Милость крестной феи

Часть 2. Эли и фея (1)

С самого начала у Старой Хозяйки, Маргареты и Одерика вышел спор – как уберечь маленькую Эли от злой воли феи.

-Нужно держать ее взаперти, - говорила Старая Хозяйка. – Пусть не выходит со двора, ни к чему ей глупые детские забавы и праздное шатание по округе. Наймем старуху-учительницу – самую строгую изо всех! - она научит Эли читать и писать. А затем, едва девчонке сравняется пятнадцать лет, выдадим замуж за надежного человека постарше – чтоб и он за ней приглядывал. Обручить их следует пораньше, хоть бы и в первый год ее жизни! Будет с ранних лет знать, что будущее ее предопределено - и о глупостях думать не станет. Влюбиться она попросту не успеет, да и не в кого. Феи сильны в лесах и в старых садах, а в дом честных людей им ни за что не проникнуть, руки коротки. Опасность подстерегает Эли в большом мире – стало быть, нужно сделать так, чтобы она туда не сбежала!..

-Ох, матушка, не слишком ли вы строги? – взмолилась Маргарета. – Это все не намного лучше того будущего, которое сулила ей фея! Бедное дитя будет жить как в тюрьме! Быть может, поубавить строгость? Она будет расти под постоянным присмотром старших, я согласна, но почему бы ей не выходить из дому со мной или же с вами? И без подруг ей будет скучно. Пусть у нас погостят соседи – велика ли в том беда? Мы всегда увидим, благонравны ли те девочки, с которыми водится Эли, и подскажем ей, с кем дружить, чтоб никто не внушил ей дурных намерений… Что скажешь, Одерик?

Одерик все это время возился с Эли и делал ей козу, так что можно было подумать, будто он не расслышал ни единого слова. Заговорил он не сразу.

-Запереть Эли на семь замков, выпускать из дому только под присмотром матери и бабки – а то и обеих сразу!.. – задумчиво произнес он. – Разрешать ей говорить с теми девочками, которые покажутся нам послушными и благонадежными! Обручить пораньше с каким-нибудь стариком, чтоб она знала – в пятнадцать лет ей придется выйти за него замуж! Да еще и карга-учительница – как будто всего прочего мало!.. Как по мне – нет вернее средства, чтобы девочка решила: отсюда нужно бежать со всех ног, едва только представится возможность. И уж тут-то беды не избежать – с проклятием или же без него. В противном случае она вырастет настолько тихой и робкой, что будет бояться каждого шороха и подчинится любому приказанию – стоит только кому-то прикрикнуть и принять важный вид. А ведь ей, возможно, придется когда-нибудь ослушаться лесную фею! Эли должна вырасти настолько храброй и упрямой, чтобы не испугаться проклятия и побороться за свою судьбу...

-Да кто же посмеет ослушаться фею? – вскричала Старая Хозяйка, всплеснув руками.

-А кто сумеет спрятаться от ее проклятия? – ответил вопросом на вопрос Одерик, и его почтенная теща не нашлась, что ответить на это.

-Вот что я скажу, - он говорил твердо и уверенно, не отводя взгляда от крошечной дочери, лежавшей у него на руках. – Эли никуда не сбежит из лесного края, если полюбит его от души и почувствует себя счастливой и свободной, как нигде более. От добра добра не ищут. Да и каков смысл был в том, чтобы уберечь ее от сиротской горькой доли, если взамен мы награждаем ее судьбой бесправной узницы, запертой в четырех стенах? Пусть у нее будет все, что она пожелает. Пусть даже тень той, второй судьбы никогда не коснется ее. Чем больше у нее будет друзей и подруг – тем труднее ей будет расстаться с родными краями. Кто знает – быть может, она так крепко влюбится в кого-то из здешних парней, что ни одно проклятие не сможет с этим ничего поделать!.. А если уж беды не удастся миновать - у Эли хватит сил и мужества, чтобы узнать правду.

-Счастливые люди слабее несчастных! – проворчала Старая Хозяйка. – Беды и невзгоды закаляют человека!

-Или же пугают его так, что он глаза боится от земли поднять, - непреклонно ответил на это Одерик. – Разве вы, матушка, не приказываете слугам пропалывать грядки, чтобы получить добрый урожай? Отчего же вы не говорите: «Пусть поля зарастают сорной травой, в невзгодах морковь станет крепче, а капусту нужно вовсе истоптать ногами, чтобы лучше уродила!»?

-Людей сравнивать с капустой – смех да и только! – воскликнула Старая Хозяйка, но спорить с зятем далее не решилась.

Что до Маргареты, то в глубине души она была согласна с мужем: страшные картины будущего Эли, обрисованные феей, навсегда отпечатались в ее памяти. Стоило девочке заплакать - и Маргарета тут же представляла, как плакала бы она от того, что ее мучают чужие злые люди, как она ищет помощи и утешения - но не находит. Конечно же, ей хотелось, чтобы Эли никогда не знала бед и огорчений, да и строгость Старой Хозяйки ей в детские годы довелось узнать как нельзя лучше: матушка была временами добра, по большей части справедлива, но жить с ней в одном дому было решительно невыносимо.

Так и вышло, что воспитывали Эли согласно воле ее отца, а отцом Одерик был предобрейшим.