Миллион алых роз

12.

К её чести сказать, Элеонора Максимилиановна отличалась высокой щедростью. Баба Надя не могла выделить из их скромных средств толику деньжат на покупку хорошего телефона или планшета для внучки.

Все Алины девайсы и гаджеты, завернутые в подарочную бумагу, принесены соседкой и торжественно вручены в те самые праздничные дни, про которые родители девочки забыли. Врач терапевт Штольц работает в престижной поликлинике, получает большую зарплату, своих детей не имеет, а потому, не скупясь, покупает дорогие вещи и несёт их в соседскую квартиру.

Свою долю удовольствия Элеонора Максимилиановна получает, когда Аля разворачивает подарок, визжа от восторга, обнимает, покрывает поцелуями щёки доброй соседки.

— Тётя Элечка, я вас просто обожаю! – восклицает счастливая Аля.

— Вот для этого мы и живём, — констатирует Элеонора, вытирая слёзы умиления, когда Аля, прижимая очередную «игрушку» к груди, убегает в свою комнату.

— Балуешь ты её, Эля, — ворчит, покачивая головой, баба Надя.

— На то они и дети, чтобы их баловать. Моргнуть глазом не успеешь, как вырастет твоя внучка, выпорхнет из гнезда, и останешься ты, Надя, в гордом одиночестве. Много ли мы радости приносим друг другу? Ты одна, да я одна. Чаю попили, разговоры поговорили. А ты посмотри, сколько счастья у Алечки! Давай я вам телевизор новый куплю! А то стоит у вас допотопный прожектор, времён, наверное, товарища Брежнева.

— С ума-то не сходи, Элеонора! Показывает же, зачем его менять?

— Квартиру надо на вас оформить, а то помру, и захапают её какие-нибудь проходимцы, — вздыхает Элеонора.

— Эля, вот уважаю тебя, но глупости ты говоришь. Помирать она собралась. Тебе ещё жить да жить! И квартира нам твоя ни к чему. В двух квартирах мы с Алей сразу жить не сможем. Сделать одну тоже не получится, были бы они через стенку, а то напротив! Не глупи, Эля.

— Что за дядька к нам приходил сегодня? – спросила Аля с набитым ртом.

Она откусила большой кусок бутерброда с колбасой и отхлебнула чай из бокала.

— Ну приходил и приходил, какая разница? Пришёл, ушёл, — пряча глаза, уклончиво ответила бабушка.

— Баб, он такой стрёмный! Что ему нужно от тебя? – не сдавалась Аля.

— Стрёмный?! Да как ты смеешь, Алечка, отца своего таким словом называть! – возмутилась бабушка.

У Али самопроизвольно открылся рот, и часть не дожёванной кашицы выпала на стол.

— Отец?! Эт-то был мой от-тец?!

— А ты, что же, не узнала его? – в свою очередь удивилась баба Надя.

Вот тот сутулый кашалот, бесформенный комод, сломанный чемодан с затравленным взглядом избитого бродячего пса Алин отец?!! Как она может его узнать, если даже воспоминания о нём стёрлись!

Когда маленькая Аля умирала от тоски и безысходности в больнице, отец не приходил её навещать, хотя бабушка ему, наверняка, сообщила о тяжёлом заболевании дочери. Это вам не ОРЗ или прыщик на попе. Девочке реально было плохо, так плохо, что сердце останавливалось, дыхание прекращалось.