Милашка для грубияна (часть 2)

Эпилог

POV Катя

- Этот кубик надо ставить сюда, - рассказывает Артем малышке, сидя с ней на полу посреди нашей спальни. – Красненький к красненькому, - расставляет их в зависимости от цвета, вызывая у меня улыбку на лице.

Мой любимый супруг даже не слышит, как я тихонько прокралась к открытым дверям в комнату и замерла на пороге, наблюдая за столь милой картиной. “Красненький” – это, конечно же, моя фишка, но так мило звучит из уст Вишневского, что я в очередной раз улыбаюсь, а в груди расплывается тепло от увиденной картины.

- Ф-фф! – какой-то непонятный звук издает наша дочь, однако ее папаша никак не может угомониться.

- Ну, скажи, - он делает паузу, глядя на Амину. – Красный! – тянет первую гласную букву, а малышка в ответ берет кубик и бросает Артему в лицо.

- Зеленый, - смеюсь я в ответ и захожу в комнату, привлекая к себе внимание. – Ей всего семь месяцев, Вишневский! - я присаживаюсь на корточки и целую в щеку самого любимого мужчину в мире. – Рано ей еще разговаривать, - дотрагиваюсь пальцем до крохотного носика, а моя дочь в ответ берет еще один кубик и бросает теперь уже мне в лицо.

- Учись! – Артем тычет пальцем мне в грудь с таким довольным видом, как будто миллион выиграл, не меньше. – На папу кричать нельзя. Наша блудная мама наконец-то к нам вернулась.

Мой любимый супруг расплывается в ехидной улыбке, и ему сразу же в лицо прилетает еще одна игрушка, от чего мы вдвоем с Артемом начинаем заливисто смеяться. Конечно же, мне достается снова от Амины, однако в ответ я лишь треплю малышку по голове, а после туда же целую – несколько часов без своей любимой крошки, а такое чувство, что неделю провели врозь, не меньше.

Хоть Артем и назвал меня “блудной”, на самом деле он прекрасно знает, что я была в редакции. Когда три месяца назад я заявила, что хочу снова вернуться к своей трудовой деятельности, мой супруг вышел из себя. Орал так, что стены в доме дрожали, и даже строгий выговор от Петровны не помог.

- Я сказал, она не будет работать! И точка! Какое из этих слов вам не понятно?

Категоричный отказ из уст Вишневского меня, конечно же, взбесил, но я с достоинством вытерпела и ор супруга, и его командный тон, заявив, что если он не позволит мне работать, то я буду постоянно выносить мозг ему.

От безделья.

Фыркнул, надулся, но остался при своем мнении. Ладно, дорогой, пока взяла твоя. Придется действовать хитростью. Два дня я демонстрировала свое плохое настроение, ворчание и постоянное недовольство, после чего Артем со скрипом, но сдался – работать мне можно, но с самой минимальной нагрузкой.

Сергеич пришел в дикий восторг, когда я появилась внезапно на пороге редакции. Мой любимый шеф учел все пожелания моего драгоценного супруга, забрал у меня автомобили, гороскопы и даже звездные интервью, сделав меня полноценной хозяйкой рубрики “Наш малыш”.

- Ты сдурел? – моему возмущению не было предела, так как такой подлянки от главреда я не ожидала. – О чем я писать там буду?

- Миланская, вот только не надо мне тут ля-ля разводить, - Сергеич выставил вперед руку в предупреждающем мои дальнейшие возмущения жесте и скривился, демонстрируя свое недовольство. – У тебя, маленький ребенок, а ты мне тут рассказываешь, что не о чем писать?

Я фыркнула, даже топнула для устрашения ножкой, три раза пригрозила, что уволюсь, и демонстративно хлопнула дверью, но статью все равно написала. Мне, кстати, понравилось – особенно письма от молодых мамочек с советами и вопросами, на которые я с удовольствием отвечала. А так же девчонки накидали мне кучу наводок, о чем бы они хотели еще почитать.

- Блудная мама сегодня получила гонорар за статью, - решаю похвастаться любимому мужу, на что он лишь закатывает глаза в ответ. – Мог бы и похвалить, - кривляюсь на его фырканья, однако в глубине души точно знаю – Артем мной гордится, хоть и всегда демонстрирует недовольство, когда я пропадаю в редакции.

- А папа сегодня, - мой муж делает акцент на последнем слове, однако не успевает закончить, как у меня за спиной раздается голос Светланы Петровны:

- Перепутал теплое молоко с холодным! – женщина заходит в комнату, подходит к малышке и отдает ей бутылочку с кашей. – Кушай, моя прелесть!

- Вот я тебя когда-нибудь точно уволю, - возмущенным голосом произносит Вишневский, глядя на строгую домработницу.

Сердится она, конечно же, для видимости, так как любит и моего мужа, и меня, и нашу маленькую прелесть безумно.

Что бы мы делали без нашей любимой Светланы Петровны!

- А еще он возил Аминочку в офис! – женщина округляет глаза и тычет в Артема пальцем. – Говорила, оставь ее дома, так нет же, - продолжает читать нотации командным голосом, как будто мой муж пятилетний мальчик, а не взрослый мужчина. – Потащил ребенка, черт знает куда!

- Вишневский! – теперь уже я строго смотрю на любимого супруга, а он раздувает ноздри как дракон. Знает же прекрасно, что я очень не люблю, когда он таскает девочку в офис, где куча народа, но все равно продолжает игнорировать мои просьбы. – Надеюсь, хоть сам за руль не садился?

- Ты за кого меня принимаешь? – возмущается Артем, глядя мне пристально в глаза. – Сказал же, что с водителем буду ездить. Кать, - переходит он в уменьшительно-ласкательную тональность, чувствуя за собой небольшую, но все же вину. – Меня срочно вызвали всего одну бумажку подписать. Каких-то несчастных десять минут, - в глазах у мужа такая вселенская печаль, что хочется сначала треснуть его по башке за безответственность, а после прижать к своему пятому размеру и расцеловать.

После рождения Амины Артем очень сильно изменился. Нет, его вспыльчивость и периодами несдержанность никуда не делись, однако он не на словах (как раньше), а теперь уже на деле доказал, как ценит и любит свою семью.

- Наработаться я всегда успею, - подмигнул мне супруг, после того, как заявил, что львиную долю своих обязанностей переложил на замов, и теперь будет больше времени проводить со мной и Аминой. – Дочь вырастет, а я даже не замечу, - прижал меня к груди и поцеловал в щеку, от чего у меня из глаз потекли слезы.