Даниил приходит домой в девятом часу, вешает своё кашемировое пальто на четвёртый крючок слева — не потому, что остальные заняты, просто так у него заведено, — и говорит:
— Привет. Как дела? — спрашивает он, не поднимая глаз.
— Нормально. Твои как?
— Нормально.
Вот весь наш разговор. Наши ответы всегда одинаковые, и за ними больше ничего, что могло бы зацепить и продолжить наш диалог.
Я подаю ужин и смотрю, как мой муж ест: как всегда аккуратно, не торопясь и иногда отвечая на рабочие сообщения в телефоне. Звук вилки, задевающей край тарелки, пронзает слух. В нашей квартире всегда тихо. Здесь не бывает криков, не бывает смеха, не бывает даже споров. Год за годом наши разговоры становились всё короче, всё схематичнее, пока не сжались до минимума.
Его лицо не выражает ничего. Ни удовольствия от еды, ни раздражения, буквальным счётом ничего.
— Очень вкусно. Спасибо за ужин, — благодарит меня за ужин, он всегда благодарит. — Я поработаю в кабинете, — говорит Даниил, вставая из-за стола.
— Хорошо.
Я остаюсь на кухне одна. Перед глазами пустая тарелка и давящая в ушах тишина.
Я убираю посуду медленно, специально растягивая процесс: вымыть, вытереть, расставить по местам, потому что не знаю, чем ещё занять этот вечер. У меня есть книга, недочитанная уже вторую неделю, есть сериал, который я смотрю одна, потому что Даниил не любит сериалы.
В первый год заходила к нему в кабинет с двумя чашками чая, садилась на кресло напортив его рабочего стола, спрашивала, что он делает. Он отвечал коротко, по существу, и продолжал печатать, а я сидела рядом, чувствуя себя всё более лишней с каждой минутой, пока не уходила сама, так и не дождавшись, чтобы он отвлёкся хоть на секунду ради меня одной.
Постепенно я перестала заходить. Не потому что обиделась, я слишком практична для многолетних обид, а потому что поняла: моё присутствие ничего не меняет в его вечернем ритуале. Он работает одинаково, что я рядом, что нет.
Вешаю полотенце на крючок у раковины, выключаю свет на кухне и иду в спальню одна. Ложусь под одеяло, беру телефон, листаю ленту.
Даниил придёт позже, в одиннадцать; иногда он засиживается в кабинете до глубокой ночи. Ляжет на свою половину, скажет "спокойной ночи" тем же ровным голосом, каким говорит всё остальное, и уснёт, кажется, раньше, чем я успею ответить.
Я давно перестала ждать чего-то другого от вечеров по вторникам. Как, впрочем, и от всех остальных дней недели.
И так продолжается уже шесть лет...
#?? в Любовные романы
#?? в Современный любовный роман
#?? в Эротика
#?? в Романтическая эротика
брак, недопонимание, травма прошлого
18+
Отредактировано: 14.07.2026