Межзвездная академия

5

Глава 5: Шепот древних катастроф
Недели в Академии текли своим чередом, наполненные головокружительным потоком новой информации и знакомствами с самыми разными существами. Лира старательно впитывала знания, поражаясь безграничности галактических наук. Однако, несмотря на усердие, она по-прежнему чувствовала себя несколько обособленной, словно наблюдателем со стороны.
Одним из самых интересных, но и самых тревожных предметов для Лиры стал курс "Древние Артефакты и Цивилизации", который вел эксцентричный профессор-грогнак по имени Грог. Его лекции отличались эмоциональностью и обилием голографических реконструкций давно исчезнувших миров.
На одном из занятий Грог, чье массивное тело сотрясалось от энтузиазма, демонстрировал голографическую проекцию "Сердца Звезды" – древнего артефакта невероятной силы, окутанного легендами и мифами.
– Представьте себе, молодые умы! – громогласно вещал Грог, его гортанный голос заполнял аудиторию. – Этот артефакт… сама ткань мироздания, сплетенная из энергии первых звезд! Говорят, он способен как созидать, так и разрушать целые галактики!
Голографическая проекция "Сердца" мерцала в центре аудитории, представляя собой пульсирующий кристалл, излучающий мягкое, завораживающее сияние. Лира не могла отвести от него взгляда. Что-то в этом образе вызывало в ней странное, болезненное чувство узнавания, словно она уже видела его раньше, в каком-то далеком сне или забытом воспоминании.
– Но, как гласят древние хроники, – продолжил Грог, его голос стал более мрачным, – однажды "Сердце Звезды" было расколото. Причины этой катастрофы до сих пор остаются загадкой, но последствия были ужасающими. Целые цивилизации исчезли, звездные системы погрузились во тьму… Эхо той древней трагедии до сих пор ощущается в самых отдаленных уголках галактики.
В этот момент голографическая проекция "Сердца" внезапно исказилась, изображение задрожало, и в аудитории раздался странный, вибрирующий звук, словно стон, проникающий прямо в кости. Многие студенты вздрогнули, а профессор Грог нахмурился.
– Странно… неполадки с системой? – пробормотал он, пытаясь восстановить проекцию.
Но изображение продолжало мерцать, а звук становился все более настойчивым, болезненным. Лира почувствовала, как в ее голове возникает странная пульсирующая боль, а перед глазами начали мелькать обрывочные, неясные образы – кричащие фигуры, рушащиеся здания, вспышки яркого света и поглощающая все тьма.
– Профессор, что происходит? – взволнованно спросила силлианка, сидевшая рядом с Лирой. Ее мерцающая кожа покрылась легкой рябью.
– Не знаю, юная силлианка, не знаю, – ответил Грог, его обычно добродушное лицо выражало крайнее беспокойство. – Я никогда не сталкивался с подобным сбоем.
Внезапно мерцание проекции достигло своего пика, и раздался пронзительный, словно крик, звук. Лира невольно зажала уши руками, чувствуя, как боль в голове становится невыносимой. Образы в ее сознании стали более четкими, более пугающими. Она видела расколотый кристалл, из которого вырывались потоки темной энергии, поглощающие все вокруг.
– Прекратите это! – воскликнула Вера’лисс, сидевшая в первом ряду. Ее обычно надменное лицо выражало испуг. – Это… это невыносимо!
Проекция внезапно погасла, и болезненный звук оборвался так же внезапно, как и начался. В аудитории повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием студентов. Лира медленно опустила руки, чувствуя, как пульсирующая боль в голове постепенно стихает, оставляя после себя странное ощущение опустошенности и тревоги.
– Что… что это было? – тихо спросила Лира у Эйли, сидевшей рядом. Зефирианка выглядела такой же испуганной и растерянной.
– Я… я не знаю, Лира, – прошептала Эйли. – Никогда ничего подобного не видела.
Профессор Грог, тяжело дыша, попытался восстановить самообладание.
– Прошу прощения, молодые умы, за этот… досадный инцидент. Очевидно, произошел какой-то технический сбой. Я обязательно выясню причину. На сегодня лекция окончена.
Студенты начали медленно подниматься со своих мест, обмениваясь взволнованными взглядами. Лира чувствовала, что этот "технический сбой" затронул ее как-то особенно глубоко. Образы расколотого кристалла и поглощающей тьмы продолжали стоять перед ее глазами, вызывая странное, болезненное эхо в ее душе. Ей казалось, что она не просто увидела голографическую реконструкцию древней катастрофы, а словно прикоснулась к ее реальным отголоскам, пробудив в себе какие-то дремлющие воспоминания.
Выйдя из аудитории, Лира невольно замедлила шаг, пытаясь осмыслить произошедшее. Она чувствовала, как чья-то рука легла ей на плечо. Она обернулась и увидела Кайла Зейрона. Его ледяные глаза, обычно полные отстраненности, сейчас выражали странную смесь удивления и… беспокойства?
– Ты в порядке, землянка? – спросил он, и в его голосе впервые прозвучала какая-то непривычная нотка. – Ты выглядишь… бледной.
Лира удивленно посмотрела на него. Это было первое проявление хоть какого-то участия с его стороны.
– Да… да, я в порядке, – неуверенно ответила она. – Просто… это было странно. Словно… словно я это уже видела.
Кайл нахмурился, его взгляд стал более пристальным.
– Ты почувствовала что-то особенное? – спросил он, и в его голосе прозвучал неподдельный интерес.
Прежде чем Лира успела ответить, к ним стремительно подошла Вера’лисс, ее лицо выражало раздражение.
– Кайл! Я тебя жду! Мы договаривались обсудить проект по телекинезу! – ее зеленые глаза метали молнии в сторону Лиры. – Что ты с ней делаешь? Опять тратишь время на эту… странную землянскую?
Кайл бросил на Веру недовольный взгляд. – Не твое дело, Вера. Соколова просто… нехорошо себя почувствовала.
Он снова повернулся к Лире, но Вера уже вцепилась в его руку, увлекая за собой.
– Пойдем же! У нас мало времени! – властно заявила она, бросив на Лиру победоносный, полный презрения взгляд.
Кайл, поколебавшись мгновение, все же последовал за Верой, оставив Лиру стоять в опустевшем коридоре, в одиночестве наедине со странным, болезненным эхом древней катастрофы, которое пробудило в ней смутную тревогу и ощущение надвигающейся тайны.