Между нами лёд

5.Пожар

— Разде… Что? Вы же обещали, что не тронете меня! — со злостью выпалила Александра, чувствуя адреналин, ударивший в голову.

     Её всю трясло, а негодование проникало в каждую клеточку тела, распространяя болезненные импульсы. Аристократ требовательно придвинул смертную к себе, продолжая властно смотреть вглубь золотых, померкших от растерянности, глаз. Их лбы соприкоснулись, и теперь мужчина мог ощутить жар девичьей кожи и рваное дыхание. Девушка задела самолюбие бессмертного, но он не мог нарушить данное им слово, иначе бы пал в глазах служанки, словно последняя сволочь.

«Я сказал ей раздеться? Что происходит с моими мыслями в последнее время? Я же вампир и ничего не чувствую, но что же это тогда? Почему я не могу взять то, что хочу силой. Противоречу сам себе и становлюсь похож на последнего глупца…»

     Александра застыла, поглощённая гордым созданием, сидевшим напротив. Она только сейчас начала задумываться о его внеземной красоте. Среди смертных нет людей, обладающих таким же обаянием и притяжением. Запретное всегда манит своей загадочностью и отчуждённостью, однако зачастую недосягаемо для простых людишек. В алых глазах плескалась вечная жажда крови и ничто не могло заглушить её навсегда, кроме забвения.

     Шатенка задерживает дыхание, когда Основатель приближается к её губам. «Неужели он хочет поцеловать меня?» — проносится в голове у горничной, и та от страха закрывает глаза, надеясь, что монстр не решит наказать её за непослушание.

     Мгновения длились целую вечность, а ожидание граничило с безумием. Боль. Саша обречённо открыла глаза, ощущая острые клыки, погрузившиеся в её плечо. Бессмертный жадно глотал горячую кровь, пытаясь заглушить поток противоречий в его голове. Сладкий нектар растекался по его горлу словно в первый раз, даря очередную дозу насыщения. По щеке смертной скатилась одинокая слеза, а взгляд помутнел.

«Поцеловать, да? Я определённо дура».

     Юная особа в очередной раз убедилась, что является лишь вещью для своего ненасытного господина. Кровь — её единственная ценность и источник неприятностей. Он сказал ей раздеться, но только лишь для того, чтобы впиться в плечо, а не в шею, как она и просила. Мужчина нехотя оторвался, стараясь не поддаваться искушению выпить больше. На мертвенно бледных устах всё ещё виднелись капли крови, а алые глаза с растерянностью уставились на бледное личико. Вальдо впервые видел, чтобы она плакала. Горничная старалась держаться и всегда делала вид, будто ей плевать на бесконечные укусы, однако сейчас была на пределе.

     Золотые глаза, застеленные пеленой от слёз, смотрели на Правителя, словно на предателя. Девушке не было страшно видеть перед собой ненасытного монстра, перепачканного в крови, нет, ей было плевать. На ватных ногах Александра выскользнула из плена и схватившись за дубовые перила, поползла вниз, невзирая на слабость. Из-за расплывчатого зрения, шатенка не рассмотрела последнюю ступеньку и феерично грохнулась вниз; подол платья задрался, оголив ноги, попу и часть спины. Ладони неприятно обожгло, а локти засаднило — девушка буквально проехалась по полу. Стыд обуял смертную и та, сдерживая поток матных слов, встала, засеменив к выходу.

     Аристократ медленно выдохнул и зачесал волосы назад, прикрывая глаза. Да, он смог разглядеть всё, что находится под подолом платья, не в силах противиться любопытству. Алоглазый прекрасно слышал, как девушка стискивает свои зубы и тихо всхлипывает, борясь с обидой. Мужчина готов был помочь ей, однако в очередной раз сдержал себя, проявляя безразличие. Их отношения были столь несуразными и одновременно логичными, только вот основывались на лжи и недопонимании. Холодный, словно айсберг, вампир и хрупкая, ранимая человеческая девушка не могли понять друг друга. Вальдо хотел её, а Саша просто старалась выжить и именно поэтому не видела в алых глазах проблеск чувств.

— Она ненавидит меня и боится, а я только и делаю, что ухудшаю положение. Стоит воздержаться от своих желаний некоторое время, уверен, так будет лучше, — аристократ облизнулся и тяжело сглотнул, стараясь унять разгулявшуюся фантазию.

     На дрожащих ногах девушка шла к дому, опустив голову и зарывшись носом в тёплое горлышко водолазки. Она больше не плакала, однако глаза неприятно щипало, а осенний ветер пробирал до костей. Саша шаталась из стороны в сторону, будто выпила лишнего на чьём-то дне рождения, и теперь, озябшая, шла восвояси. В нос ударил неприятный запах гари: «Видимо, опять подожгли баки с мусором, чёртовы маргиналы» — подумала смертная и ускорила шаг, чтобы скрыться от противной вони.

     В подсознании девушки царила полная неразбериха, и смешанные чувства устроили восстание, пытаясь свести свою хозяйку с ума. Александра пыталась заткнуть собственные мысли, а потом нелепо улыбнулась, посчитав себя сбрендившей дурочкой. Она вновь вспомнила господина и его проникновенный животный взгляд, который выдавал неистовое желание сожрать её целиком и полностью, только вот Саша даже не догадывалась, в каком смысле. Горничная настолько погрузилась в себя, что даже не заметила столпотворение возле её дома. Когда уставший взгляд переместился на окна собственной квартиры, то зрачки нещадно сузились от ужаса — вся пятиэтажка была охвачена пламенем.

     Проходящий мимо стражник задел шатенку, и та обречённо плюхнулась на колени, начиная приходить в себя и слышать бесчисленные голоса. Это крах. Девушка задрожала, и несдержанно заплакала, оперевшись ладонями о старенький бордюр.

Лучше маленький огонь, который нас согреет.
Чем большой, который нас сожжет.

₰₰₰