Между Раем и Адом

19. Смотри вперёд.

19. Смотри вперёд.

На следующий день вернулся Фима и всех на первом уроке обрадовали о возобновившихся тренировках полёта. На что все дружно протянули недовольное и долгое «О». На Истории, которую вела краснокожая демонесса Клаудия, дочь Бельфегора, правителя Пятого Круга Ада, были рассказы в основном о войнах. Она рассказывала о первой войне «ночи», когда ещё не существовало Ада, а был только Рай. Потом о второй войне, между Адом и Раем. О том как делили Семь Небес, Девять Кругов, и об их наследовании. И если с Небесами всё было понятно до последнего времени, так как серафимы занимались Семью Небесами, то в Аду постоянно были перестановки и вспыхивали войны, пока не прибегли к договорным бракам. Так же, всё ещё оставался открытый вопрос о том, кто возглавит Шестое Небо, пока находившееся под присмотром брата Камиэля — Таршишима.

— А когда его брат вернётся, то куда Фиму денут? — кто-то выкрикнул вопрос в аудитории, на что демонесса, шоркая когтистыми лапами по полу, прошлась вдоль кабинета, окидывая учеников недовольным взглядом.

— Во-первых, не Фима, а серафим Камиэль. Имейте хоть каплю уважения к доблестному воину. Благодаря серафимам был разделён Ад и Рай, и жители нашего мира пришли к согласию. А во-вторых…

— Но ведь это из-за него чуть не разразилась третья война? — кто-то выкрикнул с другого конца аудитории.

— Не выдумывайте, — гневно запротестовала демонесса. — Откуда только эти сплетни берутся?

— Так расскажите! — сразу раздалось хором со всех сторон.

— Тихо! — взмахнула указкой Клаудия и застучала по трибуне. — Это был конфликт между правителями Шестого Неба и Седьмого Круга. Серафим Камиэль сполна за это расплатился. И нет смысла сплетничать о не состоявшихся войнах.

— А как он расплатился? — шепнула Лилия на ухо Энджи, но та лишь пожала плечами.

Любопытство распирало, но, понимая, что тема в аудитории исчерпала себя, Лилии пришлось затолкать его подальше.

Урок полёта проходил на том же месте. Опять холодная стена, но Лилия уже не утыкалась носом, а упорно пыталась вмуроваться в неё задом. Студенты визжали, орали, плакали, кто-то мужественно молчал, а были и те, кто откровенно наслаждался полётом.

— Свиридова.

«О-о нет!»

— Свиридова! — ещё громче произнёс серафим.

Отрываясь от стены, она сделала несколько шагов по направлению к мужчине, но ноги предательски затряслись. Кто-то тихо позвал «цып-цып». Девушка, чуть приосанившись, всё же сделала над собой усилие и подошла к серафиму на негнущихся коленках.

— Добрый день, серафим Камиэль.

Он хмуро посмотрел в её сторону и, чуть расставив руки, кивнул головой, чтобы подошла.

— Не могу, — чуть слышно проговорила она.

— Почему? — ещё больше нахмурившись и переходя на шёпот, спросил он.

— Страшно, ноги не слушаются, — задыхаясь, прошептала она, выпучивая глаза и заглядывая за спину серафима, где была маленькая школа, маленькие деревья и людишки-муравьишки. На самом деле всё было не так. Башня была не выше обычного десятиэтажного дома, но в этот момент Лилии казалось всё именно таким.

— Свиридова, ты меня в могилу загонишь, — прошипел Камиэль, стараясь, чтобы его не слышали другие ученики.

Подойдя к девушке со спины и небрежно подхватывая её за подмышки, он взлетел под её вой и скулёж, плавно переходящий в визг. Он подкинул её в воздухе, от чего она задохнулась и в панике замахала руками и ногами. Он тут же ловко перехватил её одной рукой под грудь и второй за талию.

— Я больше не буду с тобой делиться благом, поэтому привыкай и к полёту, и к встряске.

Он полетел по прямой, не поднимаясь и не снижаясь, от чего дыхание начало приходить в норму, но пальцы, вонзившиеся в руки серафима, не желали разжиматься.

— Ты делаешь мне больно.

— Что?

Она хотела повернуть голову, но Камиэль жёстко прохрипел в щёку девушки.

— Не смотри на меня. Смотри вперёд. Если ты сейчас не прекратишь впиваться в меня когтями, то я отпущу тебя.

— Нет, не надо — жалобно пропищала она. — Подождите, подождите, я сейчас.

— Ну! — скомандовал он.

— М-м-м, — только и смогла промычать она, с силой разжимая пальцы и расправляя в стороны трясущиеся руки.

— Можешь же, когда хочешь.

Девушка лишь тяжело несколько раз выдохнула и вскрикнула, когда серафим сделал поворот.

— Давай, Лилия, — прохрипел он. — Ты же уже это чувствовала. Впусти в себя…

— Вас? — испуганно выдохнула она.

— Свиридова. О чём ты только думаешь? Услышь мотив ветра.

Странно, но серафим не злился, а лишь иронично усмехался, иногда покалывая её висок щетиной.

— Давай же, — подначивал он. — Насладись полётом.

Она зажмурилась и расслабила руки и ноги, обмякая и полностью доверившись сильным рукам обхватывающую её.

— Молодец, — подбадривал её хриплый голос Камиэля. — У тебя получается. Только не закрывай глаза, посмотри вокруг.

Она приоткрыла глаза и охнула от прекрасных, сине-зелёных макушек леса, заснеженной горы вдалеке и стаи голубых птиц, парящих рядом с ними.

— Это какое-то волшебство.

— Нет. Это всё ты, — усмехнулся он. — Я не делился своим благом. Так что ещё пару занятий и ты будешь готова сама встать на крыло при первом принятии.

— Но мне всё ещё страшно, — она хотела повернуть голову, но серафим боднул её в щёку.

— Смотри вперёд, — в его голосе послышались нотки раздражения. — На сегодня хватит. Возвращаемся.

Не проронив ни слова, они вернулись к балкону. Девушка хотела поблагодарить Камиэля, но он, отпустив её, тут же схватил следующего ученика и умчался ввысь.

— Ну, — с ехидством толкнула плечом её Энджи. — Что на этот раз учудила, подруга?

— Ничего, — нахмурилась она.

— Ага, как же, — рассмеялась Эн. — Ты опять его взбесила? Чего он весь золотом покрылся, как только вы взлетели?

— Громко орала, наверное, — поникнув, проговорила Лилия, догадавшись почему серафим не хотел, чтобы она смотрела на него.