Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

Глава 10. Старый знакомый

Наани Пур…

Загадочный путешественник, лучший друг верховного жреца Триниана, неожиданно исчезающий и появляющийся в самый нужный момент, покоривший меня своей внутренней чистотой и доброй улыбкой. Кажется, Энабел как-то сказала мне, что я всегда отзываюсь о нем с восхищением… Энабел. Я уже близко к тебе, моя милая подруга…

Я будто очнулась от невероятно глубокого сна. Видимо, так душа влетает в наше тело после ночных странствий — резкий толчок, и я едва удержалась в седле. Перед глазами все плыло и плясали зайчики, в то время как я пыталась сориентироваться в пространстве.

— Все в порядке? — вопрос, судя по голосу, задала Баска.

— Вроде бы… — прошептала я, ощущая странный привкус во рту.

— Да, каждый раз как в первый раз, — прохрипела над ухом одна из воительниц.

— Ах… — послышался прерывистый вздох Юири.

А потом мозаика стала собираться в моей голове.

— Черт бы побрал эту семейку Пуров! — рявкнула я, резко поддав Шикути по бокам. Конь заржал и неровной походкой направился в сторону. В тот же миг я будто выехала из светового поля и оказалась в кромешной тьме.

«Я совсем забыла про часовые пояса! Здесь, должно быть, ночь!»

— Разница во времени вперед… — будто прочитав мои мысли, произнесла выехавшая вслед за мной Иллия.

— Да, судя по всему, рассвет наступит только через несколько часов. И здесь довольно тепло, — сказала Баска где-то за моей спиной.

— Надо найти место для ночлега, — отозвалась на ее слова Альта.

Я решительно спешилась. Конечно, прошло почти пять лет, и я с трудом понимала, где именно мы находимся. Одно я знала точно — это Триниан.

Я припала к земле, вслушиваясь в ночную тишину. Где-то недалеко шумел лес. Ухали ночные птицы. И тут действительно было тепло.

— Тут и вправду гораздо теплее, чем на западе, — прошептала я, вторя словам Баски.

— Да, даже странно. Или климат меняется так же, как и время? — спросила Юири.

— Нет. Просто здесь холода кончаются раньше. Смотри, под ногами трава — значит, тут уже весна, — произнесла Альта.

— На востоке небольшая роща, кажется. Думаю, лучше укрыться там, — оценив обстановку, сказала я.

Воительницы спешились, и мы повели все еще притихших лошадей в сторону небольших зарослей.

Один раз я споткнулась о какой-то сук, торчащий из земли. Видимо, ориентация в пространстве еще не вернулась, но все равно было досадно — в такой ли форме я хотела появиться здесь?

Вскоре роща укрыла нас от ночного неба.

— Мы на юге Триниана, переходов двадцать от уподножья, — заключила я, растирая в пальцах лист нависшего над нами дерева. Этот запах я ни с чем не могла перепутать.

— Здесь уже водятся дикари? Они опасны? — спросила одна из воительниц.

Я грустно улыбнулась в темноте.

— Насколько я поняла, тут живут не только дикари, не так ли? — обратилась ко мне Альта. В ее голосе чувствовалось напряжение.

— Ты права, — просто ответила я, расстилая на земле плащ.

— И этот сын Зигая, Наани Пур — я никогда не слышала о нем. Он, наверное, был тайным подельником собственного отца… — негромко произнесла Иллия.

— Располагайтесь, мой рассказ будет долгим, но поможет нам скоротать эту ночь. Только я бы сперва сходила на разведку, — вглядываясь в темноту, тихо сказала я.

— Я осмотрюсь, — вызвалась Баска. — Я уже бывала здесь, много лет назад. И если это южная сторона гор, то тут несложно освоиться.

Никто не смел противоречить старшей воительнице. Баска исчезла в кустах, поручив заботу о своей лошади одной из сестер.

— Значит, работая с Кристаллами, Зигай Пур открыл переход до Триниана. И, наверное, сделал это с помощью сына… — подала голос Юири. Девушка самостоятельно устроилась под стволом одного из деревьев и явно все это время обдумывала каждое произнесенное мной и Зигаем слово. И уж от ее острого ума точно не ускользнула ни одна из деталей.

Я вздохнула. Надо было рассказать. Рассказать все.

И слова полились из меня потоком. Я говорила так, будто меня слушала только Юири, которой я абсолютно доверяла, а не отряд хладнокровных, самоотверженных воительниц, большинство из которых я узнала только вчера.

Я рассказала им все: как семнадцатилетней девчонкой попала в Триниан прямо с Земли, как меня встретили разведчики и привели к здешним Милоа, по иронии судьбы носящим имя последователей учения, за которым скрывались хранители. Я поведала им о цивилизации Триниана, где земляне с горцами и беглыми цитланцами пытались по отрывкам своих знаний восстановить земные технологии, где имперцами запугивали, как серыми волками, с самого детства, и Эбериан представал в сознании тринианцев не иначе, как самая настоящая обитель зла. Как единственной целью многих Милоа-землян, попавших на Эбери, был поиск пути домой, и только благодаря этой цели они не сломались и не сошли с ума в чужом для них мире. Рассказала я и о политической верхушке Триниана: хитроумном рыжеусом Айме, похожем на медведя отважном Баджере, о вторых глазах и ушах Айма Камикзе, о верховном жреце Визарде Рике и его таинственном друге Наани Пуре, с которым мы совершили необычное путешествие в недра Триниана во время лютого месяца.

Посреди рассказа вернулась Баска, успокоив нас, что в радиусе мили и не пахнет разумным существом, а я продолжила свою историю.

Перед моими глазами плясали картинки воспоминаний: вот я впервые подхожу к Школе Разведчиков, выдерживая на себе взгляды незнакомых тогда еще учеников, вот страдаю от одиночества, замыкаясь в себе, а потом спасаюсь бегством от хищного зверя, посланного по мою душу как будто самими богами, и встречаю Алекса, с которым была знакома на Земле. И у нас закручивается роман, за который я цепляюсь, как за спасительную нить. А потом нас бросают на передовую, мы ссоримся с Алексом, я участвую в странной операции по обману отряда имперцев и там я впервые встречаю Амироша.

При воспоминании о моменте, когда я, переодетая в дикарку, скакала как сумасшедшая вокруг костра, а он сидел, привязанный к столбу, такой спокойный, собранный, все подмечающий, у меня защемило сердце. Уверена, Юири тоже ощутила что-то схожее, но еще больше она была поражена подробностями нашей первой встречи. Ведь мы тогда были лютыми врагами, которые ровным счетом ничего не знали друг о друге.