Межзвездная академия

2

Глава 2: Шаг в бездну незнания
Прощание с тетей Мартой выдалось тихим, словно шепот уходящего ветра. Слезы, которые обе так долго сдерживали, наконец, хлынули потоком, оставляя влажные дорожки на ее добром, морщинистом лице. Лира крепко обняла ее, вдыхая родной запах яблочного пирога и старого кружева, словно пытаясь навсегда запечатлеть его в своей памяти.
– Обещай писать, Лирочка, каждый день! – голос тети Марты дрожал, словно осенний лист на ветру. – Рассказывай обо всем, что там у тебя будет… среди этих твоих звезд.
– Обязательно, тетя, обещаю, – прошептала Лира, чувствуя, как комок подступает к горлу. Но за словами утешения скрывалось нарастающее волнение перед прыжком в абсолютную неизвестность.
День отлета словно специально выдался на редкость солнечным. Небо над их тихим городком сияло бездонной голубизной, словно прощаясь с Лирой, устремляющейся к другим, далеким небесам. В аэропорту, среди суетливых провожающих, их взволнованных голосов и гула объявлений, Лира чувствовала себя маленькой и потерянной, несмотря на ту решимость, которая упрямо отказывалась покидать ее сердце. Ее небольшой, видавший виды чемодан казался неподъемным грузом, символизируя все те тревоги и сомнения, которые то и дело пытались просочиться сквозь броню ее волнения.
Вдруг к ней подошла высокая, элегантная женщина. Ее серебристые волосы были заплетены в сложную, изысканную косу, а в глазах светилась мягкая, успокаивающая улыбка.
– Мисс Соколова? – спросила она, и в ее голосе Лира уловила легкие, непривычные интонации.
– Да, это я, – с легким волнением ответила Лира.
– Добро пожаловать, мисс Соколова. Меня зовут Эйра. Я представитель Межгалактической Академии. Позвольте вас сопроводить.
Транспортный шаттл Академии оказался совсем не таким, каким Лира его себе представляла по старым, потрепанным научно-фантастическим фильмам, которые она тайком смотрела по ночам. Это был изящный, обтекаемый аппарат, скользящий по взлетной полосе абсолютно бесшумно. Панорамные окна шаттла открывали захватывающий вид на поднимающиеся и опускающиеся земные лайнеры, которые теперь, в сравнении с этим чудом техники, казались такими примитивными и неуклюжими.
Внутри шаттл поражал своей технологичностью и стерильной чистотой. Мягкие кресла из неизвестного, податливого материала словно обнимали, а по стенам мерцали голографические дисплеи, отображающие сложную, непонятную пока Лире информацию. Эйра жестом предложила ей занять место у окна.
– Наслаждайтесь видом, мисс Соколова. Прощание с вашей планетой всегда волнительно.
Лира послушно пристегнулась, чувствуя легкую вибрацию, когда шаттл плавно оторвался от земли. Она прильнула к прохладному стеклу, с замиранием сердца наблюдая, как ее родной город уменьшается с каждой секундой, превращаясь в крошечную точку среди изумрудных полей и серебристых извилин рек. В этот момент ее накрыла острая, щемящая тоска по тете Марте, по уютному запаху старого дома, по шелесту листьев за окном и вечерним посиделкам с чашкой горячего чая и задушевными разговорами. Слезы невольно навернулись на глаза, но она быстро смахнула их тыльной стороной ладони, вспомнив напутственные слова тети о том, что она должна быть сильной и смелой.
– Долго лететь? – робко спросила Лира, стараясь отвлечься от грустных мыслей.
Эйра улыбнулась мягкой, понимающей улыбкой. – До межзвездного порта – несколько часов. Там мы пересядем на лайнер до системы Академии. Это займет еще около недели.
– Неделю… – выдохнула Лира, пораженная расстояниями. Космос, который она так любила изучать на картах, вдруг стал ощутимо огромным и безграничным.
– Да, мисс Соколова. Но не волнуйтесь, лайнер очень комфортабельный. У вас будет время освоиться и подготовиться к прибытию в Академию.
Полет до межзвездного порта прошел для Лиры как в тумане, наполненном изумлением и нарастающей тревогой. Она неотрывно смотрела в окно, наблюдая, как голубая планета постепенно превращается в далекий, прекрасный шарик, окруженный тонкой дымкой атмосферы. Затем появились звезды – сначала робкие, едва заметные точки, а потом все ярче и многочисленнее, словно рассыпанные по черному бархату бриллианты. Они были совсем не такими, как виделись с Земли, – яркими, мерцающими, бездонными.
Межзвездный порт поразил Лиру своими масштабами и невообразимым разнообразием прибывающих и отбывающих кораблей самых невероятных форм и размеров. Здесь царила суета, смешались звуки и запахи сотен разных миров – резкие шипящие звуки, мелодичные трели, гортанные выкрики, незнакомые ароматы пряностей, машинного масла и еще чего-то неуловимо чужого. Лира чувствовала себя не просто чужой, а словно попала в ожившую иллюстрацию из научно-фантастической книги, где законы физики и культуры были совершенно иными.
На борту межзвездного лайнера, огромного, сияющего корабля, устремленного к далекой системе Академии, Лира впервые столкнулась лицом к лицу с представителями других цивилизаций. Высокие, грациозные силлианцы с мерцающей, словно перламутр, кожей плавно скользили по коридорам. Шумные и добродушные грогнаки с их массивными, покрытыми чешуей телами громко переговаривались, издавая утробные звуки. Загадочные и молчаливые ки’ранцы, чьи лица скрывались под глубокими капюшонами, передвигались бесшумно, окутанные аурой тайны.
– Не стесняйтесь, мисс Соколова, – мягко сказала Эйра, заметив ее растерянность. – Здесь вы встретите студентов со всей галактики. Это прекрасная возможность познакомиться с разными культурами.
Лиру провели в небольшую, но уютную каюту. Стены ее комнаты излучали мягкий, успокаивающий свет, а вместо обычного окна мерцала большая голографическая панель, способная транслировать любые пейзажи по ее желанию – от цветущих марсианских равнин до бурлящих океанов спутника Юпитера. Но в свою первую ночь вдали от Земли Лира предпочла отключить голографию и смотреть на настоящие звезды, мерцающие в черной бездне космоса. Они были такими близкими, такими осязаемыми, словно протяни руку – и коснешься их холодного сияния.
Лежа в незнакомой постели, под тихий гул корабельных двигателей, Лира чувствовала, как расстояние до дома становится все больше, а бездна между ней и Землей – все глубже. Страх перед неизвестностью холодной волной прокатился по ее телу, но его тут же сменило волнующее предчувствие чего-то невероятного, чего-то, что навсегда изменит ее жизнь. Она была одна в этой бескрайней тьме, но одновременно ощущала странную, почти мистическую связь с этими далекими мирами, которые манили ее с самого детства. И в этой двойственности заключалась вся суть ее нового начала – шаг в бездну, полный трепета и надежды перед лицом величественного, неизведанного космоса.