Между строк

Глава 1. Начало

Адель проснулась от теплого дыхания у самого уха. Открыв глаза, она увидела черную лоснящуюся морду своего лабрадора — Бруно терпеливо сидел у кровати, поглядывая на хозяйку с укором: Пора гулять, ты обещала!

— Ну, Бруно… ещё пять минут, — пробормотала она, натянув одеяло повыше. Но пёс не отступал — легонько толкнул её носом и завилял хвостом.

С улицы пробивался свет, сквозь приоткрытую форточку доносились звуки просыпающегося города. Где-то на кухне шумели — звяканье посуды, тихие голоса, всплески воды. Видимо, мама с папой уже суетились, готовясь к новому дню. Может быть, готовят завтрак, или снова спорят о чём-то по мелочи — как обычно.

Адель нехотя встала, босыми ногами ступила на холодный пол и направилась в ванную. По пути она мельком взглянула в зеркало — и поморщилась. Глубокие тени под глазами выдавали бессонные ночи, проведённые за учебниками. Вчерашняя радость от зачисления в МГУ будто стерлась — осталась только усталость.

Но даже несмотря на это, в ней было что-то притягательное. Светлая кожа с лёгким румянцем, русые волосы, спадающие мягкими волнами чуть ниже плеч, густые брови и выразительные голубые глаза — холодные, как утреннее небо, и такие же глубокие. Нос чуть вздернут, губы полные, а подбородок упрямо приподнят — даже в сонном состоянии в ней ощущалось достоинство. Она не считала себя красавицей, но окружающие часто останавливались на ней взглядом.

Адель умылась, быстро заплела волосы в свободную косу, натянула удобные джинсы и старую футболку. Бруно уже нетерпеливо прыгал у двери, а она, взяв поводок, улыбнулась — день только начинался. И она ещё не знала, что совсем скоро её жизнь изменится.

Адель шагала по аллее любимого парка, вдыхая прохладный утренний воздух. Бруно радостно тянул поводок вперёд, обнюхивая каждый куст. Легкий туман ещё не рассеялся, и солнце только-только пробивалось сквозь листву, окрашивая всё вокруг в мягкое золото.

Эти прогулки стали для неё особенно ценными — последние дни дома, перед тем как уехать в общежитие, в новую, неизвестную жизнь. Она старалась запомнить всё: запахи, звуки, лица случайных прохожих. Всё было родным и по-своему важным.

На скамейке у пруда сидел пожилой мужчина с книгой в руках. Рядом лежал белоснежный лабрадор — статный, спокойный, словно отражение Бруно. Когда Адель поравнялась с ними, он поднял взгляд и тепло улыбнулся.

— Знаете, ваше лицо мне кажется знакомым, — сказал он, чуть прищурившись. — Я уверен, где-то вас уже видел.

Адель чуть смутилась, но ответила с улыбкой:

— Я с рождения здесь живу. Может, поэтому?

Старик тихо хмыкнул, кивнув.

— Возможно. Я много лет хожу сюда, многих знаю в лицо. Ваша собака — красавец.

— Спасибо. А ваш — настоящий джентльмен, — заметила она, поглядев на белого пса, который с достоинством посмотрел на Бруно, но остался на месте.

Между ними повисло приятное молчание. В этот момент к пожилому мужчине подошёл молодой человек — высокий, темноволосый, с хмурым взглядом и наушниками в руках. Он мельком взглянул на Адель, будто вовсе не заметив, и сказал:

— Пора, дедушка. Мы и так опаздываем.

— Конечно, конечно, — кивнул мужчина. Он встал, подзывая собаку. — Было приятно пообщаться. Удачного дня, юная леди.

— Вам тоже, — мягко ответила Адель.

Они ушли, растворяясь в зелени парка. Адель ещё немного постояла, глядя им вслед. Было в этом старике что-то необычное, спокойное… А парень — такой закрытый, даже немного колючий. Но, скорее всего, они просто случайные прохожие. Хотя — кто знает?

Прошло всего пару дней, но казалось — целая жизнь. Утро было ясным, но прохладным, и воздух был наполнен каким-то особым ожиданием. Адель сидела на заднем сиденье их старенькой, но верной машины, забитой сумками, коробками и рюкзаками. Мама что-то оживлённо обсуждала с отцом на передних сиденьях — то ли дорогу, то ли список дел, но Адель слушала вполуха, глядя в окно.

Они ехали по знакомым улицам, которые вдруг казались такими далёкими от её нового будущего. Машина весело урчала, ловко лавируя в потоке, как будто тоже понимала — сегодня особенный день.

— Как себя чувствуешь? — обернулась мама, с лёгкой тревогой глядя на дочь.

— Нормально, — кивнула Адель и натянуто улыбнулась. — Волнуюсь немного.

Отец усмехнулся:

— Это хорошо. Немного волнения всегда полезно. Значит, не всё равно.

Адель кивнула. Она действительно волновалась. Общежитие, новый ритм, совершенно незнакомые люди — всё это кружилось в голове и немного пугало. Но где-то внутри уже начинала расти тихая радость. Это был её шаг — первый настоящий, взрослый.

Когда они въехали на территорию кампуса, сердце Адель стукнуло сильнее. Огромные корпуса, суета, первокурсники с чемоданами, родители с растерянными взглядами — всё вокруг бурлило и дышало будущим. Её будущим.

Машина остановилась у общежития. Отец вылез первым, начал разгружать вещи. Мама уже суетилась у багажника, пытаясь вспомнить, где именно лежит чайник и в какой коробке спрятаны полотенца.

Адель стояла, немного растерянная, в окружении собственных коробок и чужих голосов, и думала только одно: Вот и началось.