Между тьмой и огнем

Первая ночь

Радомир увидел Сигвальда, спешившего к ним. Ректор подтолкнул девушку к дракону и негромко буркнул:

– Береги ее.

После этого Раду быстро ушел, а за ним тенью двинулся надзиратель. К Мире через плотную толпу пробился мэр и, схватив за руку, быстро прошептал:

– Когда настанет ваш черед, бегите ко мне, милая.

Сигвальд тут же, не глядя, отстранил Доктора. Ф отстал, но когда девушка обернулась, облизнулся и игриво ей подмигнул. Мирославу передернуло от отвращения, и она прибавила шаг.

– Какой предмет? – спросил Вальд.

– Человековедение.

– Потом?

– Совращение.

Дракон уверенно петлял по коридорам, ведя девушку за руку. Он остановился перед нужной аудиторией, где уже толпились другие второкурсники.

Сигвальд с нежностью посмотрел на Мирославу и легко коснулся ее ладони губами.

– У меня сейчас по расписанию телекинез, но вторую пару мы проведем вместе. Я не могу отпустить тебя на Совращение одну.

Мира с благодарностью смотрела на юношу, при котором одногрупники не решались задирать ангела.

– Увидимся, – улыбаясь, сказала Мира.

Она еще смотрела в широкую мускулистую спину дракона, когда над ней прозвучал шипящий голос:

– Неуд, Романова.

Мирослава обернулась и встретилась с пристальным взглядом серых глаз, густо подведенных черным цветом. Перед ней стояла крашенная немолодая блондинка в преподавательской мантии.

– За что?

– Если бы ты понимала что чувствуют люди женского пола, когда у них из под носа уводят самых желанных мужчин, не посмела бы всего за десять минут попозировать с обоими перед этими самыми носами. Неуд за пренебрежение предметом, – взвизгнула преподша под смешки студентов. – Все в аудиторию!

Мира расправила плечи и пообещала себе ни в коем случае не поддаваться на провокации и обиды. Она вошла в аудиторию последней и хотела закрыть дверь, но, обернувшись, встретилась взглядом с надзирателем. Салазар улыбнулся и кивнул, девушка ответила и пошла к задним партам. Когда все расселись, профессор Вивьен (имя было указано в расписании), обратилась к присутствующим:

– Студенты, господин Салазар...

– Лорд Салазар, – поправил демон.

– Хм, лорд Салазар, – томно поправилась Вивьен, – начинается очередная мучительная череда дней, в которые я буду стараться делиться своим неоценимым опытом, а вы, студенты, сражать меня своей неисчерпаемой тупостью. Новенькая в нашей группе только что получила оценку неудовлетворительно за чудовищное небрежение одним из законов наших аморальных занятий. Кто скажет каким?

Гробовая тишина, никто не поднял руки. Мира удивленно смотрела на чистокровных демонов, вампиров, оборотней, темных эльфов и русалок с дриадами. Она подняла руку. Профессор слишком ласково улыбнулась и елейным голосом произнесла:

– Да... помощница ректора.

Отступать было поздно.

– Я не учла природу человеческой зависти.

– Правильно, ты получаешь второй неуд. – Вивьен жестом показала, чтобы Мира и не думала спорить. – Ты забыла, что среди людей никто не любит всезнаек и выскочек. На наших лекциях студент отвечает только тогда, когда называют его имя.

Мирослава покраснела и опустила глаза на парту разрисованную гробами и вульгарными картинками. "Нечисть проклятая!" – расстроено подумала Мира и оглянулась, почувствовав взгляд Салазара. Он был бы привлекательным, но лицо и тело выглядели совершенно неживыми. "Какой-то жуткий", – мелькнуло в мыслях девушки.

– Романова, ангелы троицу любят? Хватит строить глазки всем подряд, остановись на двух красавцах.

Издевательский смех накрыл ее вместе с нестерпимым жаром, зрачки превратились в тлеющие угли. Подобного Мира уже не могла снести и намеревалась высказаться по поводу системы местного образования, но за нее неожиданно вступился сам надзиратель:

– Это я отвлек студентку, госпожа профессор, – обращение он произнес с вялой издевкой.

Все вмиг замолчали и отвернулись от ангела. Она хотела поблагодарить демона, но тот больше не обращал на нее внимание. До конца пары прецедентов не было. Вивьен рассказывала о том, как манипулировать человеческой жалостью к себе – чувству совершенно чуждому всем жителям преисподней, каких бы богов они не проклинали.

– В завершение лекции хочу напомнить всем, что в конце этого месяца будут проходить практические занятия по инфернальному воздействию над первокурсниками соседнего отделения, еще не успевшим освоиться. По итогам экзаменов будут выставлены первые промежуточные оценки. Романова, будь вредна, передай мою жалобу на тебя ректору.

Вивьен положила перед ангелом красный конверт и одарила любезной улыбкой.

Дождавшись удобного момента, Мирослава подошла к Салазару, но он упреждающе поднял руку и тихо спросил:

– Вы же, АНГЕЛ, не собираетесь меня бла-го-да-рить? – в его голосе была ядовитая насмешка.

Мира сглотнула и резко ответила:

– Нет, хотела попросить, чтоб вы больше на меня не пялились.

Она отвернулась, увидела Сигвальда и поспешила к нему навстречу.

Кабинет, предназначенный для следующего предмета, выглядел как комната отдыха. Приглушенный свет, мягкие диванчики и кресла. О том, что это аудитория напоминала только преподавательская трибуна, на которой располагался единственный в помещении небольшой стол и...

– Сигвальд, это кровать под балдахином? – прошептала Мира.

Дракон улыбнулся и спокойно ответил:

– Это для антуража, ну и чтобы объект не уставал.

– Объект?

– Обычно это преподаватель, на нем студенты испытывают свои чары. Но иногда приглашают кого-нибудь еще, в основном, перед экзаменами.

В аудиторию вошли Радомир и Салазар, они о чем-то негромко спорили. Раду жестом остановил надзирателя и отрывисто бросил:

– Позже.

Ректор прошел на трибуну.

– Малоприятные мои, к гордости академии, последние промежуточные экзамены прошли столь успешно, что бессменная преподавательница по науке Совращения вынуждена была оставить свой пост по беременности. Новая кандидатура прибудет на днях, так что сегодня я буду вашим наставником по этому ответственному предмету. Сегодня займемся практикой.