Между королем и короной

Лагерь для беженцев и погорельцев - 5

Сколько потрясений её сердце способно выдержать? Неужто они опоздали и чемерица разрушила лёгкие?

Кашель прекратился. Аманда, словно в трансе, вытерла кровь с губ вермея и уставилась на перепачканную тряпку.

Поздно. Яда в организме принца было слишком много. Изменения необратимы. Её магия, не специализирующаяся на лечении, не могла его спасти.

У неё не было ни лекарских навыков, ни магии — лишь её жизнь.

Она рискнула всем. Втянула в государственное преступление доблестного человека, несчастных детей, хитрого военного. Обошла все ловушки, вытащила принца из дворца, в котором его травили и всё равно – проиграла.

Она отдала всё, и этого оказалось мало. Вся её семья умерла, защищая род Ферренкуров. Случится ли чудо, если она умрёт здесь, у постели больного принца?

Постойте-ка.

Инквизиция считала кровь магов целебной. Её семья считала подобное жестоким суеверием, подогревающим страсть Инквизиции к пыткам. Но раны на магах и вправду заживали неестественно быстро. Сейчас её ладонь отекла и болела, но Аманда была уверена, что через месяц от ожога не останется и рубца.

Могла ли её кровь вылечить вермея? Сколько придётся отдать? Заметят ли эту магию Инквизиторы.

Вермей вновь закашлялся. Он трясся, словно одержимый. Аманда придерживала его, не давая удариться о край койки.

Когда приступ закончился, Аманда знала ответ. Даже если надежда призрачна, она обязана попытаться.

Выглянув из-за шторы и убедившись, что Инквизитора всё ещё нет, Аманда достала нож и решительно разрезала своё запястье. Кровь полилась, словно только этого и ждала, запачкав платье, одеяло. Аманда приложила руку к губам вермея, но рот того был закрыт, и кровь стекала по подбородку.

Аманда попыталась надавить ему на челюсть и разжать рот. Не смогла удержать нож и он выпал из скользкой от крови руки. Глухо упал на деревянные доски, но Аманда была уверена – услышали все, кто не спал.

Аманда сжала рану, пытаясь сосредоточиться. Паника и спешка не помогут. Она усадила вермея и вновь нажала на челюсть. Наконец, его рот приоткрылся. Аманда приложила свою руку к его губам. Вермей сглотнул. И ещё раз.

Ничего не происходило. Аманда продолжала держать руку, нажимая на порез, чтобы даже не думал заживать. Неужто и вправду придётся всю кровь отдать? Кассан именно так и считал, предлагая найти верного мага для дела.

Почему не работает? Кровь часто использовалась как основа ритуала, должна быть в ней хоть какая-то магия! У Аманды не осталось мудрости древних. Было лишь опаляющее душу желание: спасти принца Ансельма.

И магия в её крови ответила на крик души. В ладонь словно впились ледяные шипы. Они расползались все дальше, к локтю, плечу, сердцу. Терпеть боль было невозможно. И всё же с каждым мгновением принцу становилось лучше. Исчезла испарина. Вернулся цвет лица.

Если придётся отдать жизнь ради вермея, то так тому и быть. Все в её роду поклялись защищать род Ферренкуров.

Вермей закашлялся, у него пошла кровь ртом. Этот приступ был сильнее и дольше предыдущих.

Не вышло?

Вместе с кровью на пол упало чёрное маслянистое пятно. Из него лезли щетинистые щупальца, словно у насекомого. Аманда наступила на него, раздавив. Обернувшись кляксой, оно безжизненно стекло в щели в полу.

Позади тихо охнули. Раздался топот маленьких ножек. В соседнюю койку нырнули, зарывшись под шерстяное одеяло.

Аманда повернулась, борясь с головокружением. Один из крысят всё видел.