Между светом и тьмой

Глава 5.

Глава 5.

Гостеприимство –

не всегда добродетель.

Иногда - маска.

Элиза постучала в тяжёлую дверь с облупленной краской. Табличка над входом гласила:

«Миссис Брукс. Пансион.

Комнаты с питанием».

Дверь отворилась резко и почти бесшумно.

На пороге стояла женщина лет сорока - крепкая, с высокими скулами и острым подбородком. Она была в тёмном платье без кружева, поверх которого был надет фартук. Неяркий свет уже приближающегося вечера выхватывал её бледную кожу и глаза цвета воды в жестяной чашке.

- Слушаю вас, леди?

Элиза протянула ей конверт с письмом. Руки ее подрагивали от волнения.

- Добрый вечер… Простите. Меня зовут Элиза Крамер. Я… я ищу дядю. Эвана Крамера. Он прислал письмо. Вот оно. Он писал, что я могу остановиться у него, в этом пансионе. Он живёт здесь.

Женщина не взяла письмо, только бросила на него короткий взгляд. Её губы слегка дрогнули.

- Вы, видимо, не знали…

- Простите, что? Вы о чем?

- Ваш дядя умер. С неделю назад. Он простыл, сильно кашлял. А потом умер. Во сне.

Она говорила спокойно, без капли волнения в голосе, как будто обсуждала сломанный зонт.

- Он никогда не рассказывал нам о том, что у него есть племянница. Мы думали: мистер Крамер - одинокий мужчина. Хоронить пришлось срочно, без лишней канители… Вы, должно быть, издалека?

Элиза не ответила. От такого известия у нее перехватило дыхание.

- Он был… Он…, - девушка прижала письмо к груди, и по щекам у нее потекли слезы.

- Вы проходите, - предложила миссис Брукс. - Он заплатил за месяц вперёд, - сказала женщина с ноткой практичного утешения. - За свой угол. Так что место у вас есть. По крайней мере до конца марта.

Она отступила в сторону и жестом пригласила войти. Элиза, помедлив, сделала шаг вперед.

***

- Меня зовут Нэлл Брукс. Ваше имя я впишу к себе в книгу. С вещами управитесь? Комната на втором этаже. Не обращайте внимание на скрипящие ступени. Дом еще крепкий. И крыша цела, и плесени в вашей комнате нет. Завтрак в восемь… Пойдемте, я вас все же провожу.

Вниз, со второго этажа, спускался мужчина. Он был кряжист, с непомерно длинными сильными руками, коротким телом и выпирающим животиком, который намекал на любовь хозяина к пиву.

Он остановился и уставился на Элизу. Взгляд был скользкий, хмурый, неприятный. Девушка поежилась и невольно отвела глаза в сторону.

- Родственница, - коротко сказала женщина. - Племянница Эвана Крамера.

Элиза заметила, как он бросил на миссис Брукс молниеносный взгляд.

- Он не говорил, что у него есть родственники.

- У нее есть письмо от него. Так что не сомневайся, - ответила ему Нэлл и повернулась к Элизе. - Это – мой муж. Хамиш Дрей, - пояснила она.

Хамиш кивнул в знак приветствия и спросил:

- У вас, кроме него, кто-нибудь остался? Родня, муж?

- Нет. Я одна. У меня больше никого не осталось, - голос Элизы дрогнул.

Он кивнул снова. Но на этот раз — медленно, как будто эта информация была не просто принята, а записана где-то в уме.

- Элиза будет жить в комнате Эвана Крамера. Он заплатил до конца марта, - пояснила Нэлл.

Дрей отступил в сторону, пропуская их к лестнице на второй этаж.

***

Скрип половиц под ногами казался громче, чем шаги. Коридор был узким, с облупленными стенами, пахнущими сырой известкой. Надпись мелом на двери: «6» - почти стёрта, как будто кто-то стирал её пальцем.

Нелл Брукс отперла дверь.

- Вот он, ваш угол. Воды принесёте из коридора. Умывальник внизу. Если ночью кто-то будет ходить - не пугайтесь. Деревянный дом, всё слышно. Спокойной ночи… Элиза.

Элиза вошла внутрь, чувствуя, как воздух внутри углём, не свежестью… и чем-то ещё. Чем-то странным.

Миссис Брукс ушла прежде, чем Элиза успела что-то спросить.

Внутри было почти темно. Только слабый свет фонаря с улицы пробивался сквозь щель в занавеске. В комнате стояла узкая кровать с железной спинкой, небольшая тумбочка и крючок для платья. У стены - чемодан. Не её.

Старая книга лежала раскрытой на подоконнике. Обложка - потёртый кожзаменитель, страницы пожелтели от времени. Она подошла, посмотрела: псалмы, крупный почерк, на полях - аккуратные заметки. Видимо, дядя читал их перед сном.

На тумбочке стоял пустой стакан. И кусочек воска от свечи. Остальное, казалось, убрали в спешке… или не трогали вовсе. Словно комната ждала, что Эван Крамер вернётся. И не знала, что ждать нужно уже кого-то другого.