Между нами море

ГЛАВА 20. ОТТЕНКИ СМЯТЕНИЯ

— Бьеда на мойю голову, — ворчал Керем, оглядывая последствия «помощи» Ксении.

— Я все испортила, да? — обреченно выдохнула она. — Вот блин

Керем отвлекся и взглянув на нее добавил, — ньет. Ньи чьего такого ньет. Нье пьерьйеживай. Tamam?

— Но мы теперь застряли тут! — всплеснула руками она.

— Увьерен, когда мы нье вьерниемся — нас будут искать, — заверил он, — нужино подожидать.

— Ладно, — кивнула девушка. — Надеюсь, что ты прав.

— Сеичиас сбросйим йакорь, — Керем осмотрел приборную панель и нажал кнопку. Ничего не произошло. Он нажал еще раз. Опять тишина.

— Что? — заметила его взгляд Ксения, — что не так?

— Ньи чьего нье пройисходьит.

— А что должно произойти?

— Йакорь… его ньет.

— Нет? Как так нет? Куда он делся?

Керем пожал плечами. — Нье поньйимайю.

— Так нас что, может вынести далеко в море? — теперь она перепугалась не на шутку, — о, боже!

— Yok, — перебил ее Керем, и взглянул на свои часы. — Нам ещье осталиось пол чьяса. А потом нас станут искать. Нье о чьем волновыаться.

Шумно выдохнув, Ксения плюхнулась на диван и зажмурившись запрокинула голову вверх. Через пару секунд Керем плюхнулся рядом. Он протянул ей зеленую стеклянную бутылочку минеральной воды со вкусом лимона «Kizilay». — Вот, дьержи. Нашьиел в холодьийльньикйе.

— О, — открыла глаза и подняла голову Ксения, — это то, что нужно.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая морскую гладь в золотистые и розовые оттенки.

Яхта неподвижно застыла посреди моря, словно белый лебедь на зеркальной поверхности воды. Керем шумно выдохнув вновь поднялся и подступив к штурвалу, уже в сотый раз проверил показания приборов, раздраженно вздыхая.

— Ньичьйего нье поньйимайю! — он ударил ладонью по панели. — Gaz çok çabuk bitti ve radyo çalışmaz oldu.

Ксения сидела на палубе, обхватив колени руками и глядя вдаль. Ее волосы развевались на легком бризе, а взгляд был задумчивым и отсутствующим.

— Может, это знак, — тихо произнесла она. — Вселенная намекает, что от проблем нельзя сбежать даже в открытом море.

Керем оставил приборную панель и присел рядом с ней, взяв в руку бутылку воды.

— Висье будьет хорошо. Нас найидут, когда мы нье вьерньемися к вечеру.

Ксения улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз.

— Я думала, мне станет легче вдали от берега, от всех этих разговоров о Лале и бывшей Эмре. Я не подписывалась на такую драму, Керем. Я просто… не знаю… влюбилась в твоего брата, а теперь… эта женщина заявляет, что Лале не его дочь? Это слишком. Я будто в одном из ваших сериалов.

Керем внимательно смотрел на профиль Ксении, очерченный розовым светом заката. Он предложил эту морскую прогулку, чтобы помочь ей отвлечься, но теперь, сидя рядом с ней наедине, ощущал что-то странное в груди.

— Я ньикогда нье поньйимал Эмре, — произнес он задумчиво. — Он вьсегида так глубоко погрюжайется в свойи пробилемы, чито забивайет о людьях рьядом. Дажье сьейчьяс, когда ему нужино бороться за Лале, он почьиему-то не видьит, чито терияйет тьебя.

Ксения повернулась к нему, и их взгляды встретились.

— Я не сказала, что он теряет меня, — тихо ответила она.

— Но и нье сказиала, чито ньет.

Наступила тишина, нарушаемая только мягким плеском волн о борт яхты. Ночное небо постепенно заполнялось звездами, а воздух становился прохладнее.

— Даваи развьедиом огонь в жаровнье, — предложил Керем, поднимаясь. — Ночь будьет холодыной.

Ксения кивнула и последовала за ним.

Вскоре на палубе затрещали поленья, и желтые языки пламени озарили их лица теплым светом.

— У нас есть еда? — спросила Ксения.

— Ньемного, — Керем улыбнулся. — Это долижна была быть прийятная прогулка, помньйишь?

Они устроились у огня с едой и вином, и разговор потек легче. Ксения рассказывала о своем детстве, о мечтах стать художницей, о том, как встретила Эмре. Керем делился историями о их с братом юности, о трудном периоде, о том, как Демет бросила дочь и ушла — оставив Эмре одного воспитывать Лале. Она предпочла карьеру семье.

— Эмре всьйегда кидался в работу, — говорил Керем, глядя на огонь. — А я… я искал что-то, чито могило бы заполнить пустоту. Путьйешествовал, меньял работы, отношения…

— И что, нашел? — тихо спросила Ксения.

Керем поднял взгляд и встретился с ее глазами.

— Возиможино, тольико сеичас начьинаю находить.

Что-то изменилось между ними в этот момент. Воздух стал гуще, время замедлилось. Керем почувствовал, как его сердце ускоряет ритм, и внезапно осознал: он влюбляется в девушку своего брата еще больше. Эта мысль испугала его и одновременно наполнила странным волнением.

— Мы долижны посипать, — резко сказал он, отводя взгляд и поднимаясь. — Завитра нас наверьиньйяка наийдут.

Ночь на яхте была долгой. Керем не мог уснуть, ворочаясь на узкой койке в каюте. Мысли о Ксении не давали покоя. Он думал о ее улыбке, о том, как она смотрела на закат, о ее рассказах. Он представлял, как могла бы сложиться их жизнь, если бы они встретились при других обстоятельствах. Если бы не Эмре.

На рассвете Керем вышел на палубу и увидел Ксению, стоящую у борта. Она обернулась, услышав его шаги.