Между королем и короной

Собор - 5

Азарт битвы отступал. В глазах мельтешило. Мокрый снег лип к шее. Начиналась метель.

Жана колотило. От ран, от холода, от магии. От страха.

Да, он победил. Но это вовсе не значило, что он выжил.

Жан постарался опуститься на колено, но поскользнулся в крови и рухнул на оба. Собравшись, стиснул зубы и на ладонях протянул вермея свою шпагу, склонив голову.

— Моя жизнь в ваших руках, Ваше Высочество.

Внутри были смятение и пустота. Всё не могла закончиться вот так. Но каков был выбор? Сбежать, стоит вермею отвернуться? Жан не был уверен, что сможет подняться, не то, что идти.

Он сделал свой выбор. Он действовал согласно своей совести. Отступать он не планировал.

Вермей взял шпагу из его рук. Жан зажмурился. Сколько бы громких слов он себе не говорил, было страшно.

Раздались шаги и свист стали.

Вскрик позади. Жан открыл глаза и развернулся. Вермей стоял над телом первого из стражников, которому Жан всадил кинжал в бок. Рука того сползла с двери.

Вермей обернулся к Жану и протянул ему шпагу.

— Почему? — растерялся Жан.

— Мы не можем допустить, чтобы кто-то знал о твоей досадной склонности к еретизму. Друзья короны нынче редки. Было бы глупостью ими разбрасываться.

Жан не верил своим ушам. Вермей прощает его, даже зная правду? Голова кружилась.

— Идёмте, — нетерпеливо приказал вермей, и Жан последовал за своим королём.

***

— Вижу, вы все подготовили, матушка.

Аманда вцепилась в руку инквизитора, чтобы не упасть от облегчения. Тот, поражённый появлением живого вермея, поддержал её, забыв об их конфронтации мгновенье назад.

Получилось! Её ритуал на удачу помог, облегчив путь вермея.

— Брат! — радостно воскликнул принц Белард, протянув ручки в сторону вермея, но королева-мать остановила его, крепче прижав к себе.

— Как ты смеешь? — произнесла она в тишине. — Явиться сюда с личиной моего покойного ребёнка?

Вермей молчал. Он исхудал, но не зашёлся в приступе кашля. Жан, ввалившийся в собор позади вермея, выглядел куда хуже. Бледный, с дрожащими руками, казалось, он держался на ногах только потому, что прислонился к колонне.

— Вы правда не признаёте меня? — в голосе принца Ансельма слышалась детская нерешимость, и Аманда прикусила губу. Сможет ли вермей публично противостоять своей матери? Он ещё был так юн.

Инквизитор, державший её, резко вдохнул. Аманда проследила за его взглядом. Он всматривался в яшмовую лампаду над головой вермея. Ту самую, свечение которой Аманда отметила раньше.

Лампа светилась. От магии или же это были отблески свечей?

Аманда прикусила щеку, стараясь сдержать себя.

— Схватить самозванца.

На лице королевы Лучии были слёзы. Испытывала ли она боль, публично отказываясь от своего ребёнка? Или же всё в ней было игрой? Аманда не могла сказать наверняка.

Мгновенья принц не двигался.

— Посмеете напасть на своего вермея на глазах у всего двора? — спросил принц Ансельм, но голос его дрожал.

Стража кинулась к нему, Жан выступил вперёд, готовясь сражаться. Аманда подалась ближе, но инквизитор крепко держал её.

— Стоять, — командный голос господина Преттэ разнёсся по собору.

Стражники замерли в паре шагов от вермея. Господин Преттэ, кряхтя, поднялся.

— Как вы смеете?! — тихо спросила королева-мать.

— Ваше Величество, — господин Преттэ склонился в глубоком поклоне. — Я нижайше прошу вашего прощения. Юноша – копия покойного короля. Вам лучше всех известно, на что способны еретики. В свете с произошедшим с сеньором Хоакином Монтеро, я вынужден настаивать на проверке.

Люди внизу зашептались. Аманда затаила дыхание. Верно, вспоминайте о деле Монтеро. Вспоминайте слухи о том, что похищение вермея – его рук дело. Что вермей жив.

Королева-мать прикрыла глаза, ничем не высказывая своего раздражения. Она была в шаге от того, чтобы добиться желаемого, и всё ещё вела себя осторожно. Аманда испытала неприятное чувство восхищения.

— Что вы предлагаете?

— Все мы желаем лишь одного. Короновать законного наследника. Дадим юноше высказаться. И если лжёт – убьём на месте.