Межмирянка

Дар пробуждается

Утро выдалось на редкость тихим. Лиза проснулась от лучей солнца, просачивающихся сквозь неплотно задёрнутые занавески. Мягкая постель, сотканная из шерсти местных животных, уже не казалась такой неудобной, как в первые дни. Старенький дом Садии скрипел и вздыхал, словно живое существо, разбуженное с первыми петухами.

За прошедшие две недели Лиза почти привыкла к новому миру. Почти – потому что иногда, просыпаясь, она по-прежнему ждала звук будильника телефона или гудение кофеварки. Вместо этого слышала кудахтанье куриц и далёкие голоса крестьян, выходящих на поля.

– Доброе утро, соня! – Садия заглянула в комнату с корзиной свежих трав. – Солнце уже давно встало, а ты всё нежишься.

Лиза потянулась и села на кровати:

– В моём... в смысле, там, откуда я могла прийти, наверное, нет обычая вставать с солнцем.

Садия хмыкнула:

– Странные у вас порядки тогда. Ну да ладно, умывайся и спускайся. Нам нужно собрать корень беллады, пока роса не сошла.

Когда дверь за знахаркой закрылась, Лиза подошла к небольшому зеркалу – единственной роскоши в скромной комнатке. Отражение было почти прежним – те же чуть раскосые зелёные глаза, та же родинка над верхней губой. Только волосы стали длиннее, а кожа приобрела лёгкий загар от постоянного пребывания на солнце. Ещё две недели назад она думала лишь о том, как вернуться домой. Теперь же всё чаще ловила себя на мысли, что и здесь можно выстроить жизнь.

«А нужно ли возвращаться?» – мелькнула предательская мысль. Воспоминание о равнодушном лице Кирилла в последние месяцы их отношений всплыло перед глазами. Лиза тряхнула головой, отгоняя непрошеные думы.

День выдался жарким. Собрав нужные травы с Садией, Лиза отправилась к ручью, протекавшему на окраине деревни. Здесь женщины Теневого Дуба обычно стирали белье, но сейчас было пусто – все разошлись по своим делам после полудня.

Присев на большой плоский камень, девушка опустила ноги в прохладную воду. Лёгкий ветерок играл с распущенными волосами, а над головой в синеве неба парили странные птицы, похожие на земных орлов, но с раздвоенными хвостами.

– Тоже любишь это место? – послышался голос за спиной.

Обернувшись, Лиза увидела Нирин. В простом льняном платье, с волосами, собранными в небрежный пучок, она выглядела как героиня какой-нибудь исторической драмы.

– Здесь спокойно, – ответила Лиза, подвинувшись и освобождая место рядом с собой.

Нирин присела и тоже опустила ноги в воду:

– Я прихожу сюда, когда хочу побыть одна. Братья иногда просто невыносимы.

– Тимм кажется довольно милым, – улыбнулась Лиза.

– Это потому что он пытается произвести на тебя впечатление! – фыркнула Нирин. – Ты не видела, как он таскает за косы младших сестёр соседей.

Они рассмеялись, и на мгновение Лиза почувствовала себя так, словно сидит со своей подругой где-нибудь в парке на Земле. Только вместо шума машин слышался стрекот насекомых, а вода в ручье переливалась странными голубоватыми искрами при каждом движении.

– Что это? – спросила Лиза, указывая на искры в воде.

– О, это светлячки Унды! – восторженно объяснила Нирин. – Водяные духи. Они безвредны, но очень любопытны. Говорят, они особенно тянутся к тем, у кого есть дар.

Лиза напряглась:

– Дар?

– Да, магический. – Нирин посмотрела на неё с лёгким удивлением. – Неужели там, откуда ты пришла, нет магии?

– Я... не помню, – выкрутилась Лиза. – А ты... у тебя есть дар?

Нирин покачала головой:

– Нет, у меня обычная кровь. А вот у Садии есть – целительский. У каждого дар проявляется по-разному. Но встречаются и те, кто может управлять стихиями или... – она понизила голос до шёпота, – перемещать предметы силой мысли.

Лиза внимательно слушала, наблюдая, как водяные светлячки кружатся вокруг её ног гораздо активнее, чем вокруг ног Нирин. Странное чувство возникло внутри – смесь беспокойства и любопытства.

– А как узнать, есть ли у человека дар?

Нирин пожала плечами:

– Обычно он проявляется в юности, особенно в моменты сильных эмоций. Некоторые семьи специально устраивают испытания для детей, чтобы проверить их. Но, – она хитро прищурилась, – судя по тому, как эти светлячки вьются вокруг тебя, у тебя определённо что-то есть.

Вечером вся деревня собралась на общую трапезу – так было принято, когда выдавалась хорошая погода. Длинные столы установили прямо на площади, женщины принесли еду, мужчины – хмельной напиток из местных ягод, удивительно похожий на земной сидр. Зажглись факелы, создавая тёплый уютный свет.

Лиза сидела между Садией и Нирин, с интересом слушая истории жителей деревни. Местное наречие уже не казалось ей таким странным – она понимала почти все слова, хотя некоторые обороты всё ещё вызывали затруднение.

– Это правда, говорю вам! – горячился Морвин, крепкий мужчина средних лет. – На южной дороге видели отряд имперских гвардейцев!

– И что им здесь нужно? – проворчал седой старик, сидевший в дальнем конце стола. – До столицы три дня пути, да и не бывало тут имперцев сто лет!

– Теперь будут, – мрачно заявил Морвин. – После того как лорд Эйвер стал советником императора, его люди шныряют повсюду.

Староста Торвальд поднял руку, призывая к тишине:

– Не стоит пугать людей раньше времени, Морвин. Гвардейцы имеют право патрулировать дороги. Если они не заходят в деревню – нас это не касается.

– Не касается? – вскипел Морвин. – А когда они начнут забирать наших сыновей на службу? Или увеличат налоги? Или, того хуже, пришлют охотников за...

Он осёкся, бросив быстрый взгляд на Лизу. Повисла неловкая тишина.

– За кем охотников? – тихо спросила девушка у Садии.

– Потом объясню, – так же тихо ответила знахарка.

Торвальд прокашлялся и поднял кружку:

– Давайте не будем о мрачном в такой прекрасный вечер! Предлагаю выпить за хороший урожай в этом году!

Все с облегчением подняли кружки. Напряжение постепенно спало, и вечер продолжился в более весёлом ключе. Кто-то достал инструменты, похожие на лютни, полилась музыка. Молодёжь начала танцевать.