Милоа - спасители Эбери. Милоа - разведчица

Глава 22. Возмездие

Мы провели в доме лесника следующие сутки. Милоа отоспались и выслушали мою историю о мире, куда они угодили. Выслушали ее и Ирдиг с Нуридой – едва веря, поражаясь, впадая в долгое раздумье, они постепенно принимали новую реальность своего собственного существования. Главной проблемой теперь было – сохранить тайну не только от имперцев, но и от тринианских шпионов.

– Лучше будет вам, – обратилась я к угорским друзьям, – вернуться домой и продолжить жить как прежде. А потом, через полгода или год, уехать в Таруташ. Я же провожу Мефа и Марго в Вегард.

– Ты вернешься? – спросила Нурида, глядя на меня почти умоляюще. После моего разоблачения она потянулась ко мне с двойной силой, что меня сильно удивило, но и тайно обрадовало. Будто моя миссия, моя необыкновенная история наделили меня каким-то особо привлекательным ореолом.

– Вернусь. Возможно, очень скоро. Меня могут и не пустить до Вегарда. Шпионы – тоже в какой-то степени изгнанники. Но если мне позволят лично устроить Марго и Мефа и повидать друзей, я могу задержаться и на более длительный срок.

– Я могу сказать, что ты наткнулась на след соплеменников, узнала их и отпросилась у меня с работы, – предложил Ирдиг.

Я задумалась.

– Нужно объяснение, которое и оправдывает мой поступок, и достаточно убедительно звучало бы для тебя.

– Я вполне мог бы поверить, что твое племя бродит где-то поблизости, и ты захотела повидаться с ними, – пожал плечами Ирдиг. – Мог даже сам предложить тебе пойти к ним.

– Пускай будет так, – кивнула я. – И еще… я верю всем вам, и все же, от наших дальнейших действий, от того, как мы распорядимся имеющимися у нас знаниями, зависят жизни тысяч людей. Поэтому предлагаю поклясться – поклясться в том, что никто не выдаст тайну цивилизации Триниана.

Несмотря на некоторую пафосность моих слов, Ирдиг с Нуридой отнеслись к ним очень серьезно. Меф с Марго тоже согласно кивнули.

Я протянула руку вперед.

– Для меня это очень важно. Не потому, что я опасаюсь за свою жизнь или свято соблюдаю заветы тринианцев, но потому, что этим живут люди, множество людей, которые попали сюда не по своей воле и всего лишь пытаются найти путь домой. И которые однажды смогут изменить этот мир. Это важно. Важно не подвести других. Важно не разрушить их веру.

Захваченная торжественностью момента, я взяла кинжал и слегка провела лезвием по ладони. Земляне были явно впечатлены этим действием. Ведь одно дело – читать об этом или видеть в фильмах, и совсем другое – участвовать в ритуале и быть причастными к чему-то большему, которое зависит от тебя, но от которого зависишь и ты.

Они положили свои руки на мою и тихо поклялись. Я смотрела на их лица – в их глаза. Эти люди были мне во многом незнакомы. Каждый из нас жил в своем мире, в своей реальности, ни одна из которых не была истинна. Но, несмотря на все сложности, мы нашли точку соприкосновения. Момент во времени и пространстве, когда наши души распахнулись навстречу друг другу. Я чувствовала ценность этого момента, ведь такое происходит редко.

Мы легли спать. Завтра нам предстоял долгий путь. Мы соорудили еще одну постель из хвойных веток и срезанного кустарника, укрытого попоной.

Земляне держались и спали вместе, но не было похоже, что между ними близкие отношения. Нурида продолжала мужественно переносить непривычные для нее условия. Ирдиг поддерживал не только ее, но и землян.

Я не чувствовала себя одинокой, но все-таки после моей истории, после того как я убила имперских солдат, друзья стали относиться ко мне с некоторым скрытым опасением. Нурида была дружелюбна и иногда, кажется, забывала о моем происхождении, обращаясь со мной, как в старые добрые времена. Но когда вспоминала, ей сложно было так же беззаботно улыбаться, она напрягалась, глядя на меня, и как будто искала в моем лице знакомую ей Лику. Я восхищала и отпугивала ее одновременно.

Ирдиг же не стал скрывать перемены в отношении ко мне. И в этом я ценила его жестокую мужскую честность. Он поглядывал на меня с недоверием, видя, наверное, потенциального врага. Ведь если бы он осуществил старую мечту и стал военным, он мог бы быть убит мною или обязан был бы убить меня. Этот внутренний конфликт явно не давал ему покоя, поэтому он ходил с хмурым видом и обращался ко мне очень сухо. К счастью, где дело касалось бытовых вопросов и решительных действий, Ирдиг по-прежнему отодвигал эмоции на второй план и рассуждал трезво.

Возможно, я могла бы пожалеть, что открылась им, или беспокоиться о том, не выдадут ли они мою тайну. Но все мы были связаны клятвой. А для эберианца клятва – нечто гораздо большее, чем для землянина.

Именно на это я и рассчитывала.

Я спала, как всегда, у печи в сенях. Мы запланировали встать рано, поэтому я заставила себя быстро уснуть. Не знаю уж, какие тренировки требуются, чтобы выработать столь полезную привычку, но только теперь я осознала, насколько сильно повлиял на меня Триниан. Когда я только поступила в Школу разведчиков, в моей душе полыхало пламя сомнений, проносились ураганы смятения, а ум был поглощен роем малоприятных мыслей. Но это все осталось в прошлом. Теперь, даже пребывая в гораздо более стрессовых ситуациях, я оставалась предельно собрана: глаза подмечали все детали, реакция многократно улучшилась, тело окрепло, бдительность возросла, а сон приходил быстро и по одному усилию воли.