Между светом и тьмой

2 Часть

Стог сена я ищу в иголке,
а не иголку в стоге сена.
Ищу ягнёнка в сером волке
и бунтаря внутри полена.

Но волк есть волк необратимо.
Волк - не из будущих баранов.
И нос бунтарский Буратино
не прорастает из чурбанов.

Как в затянувшемся запое,
я верю где-нибудь у свалки,
что на заплёванном заборе
однажды вырастут фиалки.

Но расцветёт забор едва ли,
прогнив насквозь, дойдя до точки,
когда на всём, что заплевали,
опять плевочки - не цветочки.

А мне вросли фиалки в кожу,
и я не вырву их, не срежу.
Чем крепче вмазывают в рожу,
тем глубже всё, о чём я брежу.

Отрывок стихотворения «Фиалки»

Евгения Евтушенко, написанное в 1983 году.

Вокруг царила тёплая, солнечная атмосфера, наполненная жизнью и радостью. Солнце, висящее высоко в безоблачном небе, заливало всё вокруг тёплым, золотистым светом, который играл бликами на стёклах окон и капотах машин. Воздух был наполнен ароматами океана - солёной свежестью, смешанной со сладковатым запахом цветов, растущих вдоль тропинок. Лёгкий бриз, нежный и ласковый, шелестел создавая убаюкивающий шум, который сливался с мерным, ритмичным гулом прибоя, накатывающего на песчаный берег где-то за зданиями. Крики чаек, кружащих над водой, и весёлые голоса дополняли эту живую, гармоничную симфонию.

Две фигуры подошли к знакомой двери «Рыбной Пиццерии». Дверь с лёгким звонком распахнулась, выпустив наружу волну соблазнительных запахов: поджаристой корочки пиццы, расплавленного сыра, пряного томатного соуса и, конечно же, свежей рыбы и морепродуктов, визитной карточки заведения. Внутри царил такой же шумный и радостный хаос, как и на улице: звон бокалов, смех, оживлённые разговоры посетителей, заполнивших почти все столики, и задорная музыка, доносящаяся из колонок.

- Два шага влево, - раздался уверенный, весёлый голос Аметист, которая шла чуть позади, направляя своего спутника. - Прямо за тобой стул. Сядь и... Хорошо.

Этим кем-то оказался Стивен. С широкой улыбкой он снял с глаз тёмную повязку, и его взору открылся небольшой столик.

- Та-да! - радостно воскликнула Аметист, размахивая руками в стороны, как опытный иллюзионист, представивший свой лучший трюк.

- Пицца с рыбным рагу - какой приятный сюрприз! - искренне обрадовался Стивен, его глаза загорелись. Пицца на обед после долгого и изнурительного дня казалась настоящим блаженством. Возможность просто расслабиться, отключиться и насладиться вкусной едой в компании своей неугомонной, но такой родной подруги была бесценна. Лишь лёгкая тень сожаления мелькнула в его мыслях о том, что Жемчуг и Гранат не смогли присоединиться - они отправились в учебный поход, чтобы рассказать другим, как люди могут выживать в суровых условиях дикой природы. Но даже без них этот момент казался идеальным, простым и по-настоящему счастливым.

- Это не сюрприз! - с заговорщицким видом поправила его Аметист, её глаза сверкнули озорным огоньком.

- Заметил что-то необычное? - она начала выразительно двигать бровями и глазами в сторону кухни с нетерпением ожидая, когда же до него дойдёт.

В этот самый момент из-за стойки на кухне появилась Биксбит, один из учеников Маленькой Родной школы. Её узнаваемая фигура с мощными клешнями вместо рук уверенно заняла место рядом с Кики. В одной из её блестящих, идеально отточенных клешней она держала глубокую миску, доверху наполненную свежими овощами - хрустящим перцем, сочными помидорами и ароматным луком.

- Биксбит? - удивлённо прошептал Стивен, его брови поползли вверх. - Она здесь работает?

- Да, чел! - восторженно подтвердила Аметист, её голос звенел гордостью. - И она просто отжигает! Биксбит отлично режет и кромсает! Так что теперь она может направить свои умения в мирное русло, на работу в пиццерии.

В это время самоцвет, о котором они говорили, демонстрировала настоящее кулинарное шоу. С ловкостью и грацией она легким движением подбросила овощи и сырую, сверкающую рыбу высоко в воздух. В тот же миг её клешни, вооружённые острыми как бритва лезвиями, превратились в смутно видимый вихрь. В воздухе раздался лишь быстрый свист разрезаемого воздуха - и вот уже идеально нарезанные, ровные кусочки овощей и рыбы аккуратно опускались на раскатанную заранее заготовку для пиццы, занимая именно те места, где им и было предназначено быть.

Готовую основу с начинкой мгновенно унесли в раскалённую печь, а на её место на присыпанной мукой поверхности выложили уже готовую, дымящуюся пиццу Пепперони, от которой так и веяло ароматом пряной колбасы и расплавленного сыра. Биксбит взяла специальный круглый нож-ролик, и одним плавным, идеально выверенным движением провела им по пицце. Лезвие с лёгким звуком прошло сквозь хрустящую корочку и начинку, разделив пиццу на безупречно ровные, аппетитные треугольные кусочки. Ни один кусочек сыра не растянулся, ни одна начинка не сдвинулась с места.

После этого Биксбит, сияя улыбкой, принесла их пиццу и поставила её посередине стола. Блюдо источало аромат, от которого сразу же текли слюнки и сводило желудок от приятного предвкушения.

- Отлично! М-м! - Стивен, не в силах сдержать восторг, потирал руки, его глаза блестели от голода.

- Ты только взгляни на это! - воскликнула Аметист, и её левая рука преобразилась, приняв форму линейки и транспортира. С их помощью она измерила один из кусочков. - Все кусочки одинаковой длины, сорок пять градусов! Ни миллиметра погрешности!

- Вау! Сама безупречность! - подтвердил Стивен, впечатлённо качая головой.

Аметист бережно взяла один из треугольных ломтей пиццы и торжественно подняла его над головой, словно это был драгоценный трофей. Её глаза, широко распахнутые, горели неподдельным восхищением. Для неё это было не просто блюдо - это было произведение искусства, символ того, как можно направить врождённые способности на созидание, а не на разрушение.