Между королем и короной

Собор - 3

Звуки органа оглушили.

Все наблюдали за выходом королевы-матери, затаив дыхание. Она не сменила своё чёрное платье. Не украсила лицо яркими румянами. В шаге от коронации бастарда королева-мать не выглядела победительницей. Глубокие морщины залегли у её усталых глаз.

Сожалела ли она о том, что сделала со своим старшим сыном?

Её взгляд не смягчился, когда она посмотрела на дитя, что держала на руках. Разодетый в вышитый золотом белый камзол принц Белард казался ангелом, сошедшим с картин живописцев.

Контраст не остался не замеченным публикой. На принца устремились восхищённые взгляды. Даже суровый инквизитор, стоявший рядом с Амандой, улыбнулся.

Все согнулись в глубоком поклоне, обнажив головы. Среди присутствующих Аманда с удивлением узнала господина Преттэ. Она наклонилась, чтобы рассмотреть его. В парадной одежде, спокойный и расслабленный, господин Преттэ выглядел как любой другой праздный зевака.

Почему он здесь? Разве не должны он быть вместе с вермеем в этот момент? Аманда схватилась за железные перила, сжав руки. Рядом с господином Преттэ стоял высокий человек в пенсне, но это был не секретарь Вальдек. Аманда позволила себе выдохнуть.

Он лишь ещё один игрок. Она так спокойно расставляла фигуры на шахматной доске в тишине спальни. Чего же сейчас так переживала, смотря на эти фигуры вживую?

Началась служба, и хор подхватил священные слова, восхваляя династию Ферренкуров.

Аманда то и дело оглядывалась на открытые врата. Господин Преттэ смотрел лишь на королеву.

Принц, которому речитативные распевания быстро наскучили, с любопытством оглядывался по сторонам, вертясь на руках у королевы-матери. Та осторожно погладила его по голове, призывая к вниманию. Сама королева-мать, как и Аманда, наблюдала за центральным входом. Она провела ритуал. Все будет в порядке. Вермей доберется.

Служители замолчали. Орган утих.

Оставалось лишь произнести клятву и возложить корону на голову принца Беларда. Жана с вермеем всё не было.

***

Один из сопровождавших их вояк рухнул на мостовую, но сразившего его стражника Вальдек проткнул шпагой в сердце.

— Сейчас! — крикнул он, указав на узкий проход между оттеснёнными стражниками. Жан схватил вермея за руку и поспешил, отбиваясь от случайных ударов.

Вермей пригнулся и ни на шаг не отступал от Жана. Он вздрагивал при каждом свисте шпаги, но продолжал идти.

Они прорвались вчетвером, но стражники королевы-матери не отставали. Они теснили Вальдека и помогавшего им вояку.

В узком переулке между домами шпагам не было места. Вальдек перехватил её, и, использовав как дубину, эфесом заехал по виску ближайшему врагу. Жан в оцепенении наблюдал, как собранный щупловатый секретарь опустился до кулачного боя, словно пьяница.

Вальдек бил, не останавливаясь. В живот, в лицо. Когда соперник упал, он приложил его ногой. Лишь убедившись, что тот лишился сознания, Вальдек бросился на следующего, сбивая его с ног точным ударом в колено. Ловко прыгнув, Вальдек оттолкнулся от одной из стен, и своим телом повалил ещё двоих. Его напарник не отставал.

Жан, схватившийся за шпагу, чувствовал себя дураком. Такому наставники у господина Преттэ не учили.

Вальдек поднялся. С его лба стекала кровь. Он вытер её тыльной стороной ладони. Кивнул напарнику. Тот остался в узком переулке, держа на изготовке два пистолета.

— Бежим!

Жан и вермей поспешили за ним. Уже была видна аллея раскидистых дубов, а за ней – узкая дверь служебного входа.

Выстрел. Вальдек споткнулся. Он упал на одно колено, остановив падение руками. Из переулка выбежали двое. Жан закрыл собой вермея, готовясь встретиться с ними.

— Нет.

Вальдек поднялся. Зубами оторвал часть рукава, наспех перевязав раненую руку.

— Поспеши, Жан. Ты смог вытащить вермея из дворца. Доведи дело до конца.

Вальдек развернулся. Вытащил шпагу, направившись к спешащим навстречу стражниками королевы-матери. Вальдек поудобнее перехватил эфес шпаги. Раненой рукой вытащил из голенища кинжал. В его движениях не было сомнений или нерешительности. Жан не сомневался, что Вальдек убьёт каждого, кто встанет на его пути.

Внешность правда бывала обманчива.

Совершим немыслимое богохульство, Жан схватил зазевавшегося вермея за руку и буквально потащил к собору. Он бесцеремонно отталкивал случайных прохожих и зевак, что спешили полюбоваться на сражение Вальдека и стражников.

Он пнул калитку, побежал по храмовому саду, не разбирая дорожек. Вот они уже были у двери. Жан схватился за ручку и едва не упал, когда она выскользнула. Дверь отворилась. Навстречу им вывалилось четверо громил.

Дуло пистолета в руках одного из них смотрело в лицо вермею. Стражник, оскалившись, нажал на курок.