Между нами море

Глава 11. Часть 1. ОТТЕНКИ ПРИЗНАНИЙ

Да, может я поступила скверно что позволила себе упиться в сопли, но я никому не обязана объясняться. Захотела и надралась… поддалась порыву. Темболее что ничего ужасного не призошло.

Я чувствовала что проснулась. Пульсирующая боль в голове ясно дала об этом узнать. Но я все же никак не могла разлепить глаза. Голова гудела так, что только держись! Да еще в добавок кружилась.

Во рту все пересохло. Я страшно хотела пить. Но так же меня невероятно тошнило. Самое жуткое похмелье в моей жизни!

Застонав, я повернулась на бок и приложив ладонь ко лбу, наконец раскрыла глаза. Я лежала на широкой кровати под легким, но довольно теплым одеялом и мне было то невыносимо жарко, то холодно.

Я была раздета до нижнего белья. Но постель и потолок не те, что в номере отеля. Так где же я?

А повернув голову на бок, так и вовсе замерла. Ведь не ожидала увидеть того, кого увидела. В кресле у стены сидел Эмре. Он смотрел на меня с еле уловимой улыбкой на лице.

Мне ведь не показалось? Я чуть приподняла голову. Да, точно он. И он смотрит на меня каким-то странным взглядом…

Я опустила голову обратно на подушку и подтянув одеяло на лицо чуть слышно застонала от охватившего меня стыда.

— Мньегое помьньиш? — улыбчиво протянул Эмре, сцепив пальцы в замок, при этом держа локти на подлокотниках и запрокинув ногу на ногу.

— Нет… — облизала губы и сосредоточившись на своих воспоминаниях закрыла глаза. Последнее, что зафиксировалось — это то, как сидели на асфальте с Керемом. — Как я тут оказалась? — чуть выглянула из-под одеяла.

— Я привьез.

— Что? — уже больше выглянула из-под одеяла.

— Мине позвоньилы ис клуба… — пояснил Эмре, — сказальи что брат сильньо пьан. Я прийехал и увьидел вас. Ви сидэльи на ульице на дроге… Керьем ньесколько раз питальса встать и подьньят тиба — но ви толко падальи.

— О, боже! — я вновь зарылась в одеяло. — Какой позор!

— Тошно ни щего ни помьньиш?

— А что? — занервничала я, пытаясь вспомнить этот промежуток времени. Почему он так спрашивает? Что я могла сделать? Бог ты мой! Я ведь не могла переспать с ним по пьяни? Или… могла? — Что было? — выдохнула с замиранием, страшно боясь услышать ответ.

Эмре улыбнулся, — ти много говорыла.

— Что? Что я говорила?

— Тсэтьирую: ти ошень красивьий и йа неверойятно хочу потселовать тиба, — Эмре произнес то, что как он утверждал, говорила ему я под воздействием алкоголя, — а ещье: йа дьико тиба ривнуйю! Ти целовал Зейинеп! Йа еи волосы хотела выирват! Ти такои невиносимый! Йа вьисе вриема думайю о тибе, — он вновь улыбнулся.

Я сильно зажмурилась, пытаясь вспомнить что там я еще могла наболтать. И перед мысленным взором стали вспыхивать нечеткие картины: «Эмре ведет меня к своей машине… я висю на нем, как тряпичная кукла». Затем новая вспышка — «мы едем в машине… На заднем сидении лежит в отключке Керем. В безсознательном пьяном угаре. Я — пытаюсь поцеловать Эмре… Но он не позволяет. Пытается меня унять. — Ти пьяна. Завтра тибе будьет стидно». Следом воспоминание сменилось: «Эмре ведет меня к его дому… Мои ноги подкашиваются и он подхватывая меня, дальше несет уже на руках».
Не надорвался ли? Я ведь далеко не пушинка…
«Эмре укладывает меня на кровать, а я пытаюсь притянуть его к себе».
О, боже! Мое лицо обдало новой порцией жара. Ну и стыдоба!
Я не хотела вспоминать что там было дальше. Но вневедении оставаться тоже не могла. — Почему я… раздета?

— Ти сама. Сказальа что тибе жарко и скьинула вьсю одежду.

— А ты… ты… Тоесть мы… спали вместе? — задохнулась я.

Он будто специально выдержал паузу, чтобы помучить меня а потом опять улыбнулся и кочеул головой, — ньет. Я спал в гостьиной. Но услышал шум и просньулся.

— Я… мне… — шумно выдохнув, потерла лицо ладонями (наверняка размазав тушь). — Мне очень… очень стыдно!

— Ничьего страшного ни произьешло, — заверил Эмре, — йа вьсе понимайю… Керьем коньешно тожье был ужасно пьян… но, он пытался мине объясньит почьему ти тогда сбъежала и почьему прбийшла с Юналом.

— Объяснил? Что именно? — я опять натянула одеяло на лицо.

— Тибе не о чьем пережьиват, — покочал головой Эмре, — я вьсио понимайю.

Я не громко хохотнула, — не о чем переживать? Да я от стыда готова сгореть!

— Так ти вспомьньила? — приподнял брови Эмре.

— Нет, — сначала выдала я, а потом добавила, — не много… кое-что.

Эмре поднялся на ноги. — Как сможьишь — спускаиса вниз. Я приготовьил завтрак.

— Я ничего не смогу съесть.

— Кофе?

— Лучьше минеральная вода и побольше… А еще… огуречный росол.

Эмре еще раз улыбнулся и покинул комнату.

Черт! Черт! Черт! — я пыталась вспомнить что было после того, как Эмре уложил меня в постель… он ведь ничего не сказал.
Мне это нужно знать.
Но воспоминания ни в какую не возвращались. Поэтому, худо-бедно поднявшись с постели и пошатываясь пошаркала в ванную комнату. Приняла контрстный душ, оделась и направилась в кухню, что располагалась на первом этаже.

Это был не тот дом Эмре, в котором я уже бывала… тут все другое.

Сам хозяин находился в кухне. Он стоял прислонившись бедром к крайней тумбе гарнитура и попивал кофе из маленькой чашечки. На столе была приготовлена для меня бутылочка холодной минералки, таблетка аспирина, чашка черного горячего кофе и еще — банка с консервированными огурчиками.

Сперва, я налетела конечно же на огурцы. Практически залпом выпила весь росол. Затем принялась за минералку и запила ею таблетку. А боковым зрением заметила как за мной наблюдает Эмре.

Не долго думая, спросила о том, что меня так терзало, — так между нами что-то… было или нет?

— Что-то? — уточнил он, приподняв бровь, будто не понимая о чем идет речь.

— Ага, — прокашлялась я.

— Не понимаю, о чем ты, — прищурив глаза, улыбнулся он, делая вид что на самом деле не понимает. При этом, делая очередной глоток из своей чашки.