Между королем и короной

Дворец - 19

— Нужно остановиться, — повторила Аманда очевидное, но с места не сдвинулась. — Королева Лучия не одобряет, когда мы ведём себя фривольно.

Слова Аманды прорвались сквозь опьянение от её близости. Внезапно Жан почувствовал ледяной ветер, который ранее не замечал.

— С каких пор ты прислушиваешься к мнению королевы-матери?

Некстати вспомнились абсурдные предупреждения господина Преттэ.

— С тех пор как я имела честь стать частью её двора.

Жан застыл. Наверняка он что-то не так понял. Иначе ведь и быть не могло.

— Честью?! — воскликнул он. — Ещё недавно ты утверждала, что она травит своего сына!

— Замолчите! — прошипела Аманда. — Не говори подобных слов там, где могут услышать, если голова на плечах дорога!

Жан не узнавал в придворной даме, что стояла напротив, девушку с которой путешествовал по Лорьяну. Неужто она всё время была такой? Неужто господин Преттэ прав?

— Что произошло, Аманда? Что так изменило тебя? Я ведь знаю – ты совсем иная. Для тебя неважны власть и деньги. Доверься мне, — взмолился Жан, сжав её ладони в своих. — Я помогу тебе. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

Руки Аманды выскользнули из его. Жан остро ощутил потерю тепла. Стало неуютно. Ему не было страшно, когда на него нападали стражи королевы-матери. Но сейчас он боялся следующих слов Аманды.

— Ты же совсем не знаешь меня.

Жан схватил ее руку и переплел их пальцы. Он крепко сжал ее ладонь и поднес к губам, покрывая поцелуями. Прижал к щеке.

— Не надо, — умолял он.

Аманда сжала его ладонь. Прильнула щекой к его щеке. Жан вдыхал ее аромат, не способный отовраться. Он чувствовал: стоит отпустить ее сейчас, и он потеряет Аманду навсегда.

— Нам следует забыть о произошедшем, — прошептала Аманда, избегая смотреть ему в глаза.

Забыть? О поцелуе? О совместном преступлении? Жизнь Жана с момента встречи с Амандой словно происходила с ним вся враз. Он нашёл свою цель, своё место, влюбился.

— Вы бежали от её солдат в лесу. Уговорили меня совершить измену, — тихо выговорил он. Голос стал деревянным, чужим.

— Вы не так поняли меня, барон.

Вот теперь она смотрела ему в глаза, не моргая. И вновь вы. Расстояние между ними с каждой фразой становилось всё больше. Всё меньше маркиза де Ронселье напоминала Аманду, которую он знал.

— Когда вы целовали меня. Я тоже вас не так понял?

Жан отчаянно рванул к ней, накрыв своими губами ее. В поцелуе больше не было неловкости, лишь отчаянье. Жан ждал, что Аманда оттолкнет его, уколет словами, даст пощечину. Но она прильнула к нему с той же отчаянной страстью. Очень быстро поцелуй стал глубже. Страсть и страх разгорались внутри Жана, передаваясь Аманде. Они жались друг к другу. Аманда приоткрыла рот, позволив скользнуть в него языком, и тихо, почти беззвучно, застонала. Жан, почувствовав это, сжал руки на ее талии.

— Глупец, — прошептала Аманда между поцелуями. — Я использую тебя и разрушу твою жизнь и карьеру.

— Мне все равно. Разве может что-то быть важнее нас? — он наклонился к ней, целуя ее губы, линию шеи, но Аманда застыла.

— Важнее? — безжизненным эхом повторила она. Жану показалось, что она вот-вот заплачет, но она лишь прикрыла на мгновенье глаза. Аманда отступила, отведя взгляд. Что и кого она видела перед собой, раз так побледнела?

— Вы правы, Жан. Вы не можете быть для меня важны.

Аманда отступила еще на несколько шагов. Снежинки ложились на ее черные волосы, не тая.

— Поздравляю с титулом, барон, — вежливо поздравила мадемуазель Аманда. — Впредь будьте осторожны с тем, кому верите.

Маркиза де Ронселье присела в реверансе и ушла. Жан остался один посреди темноты и холода. Снегопад усиливался. Мир вокруг был белоснежным. Точно новым.

Но Жан знал, что под снегом осталась та же грязь.

Он подозвал слугу и схватил у него несколько бокалов вина, выпив их залпом. Чтобы ни случилось, он дал себе слово не жалеть, что тогда свернул на ту нехоженую дорогу в лесу.