Милоа - спасители Эбери. Милоа - разведчица

Глава 9. Из крайности в крайность

– Я запишу тебя в работницы канцелярии, и точка! Ты будешь в курсе всех происшествий, даже более того – будешь передавать вести от разведчиков самому Айму! Разве не этого ты хотела? Идеальный вариант!

– Ал, я и так работник канцелярии!

– Нет, ты действующий ант. Это значит, что, как только будут нужны дополнительные люди, тебя вызовут в поле! И, если ты думаешь, что главная опасность таится в имперцах, ты заблуждаешься. Куда больше проблем доставляют сырость, горные ветра и дикие звери. Большая часть разведчиков погибают от болезней и несчастных случаев, а не от вражеских стрел. Погибают мучительной смертью.

– Да, таковы недостатки моей профессии. Но я выбрала ее, пойми! И теперь – просто уйти и стать канцелярской крысой?! Спасибо, не надо мне этого!

– Я не позволю тебе подвергать себя опасности.

– Да по какому праву ты вообще решаешь за меня?

Вконец рассердившись, я выпрыгнула из постели. Укутавшись в меховую накидку, я сердито затопала к умывальнику.

– Ты моя девушка, черт возьми! Я имею право решать за тебя!

– Что за бред?! – от возмущения я аж фыркнула. – Ты перегрелся под лучами эберийского солнца? Я выросла в равноправном обществе! Никто, кроме меня, не имеет права решать, как мне распоряжаться своей судьбой! Могу хоть сейчас из окна выброситься! – и, дрожа от гнева, я угрожающе приблизилась к окну.

– Ты истеричка!

С этими словами Алекс вскочил, неуклюже кутаясь в одеяло и от этого с еще большей злостью глядя на меня. На миг я даже испугалась – он был подобен скале, и при всей своей ловкости я не смогла бы увернуться от него. Но это был страх лишь перед его физической силой.

– Знаешь, что, – резко выпрямившись и встав спиной к окну, сказала я. – Если бы я была твоей женой, ты бы еще мог участвовать в принятии решения, какой жизненный путь мне выбрать. Но ты всего лишь месяц как мой парень, и то негласно, так что оставь свое возмущение при себе. И дай мне пройти!

Я чувствовала себя рассерженной мегерой, и я была ею. Стремительно прошагав через всю комнату, я стала торопливо одеваться.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, Ли. Ты ни разу не была на настоящем задании. Может случиться так, что тебе неделю придется лежать на сырой земле, высматривая противника, или пересекать вброд ледяные горные реки без возможности разбить лагерь. Я вижу, как ты ведешь себя, на что ты настроена, говорю тебе, как опытный воин – ты не создана для такой жизни, для таких условий.

– Так позволь мне самой определить это!

– Когда ты поймешь, будет уже слишком поздно.

– Но, в конце концов, я все еще здесь, и никто даже не намекнул, что мне следует отправиться на разведку.

– А тебе и не намекнут, а прикажут. Разбудят посреди ночи и скажут идти невесть куда!

– Ну и пускай приказывают, мы же на войне!

– Ты не создана для этой войны!

– Это не тебе решать!

– Оставалась бы лучше в Цитлановке или хотя бы в Вегарде!

– Да, и с завистью бы выслушивала новости с линии фронта? Чем я хуже других женщин, состоящих в отрядах?

– Их очень немного здесь, и большинство работает в штабе.

– Но это пока.

Застегнув жилетку, я посмотрела прямо в глаза Алексу. Подумать только, всего месяц отношений, а он уже воспринимает меня как свою собственность! Пытается управлять, говорит, что надо делать! Опытный военачальник, вот еще!

– Может, ты знаешь что-то, что пока не следует знать нам, простым солдатам? – испытующе глядя на него, прошептала я. Хотя, признаюсь, шепот был больше похож на шипение.

«И зачем я решила лечь с ним в постель? От недостатка интимных отношений? Или от желания иметь защитника? Но, боюсь, здесь я немного переборщила, отхватила слишком большой кусок и немного обломала зубы. Ал сам взял надо мной начальство, а в службе он и вправду будет поопытнее меня…»

– Я знаю многое, что тебе по разным причинам недоступно, – прервал мои досадные размышления Алекс. – Ведь я командующий наступательными войсками. Но события разворачиваются быстро, имперцы уже ступили на нашу землю. Пока они только готовились, я надеялся, ты и сама передумаешь. Я убеждал тебя, говорил, почему я хочу этого, советовал, просил, почти умолял… Неужели так сложно поберечь себя ради меня, ради нас? Я же не прошу тебя уезжать в деревню и заниматься хозяйством! Но все-таки ты же женщина! Взгляни на себя – ты куда красивее была бы в роли интеллигентной дамы или в роли матери, в изысканных одеждах и богатых украшениях, а не в грубой форме разведчика, готового убивать людей. Мы оба с тобой из мира, где общей нормой признана ценность человеческой жизни. Поэтому я прошу тебя отказаться от излишнего героизма и не бравировать! Прошу не из личного эгоизма, а ради тебя самой!

– Я не собираюсь быть неженкой и оставлять перспективу убийства другим людям, когда наша страна находится на грани войны с могущественным врагом! И почему ты, сам убивавший людей, хочешь выгородить меня? Не надо меня оберегать! Не надо!

С досадой отмахнувшись, я вышла из комнаты. Внутри у меня все кипело от досады и злости.

«Последний год жизнь только и делала, что подставляла меня под удар. Сколько всего я вынесла, сколько препятствий преодолела! Целый год я упорно тренировалась, и не защищаться, а нападать! Вместо сна по ночам ползала по лесу, выполняя учебные задания. А в лютый месяц спала в мешке на полу подземелий! И сотни раз сдерживала слезы, потому что знала, что придет момент, когда меня могут ранить, искалечить, не дай Бог – изнасиловать, и я должна буду выстоять, достойно выстоять, глядя врагу в глаза! Наш Триниан гудит, как взбудораженный улей, а Алекс предлагает мне поехать в Цитлановку и ждать его в большом пустом доме, томно вздыхая и вглядываясь в тени за окном! По-моему, он просто нарисовал себе образ идеальной женщины и пытается подогнать меня под него… Это просто невыносимо!»