Милашка Дженни хочет замуж

Глава 10

- Не сходи с места, не двигайся, не обманывайся его беззащитным видом, - последовала очередная череда приказов.

Альфред явно привык повелевать и теперь чувствовал себя на своем месте. И будь мы в его доме, я, может быть, послала бы умника куда-нибудь подальше, например, к ждавшим его невестам. Но здесь, на улице, когда вокруг могло быть сколько угодно опасных существ, я предпочла все же подчиниться. И хотя котенок не казался опасным, я все же замерла, не делая ни малейшего движения, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Котенок между тем прекратил пищать и внимательно уставился на нас. Словно выбирал себе добычу по силам.

«Он – котенок, - напомнила я себе. – А ты – паникерша. И твой жених – тоже».

Альфред был не просто паникером. Он еще и колдовать пытался. Выставил вперед руки в защитном жесте, начал неторопливо, певуче, что-то произносить.

Уж не знаю, на что отреагировал котенок. Может, и на колдовство со стороны Альфреда. А может, ему банально надоело сидеть на одном месте. И захотелось, например, поиграть. С живыми статуями, угу.

В любом случае, он внезапно прыгнул. Даже без разбега. Вот он сидит на земле. И в другую секунду уже летит по воздуху.

Альфред резко выбросил вперед руки, что-то крикнул. Мне показалось отчаяние в его голосе. Как будто мысленно он уже простился с жизнью.

Котенок на него не отреагировал. Он пролетел мимо, не задев Альфреда, и приземлился, если так можно выразиться, у меня на плече. Причем совершенно безболезненно для меня.

Усевшись возле моей шеи, он стал тереться о меня и мурлыкать.

Я стояла, как тот столб, и понятия не имела, что делать. Как-то забыли мне сообщить высшие силы, как вести себя, когда на плече сидит детеныш опасного создания и нагло требует ласки.

- Он… - хрипло начал Альфред. Негромко откашлялся и продолжил. – Он выбрал тебя своей хозяйкой.

В голосе его звучало изумление пополам с ужасом. И мне, конечно, хотелось бы потешить свое самолюбие и подумать, что ужас был направлен на меня. Но, полагаю, Альфред просто боялся живности, находившейся от него в такой непосредственной близости.

- Отлично, - проворчала я, мысленно выдохнув. Радовало, что пока меня никто не собирался есть. И даже надкусывать не хотел. – Пушистик, а пушистик, тебя как звать?

В ответ – все то же мурчание. Котенку было плевать на мой вопрос. Ему хотелось нежности и любви. Ну и поесть, думаю, тоже.

- Ладно, - покладисто согласилась я, - значит, будешь Пушком. – И уже Альфреду. – Что дальше? Продолжаем гулять? Или пойдем домой?

На меня посмотрели, как на самого настоящего психа.

- Ты хочешь идти домой с ним?

За меня ответил котенок – зашипел, не слезая с моего плеча.

- Ну… - протянула я следом, будто раздумывая, что же мне теперь делать дальше. – Могу и не идти. Буду жить на улице. Вместе с котенком. Но твоих родителей вряд ли устроит такой вариант.

Глаза Альфреда сверкнули – мсье гневаться изволил. Иронию он считал и теперь давал понять, что не в восторге ни от моей идеи, ни от моего отношения к нему любимому.

- Он там всех за сутки сожрет, - заявил этот титулованный идиот.

- И я все еще слушаю твои предложения, - безмятежным тоном откликнулась я. – Он выбрал меня хозяйкой. Куда я, по-твоему, могу его деть?

- Аршанарах горнатар ронторгон! – выдал взбешенный Альфред, повернулся и решительным шагом направился назад, домой.

Ну и мы с Пушком последовали за ним.

Я шла шаг в шаг за Альфредом и думала, что делать дальше. Помолвка, свадьба – это все понятно. Но при одной мысли о том, что теперь я до конца жизни заперта на небольшом клочке суши, и выхода нет, никуда не деться, хотелось выть. Вот сесть на землю, поднять голову в небо, найти местную луну и выть на нее.

Тут же большая деревня. Все друг друга знают, все друг друга обсуждают. Закрытые земли, если мне не изменяет память, охватывали не такое уж большое пространство. Примерно как небольшой городок на Земле. И жило здесь дай боги пять-десять тысяч существ, включая прислугу. Обо мне уже сейчас сплетничают, вне всякого сомнения. А когда соседи узнают о моем новом питомце, то вообще все кости мне перемоют.

И ведь с ними придется постоянно здороваться! Улыбаться им как ни в чем ни бывало! Делать вид, что ничего такого не происходит!

В общем, я уже сейчас готова была выть от безнадежности.