Межрасовая Академия им.Вильгельма V

Глава 3

В первый день мне повезло, в печи обнаружилась пресная каша, но голодный желудок рад был и этому, в погребе же нашла подвешенное вяленое мясо и несколько небольших ящиков с разными видами сушеных грибов. Кажется, именно тут настоящая хозяйка тела и жила, раз уже начала подготовку к зиме. Насколько могу судить, я до сих пор на территории своей страны, те же деревья, тот же климат, в эту картину не укладывается разве что оживший труп и огонь, сорвавшийся с собственных рук. И чем дольше размышляю, тем больше прихожу к мысли, что я стала одной из тех многих попаданок, о которых говориться в фентезийных книгах. Когда-то они спасали меня вечером после работы, позволяли унестись в волшебную страну драконов и прочих магических существ, где нет злющей начальницы, домашних хлопот и подсчета месячного бюджета. Может начать готовится к встрече с прекрасным принцем? Хотя.. Не с моей везучестью, максимум гоблин какой-нибудь, и тот дефектный попадется.

В погребе так же оказался занимательный рычажок, и то, если бы не споткнулась на пустом месте и не поставила на плече об него синяк, о существовании бы не узнала. Потайная комнатка немало удивила, там находилась маленькая библиотека из толстых фолиантов и несколько листов с грифельными карандашами. Ничего не понимаю, вот откуда у малявки может появиться такое? Даже невооруженным глазом можно заметить позолоту на некоторых книгах. Может это того дедка, который с моей подачи повторно отправился в царство мертвых? Все может быть, но приятным дополнением стало то, что буквы были мне знакомы, хотя и понимала, что это точно не мой язык.

-Целебные травы средней полосы Ангрелима. – Интересно, а это у нас город, или страна? Поставила назад и стала дальше вычитывать информацию. Немного боязно стало после книги «Некромантия с азов. Как правильно поднять зомби от таракана до высшей нечисти». Фолиант выпал из рук, будто держала ядовитую змею. Боюсь, если это все-таки другой мир, и черная магия тут не в почете, то за парочку таких книг меня казнят особенно жестоко.

Исследование дома дало не много, еще меньше постепенный осмотр округи. На многие километры отсутствовали человеческие тропы, чего не скажешь о животных. Запасы подъедались слишком быстро, даже с условием того, что старалась экономить, жестко ограничивая себя в еде. За месяц утратила весь оптимизм, тут меня не найдут, даже если бы искали. Все книги были по магии, ингредиентам для зелий, алхимии, и прочей лабуде, но ни одной о том, как выжить в тех условиях, в которые поставила судьба.

Первые силки научилась ставить спустя три дня голода, вода была не способна его утолить, а заняться добычей рыбы мешал иррациональный страх и отсутствие хоть какого-то подобия крючков. Заяц был не особо крупный, но желудок уже давно прилип к позвонкам, казалось, то проживи еще хотя бы с пару дней, и съела бы его прям в шкуре. Сколько времени прошло с моего попадания? Два месяца? Три? Не знаю, ставить метки все время забываю.

К своей добыче шла уже увереннее, животное трепыхалось в страхе, старалось перегрызть веревку, но я не могла себе позволить упустить его. Пара прыжков, и наточенный нож перерезал ему глотку.

Запах парного мяса сводил с ума, организм предвкушал трапезу, и поспешила вернуться на свою полянку, где шалашик из веточек ждал свою жертву уже сутки. Разделать тушку впервые было сложно, маленькие кусочки оставались на шкурке, но с этим ничего не могла поделать, разве что потом подчистить и вывесить просушиваться, да задубить, чтоб в зиму накопить их достаточно для поддержания жизни. Сочные, сочащиеся кровью, кусочки, пропадали во рту со скоростью света, я не могла дождаться, когда они прожарятся полностью, даже отсутствие соли не портило изумительный вкус молодого, свежего мяса. Какая гуманность? Себя было гораздо жальче, и чтобы в холодное время не подохнуть от голода, надо научится охотиться на более крупное зверье. Тяжело заново обучатся навыкам, о которых раньше и не подозревала, а научить выживать было не кому, приходилось постигать эту тонкую науку с помощью проб и ошибок. Наряду с этим изучала книгу по травам, загнуться еще и от болезни, где нет простых антибиотиков, будет глупо.

Я боялась, что с наступлением осени не успею подготовиться, единственное, чего было в избытке, так это грибов и ягод, но и их засушивала исключительно после того, как найду описание и название в одном из талмудов. Кто бы ни принес их сюда, я готова была этого человека расцеловать в благодарностях. Те же книги, что были в жилой комнатушке, трогать не было времени, романы, произведения здешних классиков, как понимаю, и ничего полезного. Вытаскивать же фолианты из погреба боялась, мечта, что кто-то все-таки наткнутся на меня, все еще теплилась на задворках сознания, позволяя не впасть в пучину отчаяния.

Просыпалась с рассветом, и засыпала с закатом, сказывалось малое количество свечей, их предпочла оставить на зимний период, когда день непозволительно короток, чтобы успеть достаточно устать.

Благостным открытием стало то, что магия имелась в теле, но ее требовалось развивать, ибо было мало, но зажечь костерок вполне хватало, как и силой притягивать дрова, которые заготавливала к холодам. Иногда хотелось пойти и утопиться, мысль, что опаздываю, настойчиво билась в голове, сводя с ума, пусть медленно, но уверенно. Интересно, а когда она подведет меня к грани безумия? Иной раз даже казалось, что забываю человеческую речь, и тогда начинала говорить сама с собой, с тушками, которые любовно и аккуратно разделывала, с рыбами, которые случайно попадали в деревянное ведро, когда набирала воды. Видимо, здешние места богаты на нее, и она непуганая человеческими руками.

-Ну вот, тебя засушим, пусть и будешь деревянная к концу осени, зато желудок обманывать смогу. – Пучки целебных трав пополнялись на деревянных балках, и ходить приходилось пригнувшись, чтоб не вытряхивать из головы опавшие листочки. Самым запоминающимся был момент, когда впервые смогла забить крупную дичь. Я караулила стадо на ветке дерева, стараясь не стучать зубами от холода и нервного ожидания, а когда пришло время, уверенно спрыгнула на спину животного. Молодая олениха пыталась сбросить со спины, и напоследок больно ударила копытом в живот, она даже с порезанной шеей умудрилась убежать минимум метров на сто, а догонять было невозможно, так как лежала на опавшей листве и пыталась побороть боль с обидой, ибо единственный нож так и остался в ее плоти. И сколько же было радости, когда медленно побрела по следам крови и нашла беглянку.