Миллиарды мотыльков

ГЛАВА 1. СТЕПАН

Я никогда не видел таких девушек прежде. Никогда. Алебастровая кожа, не подвластная загару. Белые волосы, словно снег. Глаза – призрачно-голубые. Да разве ж такой цвет существует в природе? Каждая черточка лица безупречна. Осанка, поворот шеи, наклон головы, вся фигура, все жесты и то, как она двигается – сплошное изящество. Она тоненькая, стройная, но в нужных местах округлая, аппетитная. Произведение искусства, а не девушка. А пахнет как… Я однажды очутился на поляне ландышей и запомнил тот запах – нежный, свежий, прохладный. Вот так же и Агата пахнет.

И вот как можно быть такой красивой, нежной, божественной и одновременно высокомерной, заносчивой сукой? С первых минут знакомства меня стебет. Мажорка испорченная. Но… какая же все-таки роскошная.

– Всё, дочка, мне пора, – строго взглянул на свою единственную кровиночку Ларин. – Никаких возражений. Степан Алексеевич будет жить все новогодние праздники в нашем доме и сопровождать тебя везде, куда бы ты не отправилась.

– Папочка, мне двадцать пять! – бросала на меня злые взгляды Агата. – Зачем ты приставляешь ко мне соглядатая?

– Не соглядатая, а телохранителя, – терпеливо поправил Михаил Евгеньевич. – И только на время новогодних праздников. Вернусь из Парижа, и тогда Степан Алексеевич уйдет. Мы уже все обговорили. Хватит спорить.

– Папа! – продолжала перечить дочурка. – Зачем Меня Охранять? – четко проговаривая каждое слово, прошипела она. – Я что, никогда одна не оставалась!? Я что, школьница сопливая?! Я взрослая!

– Времена нынче неспокойные, – неопределенно объяснил ей отец и поспешил к машине такси, уже некоторое время ожидающего у ворот коттеджа Лариных.

Агата фыркнула и сосредоточила свой дивный взор на мне. В зрачках мерцали острые льдинки, того и гляди, проткнут меня насквозь.

2Q==