Межзвездная академия

21

Глава 21: Осколки истины в лабиринте лжи
Заброшенная лаборатория в нижних уровнях Академии встретила их затхлым воздухом и мерцанием полуразрушенных голографических панелей. Пыль веков покрывала заброшенное оборудование, напоминая о давно забытых экспериментах. Лира шла вперед, ведомая отчаянным желанием найти Эриана, а Кайл следовал за ней, его ледяное сердце сжималось от зловещего предчувствия.
В одной из заброшенных комнат, освещенной лишь тусклым светом их коммуникаторов, они обнаружили странные символы, начертанные на полу светящейся зеленой краской. Символы пульсировали слабым, зловещим светом, вызывая у Лиры неприятное ощущение дежавю – она видела нечто подобное в своих снах о "Сердце Звезды".
– Что это? – прошептала Лира, ее голос дрожал от необъяснимого страха.
Кайл склонился над символами, его обычно бесстрастное лицо омрачилось тревогой.
– Это древний язык… связанный с культами тьмы, существовавшими задолго до основания Академии. Я читал о них в запретных архивах. Они поклонялись… силам разрушения.
В этот момент их внимание привлек мерцающий голографический проектор на одном из столов. Кайл активировал его, и в воздухе возникло дрожащее изображение Веры. Она стояла в кругу таких же светящихся символов, ее лицо выражало фанатичную одержимость, а глаза горели нездоровым огнем. Она что-то бормотала на том же странном языке, ее движения напоминали ритуальный танец.
Запись внезапно оборвалась, сменившись другой. На ней Вера разговаривала с теневой фигурой, чье лицо было скрыто капюшоном. Голос фигуры был хриплым и зловещим, но отдельные фразы доносились отчетливо:
– …сила "Сердца" должна быть пробуждена…
– …землянка – ключ… ее связь…
– …древние энергии вернутся…
Лира ахнула, узнав обрывки фраз из своих кошмаров. "Сердце Звезды"… ее связь… древние энергии… все складывалось в ужасающую картину.
– Она… она хочет использовать "Сердце Звезды"? – прошептала Лира, ее голос был полон ужаса.
Кайл молчал, его лицо было бледнее обычного. Он смотрел на мерцающее изображение Веры, и в его ледяных глазах впервые Лира увидела настоящий страх.
– Ее одержимость… это не просто ревность, – медленно произнес Кайл. – Она связана с чем-то древним, темным… чем-то, что может уничтожить все.
Приглушенный стон, слабый и измученный, словно эхо из преисподней, заставил сердце Лиры болезненно сжаться. Без колебаний, повинуясь инстинкту, она сорвалась с места и бросилась в соседнюю комнату. Увиденное пронзило ее ледяной иглой ужаса. Эриан лежал на холодном металлическом полу, его худое тело скрючилось от боли, запястья были скованы светящимися энергетическими наручниками, впечатанными в стену. На его бледном лице виднелись багровые ссадины и запекшаяся кровь.
– Эриан! – крик отчаяния вырвался из груди Лиры. Она кинулась к нему, дрожащими руками пытаясь освободить энергетические оковы, но те лишь мерцали, неподдаваясь ее усилиям.
– Лира… уходите! – прохрипел Эриан, его глаза, обычно полные мудрости, сейчас были затуманены болью. – Это ловушка… она знает, что вы придете.
В этот самый момент дверь лаборатории с оглушительным грохотом распахнулась, впуская клубы пыли и зловещее зеленое свечение. На пороге стояла Вера. Ее лицо, искаженное триумфальной злобой, казалось маской чистого безумия. В руках она держала пульсирующий артефакт, излучавший волны темной, древней энергии.
– Как трогательно, – прошипела Вера, ее взгляд, словно ядовитая змея, скользнул с Лиры на Кайла. – Ледяной принц решил присоединиться к этой жалкой землянке? Какое разочарование, Кайл. Я думала, ты умнее.
Кайл молчал, его взгляд был прикован к зловещему артефакту в руках Веры. Он чувствовал исходящую от него ледяную хватку древней тьмы, и настоящий, первобытный ужас сковал его сердце. Но больнее ужаса была другая, внезапно осознанная истина, пронзившая его, словно осколок льда. То, как Лира бросилась к Эриану, ее крик, полный неподдельной боли и отчаяния, ее дрожащие руки, пытающиеся освободить его… все это говорило об одном – ее сердце принадлежало ему.
Ревность, до этого лишь слабым уколом, вспыхнула в Кайле яростным, всепоглощающим пламенем. Он смотрел на Лиру, на ее лицо, искаженное тревогой и нежностью при виде страдающего Эриана, и ледяная агония сжала его грудь. Он понял, что его внезапная, мучительная любовь к ней была безответной, что он никогда не сможет занять место этого силлианца в ее сердце.
Увидев Кайла, Вера словно обезумела. Ее лицо побагровело от ярости, а зеленые глаза метали молнии ненависти, направленные теперь не только на Лиру, но и на него.
– Ты! – взревела она, ее голос сорвался на визг. – Ты предал меня, Кайл! Ты встал на сторону этой ничтожной землянки!
Ревность Веры, и без того сильная, многократно усилилась при виде Кайла рядом с Лирой, при мысли о том, что он мог испытывать к ней хоть малейшее сочувствие. Ее ненависть к Лире достигла апогея, грозя поглотить все вокруг.
В этот момент в ледяном сердце Кайла произошел перелом. Боль от осознания безответной любви смешалась с яростью и решимостью. Он готов был на все ради Лиры, готов был сразиться с древними силами, заключенными в артефакте Веры. Но мысль о том, что даже ценой его жизни она достанется другому, была невыносима. Он защитит ее, да. Но не для того, чтобы она принадлежала ему. Скорее… чтобы сохранить ее в этом мире, даже если этот мир будет без него и без его любви. В его ледяных глазах вспыхнула холодная, решительная ярость. Он не позволит этой одержимой безумице причинить вред ни Лире, ни тому, кого она так отчаянно любила.