Милоа - спасители Эбери. Милоа - разведчица

Глава 19. Жизнь в Угоре

Поселение, а вернее, небольшой городок, ставший базой для многих тринианских шпионов, называлось Угор. Я даже улыбнулась, впервые услышав это название, ведь оно было более чем логично: «Поселок, расположенный у гор».

Селение изначально насчитывало около восьмисот постоянных жителей. И было бы сложно остаться незамеченным там, где все хорошо знали друг друга, если бы не обилие приезжих. Угор был хорош тем, что кишел чужаками, как земной туристический город в пиковый сезон. Каждый день сюда наведывались солдаты, стремящиеся отвлечься от жизни в лагере. С ними торговали многочисленные купцы, прибывавшие из самых разных краев империи. Здесь же останавливались и многие жены военных с детьми, приехавшие повидать своих мужей и отцов, а, может, и остаться навсегда. Наконец, редкие скитальцы из гор забредали сюда, якобы устав от одичалой жизни среди горцев.

Местные жители Триниана побаивались. И страх этот поддерживался в том числе нашими антами и шпионами – то есть теми, кого считали несчастными беженцами или их потомками. Одно слово «горцы» наводило ужас на мирных жителей уподножья. Более того, так же, как мы считали имперцев опасными и непобедимыми воинами, вооруженными до зубов, так и жители Угора приписывали горцам непревзойденную силу, ловкость, а подчас и магические способности.

Самым забавным и одновременно грустным было то, что настоящие цитланцы, бежавшие в Триниан много лет назад, сейчас вспахивали поля в плодородных долинах, ничего не зная о жизни бывших родичей. Циркуляция информации в Триниане и вправду была под тщательным контролем. Молва быстро разносила вести, но эти вести были всегда заранее профильтрованы тринианской верхушкой.

Так, крестьяне, например, были уверены, что год назад в Триниан пожаловал сам Атамурлан, и храбрые разведчики обвели вокруг пальца целую имперскую орду, вторгшуюся в наши горы.

Удивительно, насколько наивно люди доверяли сплетням. Однако такое простодушие сыграло на руку в том числе и мне. Если бы из Триниана в селение приходили только закаленные воины-мужчины, это могло бы вызвать подозрения: где же беглые женщины, где их несчастные дети, томившиеся среди холодных скал?

Поэтому среди антов и шпионов были и женщины, и совсем молодые юноши или девушки. Они могли казаться странными в глазах местных, но те с легкой руки объясняли все их происхождением. Так что разыгрывать из себя жертву исторической борьбы горцев и имперцев мне было не обязательно. Моя легенда гласила, что я родилась и выросла в горах – отсюда моя выносливость, необычные способности и «мужеподобность». Поэтому я еще не замужем и не окружена оравой детей. Какие-то разбойники убили моих родителей (были ли они цитланцами или горцами – загадка даже для меня), меня же подобрали и вырастили шаманы одного могучего племени, а потом я несколько лет скиталась и познакомилась со многими жителями гор, пока один мудрый шаман не посоветовал мне идти «к людям», то есть в уподножье.

Кто же встретит меня, отважную сиротку с гор, в первом цивилизованном селении этих краев? Конечно же, Андрэ.

Андрэ был землянином, то есть Милоа. Единственным Милоа-шпионом. Сначала он был антом и якшался с местными цитланцами, но затем на время покинул уподножье, выполняя другие задания в Триниане, пока, видимо, не попался на глаза Лоренту. И неспроста. Этот человек отличался железной волей, абсолютным спокойствием и пользовался славой ловкача и мудреца во всем Угоре и даже в лагере имперцев. Его называли Полукровкой с гор, так как считали, что в его венах течет одновременно горская и цитланская кровь. Он мог даже спокойно разгуливать по военному лагерю имперцев. Но главное его преимущество было в том, что старые шпионы его не знали. Как так получилось – сложно сказать, но именно поэтому Лорент и избрал Андрэ главным среди своей новой ветви. Более того, Андрэ сам разрабатывал эту ветвь и предложил несколько удачных кандидатур – антов, которые также не имели никаких связей со шпионами, но показали себя незаурядными личностями.

Следует отметить, что в Угор порой забредали и настоящие скитальцы. Это были цитланцы-беженцы, которые не углубились в горы после изгнания и не стали частью цивилизации Триниана. Они превратились в настоящих бродяг, жили в убогих селениях, разбросанных по уподножью, и терпели постоянные нападки имперцев, которые считали, что именно эти несчастные грабят склады и убивают имперских разведчиков, в то время как все это совершали тринианские воины.

Поэтому в Угоре было крайне сложно определить, кто чужой, а кто только скрывается под личиной чужака. Андрэ отлично маскировался – его черные как смоль волосы были схвачены в небольшой хвост, он носил эберианскую одежду и даже имперскую саблю. К такому удалому молодцу, даже если он и прозябал раньше в горах, лишний раз подходить никто бы не решился. К тому же, по словам Лорента, Андрэ с усами и бородой и без них – это два разных человека. Поэтому в Угоре он носил аккуратно подстриженную бороду, а по прибытии в Триниан сбривал ее, облачался в одежды рядового анта, а иногда, когда приезжал на долгое время, даже брился наголо, что делало его почти другим человеком. Как многие Милоа, в Триниане он взял другое имя – Кле-Кут, горского происхождения, за что коренные горцы его особенно уважали.

Что касается имени Андрэ, то в Угоре ему никто не удивлялся, потому что оно было весьма распространено. Непонятно, откуда земное имя взялось в эберианском обществе, но столь многие мальчишки и мужчины, в том числе и цитланские, звались Андрэ (Эндрэ, Андре и прочие вариации), что имя хитрого анта не вызывало ни у кого подозрения.

Я же собиралась разыграть одичавшую девчонку, которая, несмотря на охотное проживание в Угоре, не может и недели просидеть, не побывав в горах. И эта роль была вполне по мне.