Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

Глава 3. Непростое решение

Осень постепенно охватывала каганарт. Уже позолотилась листва на деревьях, крестьяне закончили собирать урожай. Холодные ветра все чаще пронизывали до костей. Я куталась в меховую накидку, но топить печи пока не велела.

На столе лежал лист желтоватой бумаги. Еще два скомканных листа валялось рядом.

Хотелось написать одновременно четко и мягко, но без излишних сентиментальностей и извинений. Я скрипела зубами, кусала губы. Черт, как же подступиться к такому деликатному делу?

Уважаемый… слишком официально. Дорогой — фривольно. Ладно, обращусь просто по титулу:

Каганетт Бивир Кур!

С нашей последней встречи минуло уже несколько недель. Вы обещали обосноваться в Куроване и приложить усилия к защите наших земель. Айзеланский каганарт — суровое место в части климата. Здесь рано наступает осень, а зимой все дороги заметает снегом. В связи с этим предлагаю нам назначить встречу до наступления холодов. Несмотря на ряд разногласий, возникших между нами, нам стоит объединить усилия по защите каганартов. И мне не хотелось бы сваливать все обязательства исключительно на ваши плечи. Посему буду рада видеть вас в моем каганарте в качестве гостя или же явиться в назначенное вами место для переговоров.

Каганетта Энорэт Лика Сэм Ву Ито-Ланская.

Нет. Их Превосходительство каганетта Энорэт Лика Сэм Ву Ито-Ланская.

Или все-таки добавить «уважаемый»? И почему мне все время кажется, что я извиняюсь перед ним? Ладно, пусть считает, что я и вправду чувствую вину.

Правда была в том, что я действительно ее чувствовала. Из головы никак не уходили слова Зигая: «Ты никогда не задумывалась, что, возможно, он так же одинок, как и ты?». Я привыкла думать о приближенных к императору, как о бездушных кровожадных волках. Да, многие погрязли в интригах и политике, но каждый из них когда-то был невинным ребенком. И, кажется, Амирош сохранил свою человечность в полной мере. Поэтому, если кто-то и отгородился от прямого диалога, так это я. И теперь плачу за это, преодолевая в себе какой-то панический страх. Страх признать свою неправоту, страх пойти на сближение. Ох, да я находка для психотерапевта… но, увы, таких тут не водится.

Я переписала письмо на чистовик, добавив все-таки в обращение «уважаемый». Пока будем строго официальны.

Заклеила конверт, поставила свою печать. Отложила в сторону и задумалась, о чем мы будем говорить с Амирошем при встрече. И где она состоится.

Два дня назад из Айзелана в Западный отбыл баур Урын. Уехал, явно довольный проделанной работой. Ведь я доверила ему то, о чем не знали даже самые близкие мои слуги.

Оставалось отправить письмо и ждать ответа. А потом действовать по ситуации.

Я придвинула к себе лежащий на краю стола пакет документов. На титульном листе значилось: «Брачный договор». Понадобилось больше недели, чтобы составить его и выверить все детали.

Почему я не доверилась никому из советников? Они были бы слишком пристрастны. Лиша бы отговаривала меня от этого шага, Цвинт бы во всем искал выгоду, а Лунарт, хоть был хорош в цифрах, в юридических формулировках понимал слабо. Так что лучше сохранить все в тайне.

Пока Урын работал, я составила несколько вариантов посланий в Триниан. Конечно, отправить их я смогу только весной, когда сойдет снег, но продумать содержание можно было уже сейчас. К тому же, чем больше я думала, тем больше приходила к выводу, что пора начать действовать. Если сидеть и ждать, пока меня лишат власти через нежеланный брак или интриги, то можно стать безвольной игрушкой в руках более решительных людей. Нет, я не позволю этому произойти. Я отправлю послание с самым надежным гонцом, который сможет не только передать его Андрэ или Ханту, но и проследить, что оно попадет в нужные руки.

Этим гонцом буду я сама. А чтобы меня не захватили врасплох, возьму с собой сопровождение из воительниц: они служат Милоа и мне, поэтому не будут задавать лишних вопросов по поводу соответствия моих действий воле императора. А на той стороне империи даже его власть не будет представлять для меня угрозу.

Пока я раздумывала о путешествии в Триниан, письмо каганетту ехало с почтовой повозкой в Курован. Я постаралась временно выкинуть его из головы. Моя жизнь и без того походила на круговорот. Каждый день я разгребала ворох отчетов, порой доводивших меня до отчаяния, объезжала земли вокруг Айзелана, а иногда наведывалась в Западный, а то и в Эсхол. Ежедневно принимала у себя трех человек из простолюдинов и несколько более важных персон. Ко мне приезжали не только купцы и успешные ремесленники, но и мелкие аристократы из Эсхола, а также различные чиновники. Кроме того, я следила за всеми строительными проектами, которые курировал Гостав, а также за работой построенных предприятий, рыболовными хозяйствами, охотничьими лагерями и конюшнями.

В этом году у нас было первое крупное пополнение: родилось три чистокровных шикути и еще три полукровки. Шикути были жеребятами от моего верного коня, и я теперь часто называла его папашей.

Наконец, я тщательно следила за главной житницей своего каганарта — рудниками и кузницами. С наступлением холодов возмущения в Западном постепенно улеглись, производство оружия стабилизировалось, но порой мне казалось, что когда-нибудь оно будет использовано против меня самой. И в этом была еще одна причина встретиться с каганеттом — лучше было бы продавать оружие на восток через него.

Я так закрутилась в делах, что ответное письмо каганетта застало меня врасплох. И еще больше обескуражило его содержание: «Нахожусь на границе ваших земель, заеду через два дня». И подпись. Похоже даже на записку, а не на письмо.

— Не думала, что он решит приехать сюда, где получил от ворот поворот, — поделилась я с Лишей своими мыслями, пока она читала короткое послание.

— Он необычный человек, как и ты. Он наверняка понял, почему ты ему отказала, и решил дать тебе время. А теперь все выглядит так, будто проезжал мимо и решил заехать, — прокомментировала Лиша, еще больше меня расстроив. — И как ты хочешь встретить его? — поинтересовалась она.