Между королем и короной

Казармы Преттэ - 5

— Докладывай, — Преттэ бросил дублет на лавку. Тот соскользнул на пол, в кучу бумаг. Преттэ оставил его там, тяжело опустившись в кресло.

— Отряды расставлены у всех столичных ворот. Стража королевы Шантеклер прочёсывает улицу за улицей, — отчитался Вальдек. Он, как и сам Преттэ, не спал всю ночь, но имел наглость выглядеть собранным и свежим.

— С ними есть наши люди?

— Не с каждым отрядом.

Преттэ сцепил пальцы в замок. Королева-мать не разочаровала. Молча молилась полночи, позволяя своим крокодильим слезам литься в угоду зрителям. Заламывала руки, моля найти своего ребёнка.

Лучии Шантеклер стоило стать актрисой. Ни в одном театре Преттэ не видел представления убедительнее.

С каждым часом, что вермей отсутствовал, шансов его найти живым и короновать становилось всё меньше.

— Похоже, в охрану дворца стоило нанять наших юных друзей.

Вальдек даже молча умудрялся всем своим видом показывать, что Преттэ сам виноват, ввязавшись в эту аферу. А вот он, Вальдек, свою работу выполнил на отлично, не раз пытаясь отговорить Преттэ.

— Пройдёмся ещё раз – как они сбежали.

Вальдек повторил всё, что им было известно о похищении вермея, не тратя лишних слов. Проникли в покои. Обезвредили стражу. С вермеем выбрались из дворца. Ушли через секретный лаз в колодце. Обезвредили ещё двух стражников.

— Лошади?

— Приготовленные нами припасы опустошены, но сами лошади на месте.

Не попались ни в одну ловушку. Точно не мальчишка Д’Ивьер был разумом этой операции. Какая любопытная у него знакомая.

— Маг?

Что ещё могло объяснить их невероятную везучесть и слепоту стражей. Подожжённое хранилище зерна не могло настолько отвлечь всех.

— Вероятно, — кивнул Вальдек.

Но кто из них? Было ли второе дно у казавшегося бесхитростным Д’Ивьера? Или чары, которыми его околдовала девица, были не только женскими, но и магическими?

— Разве их гнездо в столице не выжгли?

— Кем бы ни был купец Тоно, он умел внушать лояльность.

И этим восхищал. Преттэ несколько раз в своей жизни сталкивался с магами и подозревал, что они давно не горстка разрозненных и прячущихся по углам и канавам преступников.

— Мы отдали вермея в руки магических фанатиков?

Вальдек не выдержал и тяжело вздохнул. Преттэ подушечками пальцев нажал на закрытые глаза, пытаясь прогнать головную боль.

— Стоит нашептать Инквизиции, что бравую дворцовую стражу без магии обвести вокруг пальца никак не могли. Пусть присоединяться к поискам.

верховный инквизитор Сент-Круа последние месяцы был занят визитами к королеве-матери и ко двору. Пусть займётся насущными делами.

Давно Преттэ не обыгрывали на его собственном поле. Кто мог предположить, что двое отчаявшихся смогут пройти во дворец, забрать принца и уйти. Преттэ искренне хотел познакомиться поближе с этой мадемуазель Амандой. Чтоб придушить или заставить работать на себя, станет ясно после коронации.

Смогут ли эти двое сохранить вермею жизнь до того момента?

— Ещё новости?

— Ресурсы на лагерь заканчиваются. Ночью умер один старик. Семья из четырёх человек покинула лагерь, отправившись в пригород к родне. Семья из шести человек заняла их место.

— Вчера кто-то пришёл в лагерь? — уточнил Преттэ.

— Маркиза де Ронселье с кузенами, — Вальдек замялся. — Вы же не думаете...

Преттэ посмотрел на старого друга, подняв бровь.

— Это чистое безумство! Они не воспользовались лошадьми, должно быть, уже подозревали вас.

По мнению Преттэ, спрятаться от него в его же лагере было дерзко и умно. Он был почти уверен, что это Д’Ивьер и таинственная мадемуазель Аманда.

— Проверим. Прикажи оцепить лагерь.

Вальдек поморщился.

— Остались одни новички.

Значит, никакой секретности, сплошная грубая сила.

— Вермей – наш приоритет, — как и юных авантюристов. Вопрос только был, какова же конечная цель каждого из них. Свою Преттэ знал, и приоритеты расставлять умел. — Главное — получить его, не упустить эту мадемуазель – вторично.

Всё из-за спешки. Всесильного маршала Пардо разорвала толпа, королева-мать в смятении заперлась в часовне, не выходя из неё днями. Трудно было найти время удачнее, и Преттэ схватился за первый шанс, не проверив всего до конца.

Вот она – цена его надменности и любви к риску. Уже давно он сражался не на военном поле боя, а на шахматном. Нельзя было забывать об этом.

— Идём.

До лагеря добрались быстро. Мимо них проехала карета. Что здесь делал аласольский посланник?

— Узнай.

Вальдек кивнул, тоже смотря вслед карете.

Преттэ ускорил шаг. Его старое тело болело и требовало отдыха. Он по привычке проигнорировал его.

— Прибывшие ночью, — рявкнул он стражам. Те подобрались. — Где они?

— В лазарете, — отчитался один. — Арестовать?

Преттэ покачал головой. Вальдек позади раздавал указы. Осторожно, почти незаметно, работавшие в лагере мальчишки сместились к периметру. Казалось, что они до сих пор занимались своими делами: кто гремел ведрами, кто тащил прогнивший тюфяк. Но всё было обманкой. Каждый был вооружён и ждал приказа.

Дождавшись подтверждения от стражи, что всё на местах, Преттэ нетерпеливо двинулся в лазарет. Вальдек остался у двери. Их уже ждал целитель. Он кивнул на койку. Преттэ нетерпеливо сдёрнул одеяло – но под ним оказалось трое слишком мелких детей, что сладко посапывали.

За шторой раскашлялись. Преттэ отдёрнул её. На постели лежал тонкий и худой ребёнок. Борясь с приступом кашля, он попытался выпить травяной настой. Большая часть настоя пролилась на его рубашку – то ли из-за неутихающего кашля, то ли из-за отсутствующего переднего зуба. Ребёнок смотрел на него, испуганно моргая.

Ни один из детей не был вермеем. Ошиблись? Он вновь принял желаемое за действительное? Как удобно было бы найти принца у себя под боком. На всякий случай Преттэ дотронулся до щеки ребёнка. Провёл рукой, смазывая грязь. Отпустил. Грязь осталась на пальцах. Настоящая. Не морок.