

Толпа ринулась следом.

Аманда осталась одна на площади, в окружении убитых и раненых. Она шла медленно, закрывая глаза мертвым. Больше для них она ничего не могла сделать.