Между местью и тобой

Глава 1

20 декабря, 7:30 утра

Звонок будильника вырвал меня из сна, где я уже гуляла по заснеженному парку с горячим какао в руках. До каникул — всего ничего. Четыре дня, чтобы закрыть хвосты и не опозориться перед Новым годом.

Я, Вика Кирова, за полгода на инязе МГИМО нашла, кажется, главное — настоящую подругу. Леру. Мы с ней соседки по аудитории, и с первой недели она, бойкая и вечно улыбчивая брюнетка, взяла мою тихоню под свое крыло. Без нее я бы, наверное, так и сидела одна в углу, уткнувшись в учебник. Она втянула меня в свою компанию, научила не бояться говорить на семинарах и знала все университетские сплетни. Именно от Леры я и узнала про «элиту» — закрытую касту сыновей и дочерей олигархов, министров и послов. «Не обращай внимания, Вик, — говорила она, — они живут на другой планете. Но иногда на их планете бывают очень крутые вечеринки».

Я живу одна в маленькой, но уютной квартирке в центре, которую мне подарил отец. Чтобы я не мучилась с общагой, а в Рязань к маме, папе и двум неугомонным младшим братьям-сорванцам, я мчусь каждые выходные, как в тихую гавань.

После утренней пары по истории языка, где Лера вместо конспекта рисовала в моей тетради смешные рожицы, мы вышли в снежное полуденное марево.

— Вечером та самая тусовка, — напомнила она, закутываясь в шарф. — В «Геликоне». Одевайся… ну, не как всегда.

— Как всегда — это как? — надула я губы.

— В удобно и мило. А надо — убийственно! Ладно, ладно, — она увидела мой взгляд. — Одевайся, как хочешь. Главное — будь там. Без тебя скучно.

Я согласилась скорее из-за нее. Без Леры я бы ни за что не пошла.

Вечер, 21:30. Клуб «Геликон»

Музыка била в виски, тела сливались в темноте с бликами стробоскопов. Я чувствовала себя рыбой, выброшенной на чужой берег. Все вокруг — красивые, дорогие, громкие. Леру где-то засосало в танцевальную воронку, а я прижалась к барной стойке с бокалом тоника, делая вид, что жду кого-то.

Именно тогда я его заметила. Его — Павла Соколовского. Даже в полумраке его было видно, как маяк. Он не танцевал, а как бы пребывал в центре зала, вокруг него вращались люди, ловили его взгляд, смеялись его шуткам. Высокий, с безупрежной осанкой и лицом, словно сошедшим с глянцевых обложек. Сын тех самых Соколовских, владельцев холдинга. Лера описывала его коротко: «Бог и царь местного бомонда. Не знает слова „нет“. И, кажется, не знает слова „стыд“».

Наш взгляд встретился на мгновение. Его глаза, холодные и оценивающие, скользнули по мне сверху вниз, и он едва заметно усмехнулся, прежде чем отвернуться к какой-то ослепительной блондинке в платье с опасным декольте. По моей спине пробежал холодок. Не от восторга. От предчувствия.

Я продержалась еще час. Лера, запыхавшаяся и счастливая, нашла меня.

— Вик, все, я готова валиться. Танцы выжали все соки. Пойдем?

Я кивнула с облегчением.

23:45. Задворки клуба

Выйдя через черный ход, чтобы быстрее добраться до такси, мы оказались в узком, плохо освещенном переулке. Снег падал густо, приглушая звуки города. Мы только начали пробираться к свету главной улицы, как из тени отделились трое парней. От них разило дешевым пивом и агрессией.

— Эй, красотки, куда так быстро? — один из них, самый крупный, преградил нам путь. — Пойдемте с нами, повеселимся.

— Нас ждут, — резко сказала Лера, но в ее голосе послышалась трель страха.

— Никого не ждут, — парень схватил Леру за руку. Она вскрикнула.

Все произошло за секунды. Я бросилась к ней, пытаясь оттащить его руку, но другой отшвырнул меня в сторону. Я ударилась спиной о стену, дыхание перехватило. Один из них прижал Леру к стене, двое других повернулись ко мне. В глазах у них было то животное, от чего кровь стынет в жилах. Я закричала, но крик потерялся в снежной мгле и грохоте музыки из клуба. Чья-то рука грубо схватила меня за волосы, потащила вглубь переулка, в кромешную тьму. Лера отчаянно вырывалась и плакала. Мир сузился до ужаса, запаха перегара и боли в корнях волос.

И вдруг — резкий, хрустящий удар. Рука, державшая меня, разжалась. Кто-то тяжело рухнул в снег рядом. Я, вся трясясь, прислонилась к стене, пытаясь понять, что происходит.

В свете далекого фонаря я увидела его. Павел Соколовский. Он двигался с пугающей, хищной грацией. Удар, еще удар — и второй нападающий застонал, скрючившись. Третий, тот, что держал Леру, бросился на Павла, но тот ловко уклонился, схватил его за шиворот и с размаху ударил лицом о кирпичную стену. Звук был отвратительный, приглушенный. Все кончилось так же быстро, как и началось. Трое лежали в снегу, кряхтя.

Павел не был даже запыхан. Он отряхнул ладони, словно стряхивая пыль, и подошел сначала к Лере.

— В порядке? — его голос был спокойным, без тени волнения.

Лера, всхлипывая, кивнула, поправляя порванный рукав.

Тогда он повернулся ко мне. Его взгляд был все таким же холодным, оценивающим.

— А ты? — коротко бросил он.

Я не могла вымолвить ни слова. Только кивала, обхватив себя руками, пытаясь перестать дрожать. Слезы текли по лицу сами собой, смешиваясь со снегом.

— Что молчишь? — его голос внезапно стал резким, ледяным. — Или ты из тех, кто специально ищет приключений в таких переулках, чтобы потом рассказывать, какая ты несчастная? Может, это твой способ привлечь внимание? — Он сделал шаг ближе, и его глаза в полутьме казались совсем черными. — Тогда запомни: на таких, как ты, здесь никто не клюнет. Даже после такого… спектакля. Ты думаешь, героиня мелодрамы? Нет. Для таких, кто лезет куда не надо и не может за себя постоять, здесь есть простое слово.

Он наклонился так близко, что я почувствовала легкий запах его дорогого парфюма, смешанный с холодным воздухом.

— Добыча. Легкая добыча для любого ублюдка. И не более того.