Между Молотом и Клинком

Бегство От Тени

Лес сомкнулся вокруг них, словно гигантская ловушка. Ветви, обледеневшие за ночь, хлестали по лицам, оставляя на щеках тонкие царапины. Снег под ногами хрустел, будто сотни невидимых челюстей перемалывали кости. За спиной, всё ближе, звучали крики:
— Там! К скалам! Не дайте уйти!

Эйнар бежал, сжимая свёрток с письмами так, что пальцы онемели от напряжения. Его рыжие волосы, обычно торчавшие дерзким пламенем, слиплись от пота и прилипли ко лбу. Дыхание вырывалось прерывисто, превращаясь в белые клубы, которые тут же разрывал ветер.
— Хальвдан! — он споткнулся о корень, едва удержав равновесие. — Они обходят справа! Видишь огни?

Хальвдан замедлил шаг, обернувшись. Его голубые глаза, холодные и ясные даже в кромешной тьме, скользнули по скалам, нависавшим над узкой тропой, потом к бурлящей внизу реке. Ветер гудел в ущелье, поднимая снежную пыль, словно сама природа вступила в сговор с преследователями.
— Слушай... — он схватил Эйнара за плечо, указывая на едва заметный каменный выступ. — Видишь трещину? Туда.

Эйнар присмотрелся, различая узкую расщелину, скрытую за ледяными сталактитами. Сердце ёкнуло — щель была не шире плеч подростка.
— Там нас задавят, как крыс в норке! — выдохнул он, но уже карабкался вслед за другом.

Хальвдан, цепляясь за мёрзлый камень, бросил через плечо:
— Доверься. Или хочешь, чтобы из тебя сделали коврик для ног ярла?

Они втиснулись в щель, едва успевая убрать ноги, когда мимо промчались первые преследователи — пятеро воинов в кольчугах, факелы в их руках метали дрожащие тени на скалы. Эйнар прижался к стене, чувствуя, как сердце колотится в такт удаляющимся шагам. От близости врагов в горле встал ком.
— Они вернутся... — прошептал он, пытаясь унять дрожь в голосе. — Псы чуют кровь за милю.

Хальвдан молча достал из-за пояса два железных кольца с шипами — остатки сети, что недавно пленила чёрного волка. Его пальцы, обычно такие точные в кузнице, слегка дрожали.
— Спускайся к реке. Создай шум — брось камни в воду. Я останусь здесь.

Эйнар схватил друга за плащ, в глазах вспыхнула ярость, смешанная со страхом:
— Ты с ума сошёл?! Они разорвут тебя на тряпки!

— Не успеют. — Хальвдан указал на ледяной нарост над их головами, где трещина зияла, как раскрытый рот. — Ударь топором, когда крикну.

Эйнар хотел спорить, но в глазах друга увидел ту же стальную решимость, что и в день, когда они стояли над телом чёрного волка. Кивнув, он начал спускаться, цепляясь за обледенелые выступы. Каждый шаг отдавался болью в растянутых мышцах.

Через несколько минут в ущелье раздался оглушительный грохот — Эйнар швырнул в воду валун, подняв фонтан ледяных брызг.
— Лови, сволочи! — закричал он, и эхо подхватило его голос, разнеся по всему ущелью.

Крики преследователей тут же сменили направление:
— К реке! Они пытаются перейти!

Хальвдан, притаившийся в расщелине, замер. Его пальцы сжимали железное кольцо, привязанное к тонкой верёвке из сплетённых ремней. Сердце колотилось так громко, что, казалось, враги услышат его сквозь камень.
«Отец... ты бы назвал это глупостью», — мелькнула мысль, но он отогнал её.

Когда первые воины появились под скалой, он дёрнул за верёвку. Шипящий звук разрезал воздух — кольцо, раскрученное как праща, ударило в трещину.

Лёд застонал, как живой, и тонны хрусталя обрушились вниз, погребая двух преследователей. Остальные в ужасе отпрянули, но Хальвдан уже спускался по скале, как тень, ловя каждое движение врагов краем глаза.

— Эйнар! — его голос перекрыл рёв воды. — Теперь!

Рыжий, стоявший на краю обрыва, взмахнул топором. Лезвие вонзилось в трещину, и скала ответила глухим стоном.
— Ну давай же... — прошипел Эйнар, вкладывая в удар всю ярость.

С грохотом, подобным раскату грома, часть утёса рухнула в реку, подняв волну, которая смыла двух воинов. Преследователи, пытавшиеся обойти обвал, оказались отрезаны бурлящим потоком.

— Беги! — Хальвдан схватил друга за руку, и они рванули в чащу, оставляя за спиной хаос.

Но один прорвался — рослый викинг с секирой, лицо которого пересекал шрам, похожий на след когтя.
— Предатели! — его хриплый рёв заставил Эйнара обернуться. — Я содрал шкуру с вашего крысёныша! Вы — следующие!

Эйнар застыл. Картина вспыхнула перед глазами: Олав, смеющийся у горна... Олав, загораживающий дверь кузницы...
— Ты... — рычание вырвалось из его глотки само собой. Он рванулся вперёд, но Хальвдан опередил его.

Железное кольцо со свистом впилось воину в шею. Тот захрипел, секира выпала из рук. Хальвдан бросился вперёд, клинок блеснул — но в последний миг дрогнул.

— Кончай его! — крикнул Эйнар, но Хальвдан замер, глядя в глаза врага. В них не было страха — только пустота.

Секира взметнулась, целясь в живот. Хальвдан инстинктивно прыгнул в сторону, клинок скользнул по кольчуге, оставив царапину. Боль пронзила бок, но адреналин заглушил её.

— Прости... — прошептал он, и следующий удар вспорол врагу живот.

Тот рухнул, хватая ртом воздух. Хальвдан отшатнулся, глядя на кровь на своих руках. В ушах звенело, ноги подкашивались.
«Я... я убил...»

— Хальвдан! — Эйнар схватил его за плечи, тряся. — Очнись! Мы должны бежать!

Голубые глаза друга медленно сфокусировались. Он кивнул, глубже втянув воздух.
— Да... Да, ты прав.

Они побежали, оставляя за спиной предсмертные хрипы. Эйнар украдкой посмотрел на Хальвдана — тот стиснул зубы, но в уголках глаз дрожали слёзы.

— Ты... — начал Эйнар, но слова застряли в горле.

— Не сейчас, — перебил Хальвдан, указывая на перевал. — Там тропа расходится. Если успеем до темноты...

Они мчались, будто за ними гналась сама Хель. Но даже в этом безумии Эйнар заметил, как друг украдкой вытер лицо рукавом.

— Как ты догадался? — спросил Эйнар позже, когда они остановились у ручья. Его голос звучал хрипло. — Про лёд и кольца?