Миледи Винтер. Её Высокопреосвященство...

Часть четвертая. "Малыш" или "Собачья жизнь"...

Часть четвертая. Малыш или "Собачья жизнь"...

Животных любите: им Бог дал начало мысли и радость безмятежную. Не возмущайте же ее, не мучьте их, не противьтесь мысли Божией.

Ф. М. Достоевский «Братья Карамазовы». Цитата записана по книге Р. Адамса « Обитатели холмов».

...Всю ночь шел снег. С утра город ожил и задвигался.

Первыми на пушистые от мягкого снега улицы вышли дворники. Под их скребками и метлами снег сдвинулся, заскрипел, исчез. По вновь расчищенной сцене действия пошли прохожие.

Прошла дама в дубленке, неторопливо и плавно покачивая бедрами, привлекая внимание всех встречных мужчин.

Ритмичным маршевым шагом прошли два запоздавших дворника. Они торопились «на объект», шли быстро, здоровались с коллегами: « От Овских дворников. Привет, привет».

Поскрипывая от натуги совместно и дружно, на рынок перебирались хозяйка и ее коляска, нагруженная коробками доверху. Тепло укутанные, ладно собранные, они перекатывались в направлении рынка, стремились быстро добраться, занять места среди прочих «товарок» и всласть поторговать.

Прошел неизвестный путник, с лицом апостола, великомученика, страстотерпца. Он шел с двумя матерчатыми сумками через плечо, наперевес.

И был одет в черное и длинное осеннее пальто, как в сутану, ризу, рясу. Вечный странник, он шел из собственного ниоткуда в куда-то еще, смотрел вперед воспаленными глазами, не замечал прохожих. И скоро ушел из места действия.

Пробежали две девчонки, веселые и смешливые. За ними собака, повиливая рыжим хвостом.

Вышли во двор сторожа. Неторопливо обсудили события, погоду непонятную, снега обильные, даму, что прогуливалась пятый раз вокруг нового салона косметических услуг.

Дама сторожам не глянулась, говорить с ней не стали, звонить с их рабочего телефона не разрешали, бурчали: «Нельзя, телефон наш служебный», смотрели строго, отсылая даму прочь.

Сторожа знают все. Только тот, кто умеет узнавать новости о событиях раньше, чем событие произойдет, может работать сторожем и служить долго и счастливо.

Людей нужно понимать и уметь выслушивать. Тогда они приходят, приносят информацию, с готовностью ею делятся.

Сторожа обсудили последние события в местном борделе, который назывался «Салоном услуг по вызову». Решили, что дама в дубленке, гулявшая возле салона минут сорок подряд, теперь уже от сторожей поодаль, желала устроиться в салон работать.

Допрошенная между делом заранее, дама не созналась, что работать в салоне она собиралась массажисткой. И верно, соглашались сторожа, улыбались, хмыкали, работать в салоне даме придется не массажисткой...

Обсудили последнюю новость. Сегодня, в четырехкомнатной квартире на четвертом этаже дома - новостройки, ночью, близко к утру, умер старик.

Дружно сошлись на том, что репутация у нового дома плохая. И никто из присутствующих сторожить бы его не стал.

Две девчонки, что бегали по двору и улице просто так, подбежали и рассказали, что здешнюю дворовую собаку, рыжую Найду, они сегодня утром вытащили из подвального колодца в новом доме.

Сторожа понимающе и значительно переглянулись.

Репутация у нового дома действительно складывалась неспокойная. Еще с того времени, пока на этом месте был пустырь, на котором вечерами, по выходным дням хороводилась, догуливая ночь, выплеснутая дискотеками на улицы города молодежь.

Строительная компания получила подряд и начала на пустыре застройку. Наняли сторожа охранять порядок и беречь строительные материалы. Чуть погодя сторож влюбился. Его пассия любви не поняла. Изменять сторожу продолжала. От неразделенной любви местный Ромео повесился. На его место наняли двух сторожей.

Занесенные снегом, как мягкой белой ватой, деревья стояли прямо. Они были выше всех на улице, гордились этим и старались общаться с воронами и галками, не с людьми.

Дома, что возле улицы и на дворе людей любили, поэтому немного хмурились, тяжелые брови белых и снежных подоконников и наличников опускали низко, но разговоры слушали. И сейчас прислушивались к беседе двух умных, значительных мужчин, местных сторожей.

Стоящий поодаль дом девяти этажей, даже чуть наклонился вперед, опасаясь упустить из беседы хоть слово.

- Ты помнишь историю второго сторожа? – Спросил собеседника один из сторожей.

Тот молча кивнул. Он помнил.

В тот день щенок нашел себе хозяина. Им оказался сторож дома - новостройки. Тогда простой стройки.

Щенок также был здешний, дворовый. Прошлогодний сын той самой собаки, которую сегодня поутру спасли и вытащили из колодца двухметровой глубины, две девочки-подростка.

Собака сейчас крутилась то около сторожей, то рядом с другими знакомыми ей людьми, привычно просила, съедала все корочки хлеба, что ей подавали. Старалась кушать деликатно.

Рыжую собаку, дворовую Пальму, сторожа знали давно. Привыкли, наблюдали, как ближе к весне, она ходила в любовных играх посреди стаи разных кобелей.

Сторожа часто ругали ее за гулёный нрав. Но в общем, перешагнув собственным возрастом за рубеж пятидесятилетия, относились с пониманием, к той таинственной женской сути, что наполняла собаку, выплескиваясь через края весной.

Наделав собственных ошибок, страдая и обжигаясь от них, сторожа ценили Пальму за то, что отгуляв в вихре любовных страстей, она всегда приносила потом хороших крепких щенков, которые быстро находили себе хозяев.

К июлю из общего помета в пять щенков с матерью оставался один. Пятнистый, рыже - белый, крупный и ласковый щен.

Он нравился здешнему сторожу дома - новостройки, и тот не разрешал его забирать другим. Не старый еще сторож приходил часто, смотрел на щенка, подкармливал его, играл с ним и думал, забрать щенка домой сейчас или чуть подождать.