Между нами лёд

4. Влияние прошлого

Тоска по утраченному не так мучительна, как тоска по небывшему.
Миньон Маклофлин

₰₰₰

     Прошло почти две недели с тех пор, как Александра безоговорочно стала жертвой кровавой зависимости своего господина. Вальдо частенько нарушал закон, оставляя на тонкой коже аккуратные отметины от клыков, но несмотря на осторожность Основателя, девушке всё же пришлось носить нелепый шарф на своей шее — ранок стало слишком много. Однако это было ещё не самой худшей проблемой: смертная чахла на глазах, словно увядающий цветок. Её состояние ухудшалось с каждым днём: слабость, апатия и первоначальная стадия анемии в придачу. Фролова не ныла, не пыталась сбежать, ведь прекрасно понимала, что все её попытки будут провалены.

     За всё время, проведённое с бессмертным, Саша даже привыкла к нему. Страх перестал докучать юной особе — на его место пришло смирение и толика энтузиазма. Когда Джиллес не был занят, то спокойно беседовал с горничной на банальные темы, стараясь избавиться от непомерной скуки. Служанка поначалу не горела желанием общаться, но позже непринуждённые разговоры вошли в привычку. Несмотря на особый статус шатенки, Вальдо не освободил Александру от работы по особняку, да и не должен был, иначе бы возникла целая куча ненужных вопросов. Их противозаконная и аморальная тайна не должна была раскрыться ни при каких обстоятельствах — такой казус непременно подпортит репутацию аристократа.

     Девчушка небрежно кинула тряпку в ведро и плюхнулась на ступеньку, хватаясь за ноющее плечо. На улице стояла темень, а стрелки на циферблате старых позолоченных часов показывали чуть за полночь. Саша не уложилась в срок — не смогла отдраить библиотеку за день, поэтому осталась, чтобы завершить начатое. Зарплата не за горами! Прислуга давно уже покинула особняк, внутри остались лишь кровопийцы, и это напрягало смертную. В золотых глазах закралась усталость, а веки непроизвольно закрывались.

— Блин, как спать-то хочется.

     Под гнётом немыслимой слабости, горничная прилегла на отполированные ступени и отдалась во власть сновидений. Она не хотела засыпать в таком месте, но что уж теперь поделать. Как раз в это время Джиллес по обыкновению любил заглядывать в шикарную библиотеку, дабы скрасить свободное время хорошей книгой. Вальдо устремил свой взор на спящую растрёпанную девушку и резко выдохнул, про себя отмечая, что вовсе не удивлён. Джиллес невесомо подкрался к жертве, исследуя каждый миллиметр хрупкого тела.

— Спящей ты выглядишь гораздо послушнее, — спокойно произнёс Основатель и присел на одну из ступеней, продолжая любоваться собственной игрушкой.

     Для мужчины смертная стала занятным человеком, который так и нарывался на наказание. Девушка была до жути неуклюжей, прямолинейной и иногда грубой, но всё равно старалась угомонить своих внутренних демонов в присутствии Лорда. Её каштановые волосы спадали на лицо, а бледные губы иногда вздрагивали, будто пытаясь рассказать о чём-то. Размеренное дыхание было тихим — Саша не сопела во сне, как большинство людей, а грудь плавно вздымалась, словно лодочка в море от небольшой качки. Кровопийца протянул руку к бледному лицу и убрал спавшие локоны за ухо, задевая щёку своей ледяной ладонью; Фролова недовольно сморщила носик и хрипло пробубнила какую-то нелепицу. Джиллес прищурился и нагнулся ближе, вдыхая упоительный аромат, мысленно задаваясь лишь одним мучающим его разум вопросом: «Когда это началось?».

Воспоминания вампира…

Полтора года назад.

     Чёрный автомобиль подъехал к резиденции Джиллеса, и слуга незамедлительно открыл дверь господину, учтиво поклонившись. Аристократ спокойно вышел из дорогого автомобиля, плавно ступая на землю своими лакированными ботинками. Ночь выдалась непростой: мужчина довольно долго разбирался с повстанцами, пытаясь вырубить оппозиционное движение на корню. Прохладный ветер незатейливо приподнимал светлые пряди вверх, но бессмертный не обращал на это внимание, а смотрел куда-то вдаль.

— Чёрт! — раздался звонкий девичий голосок, который привлёк внимание Лорда.

     Возле служебного входа лежала девушка, вернее она феерично свалилась, предварительно врезавшись в изящную колонну. Шатенка без конца ворчала и тёрла лоб, а затем приподнялась и с яростью ударила себя по щекам. Вампир в этот момент с неким недоумением смотрел на девчонку с причудами, которая, перепрыгнув через ступеньку, вошла внутрь со словами: «На этот раз всё получится!».

— Господин, простите за это недоразумение. Сегодня проходит вторичный набор прислуги, поэтому в особняке может быть слегка неспокойно. Мне распорядиться, чтобы отбор перенесли на другой день, дабы не докучать вам лишний раз? — поинтересовался слуга.

— Нет, не стоит. В конце концов, никто не посмеет мешать мне, — равнодушно выдал монстр и направился к главному входу.

Три дня спустя.

     Зайдя в свой кабинет, аристократ застыл возле входа, наблюдая за новенькой горничной. Девушка упорно тёрла плинтус, ползая на карачках, словно рабыня, молящая о пощаде. Вальдо присмотрелся и узнал в ней ту недотёпу, что так рьяно била себя, в надежде успокоиться. Алоглазый глубоко вдохнул, пытаясь всем своим чутким обонянием прочувствовать этот ненавязчивый аромат, исходящий от служанки.

«Она вкусно пахнет».

     Тело вампира будто молнией пронзило, и он нервно дёрнулся от таких мыслей. Лорд старательно выжидал, когда незнакомка наконец-таки переведёт свой взор на него. Хищнику хотелось увидеть лицо девушки, хотя такое желание было весьма неординарным.

— Фух, — напряжённо выдохнула горничная и на дрожащих от усталости ногах встала, наконец показывая хозяину своё утомлённое личико.