Милый Карл!

9. Подсвечник

― Мы обязательно увидимся, любимая! Слышишь?

Сверчок всматривалась  в тень того, кто говорил с ней. Она находится у крыльца консерватории. Человек, назвавший ее любимой, стоит на четвертой ступеньке. Такая знакомая тень, совсем на тень  непохожая, ― светлая, высокая, широкоплечая со знакомым мужским голосом, проникающим в душу.  Кто он? Такое чувство, словно они знают друг друга давным-давно. Она боится, что он исчезнет. Он тянет к ней руки. Она шагает навстречу. Руки не подает. Слышит громкий стук своего сердца. Затем, он подходит близко, очень близко и… исчезает.

         — Вчера я познакомилась в лесу с Горном Хрустальным! — глаза Ладьи светились лукавым, довольным огнем. — Принц  богат и  красив! — рассказывала она сестре. Сверчок, молча, перемывала посуду в простеньком тазу, радуясь бликам солнца, танцующим на воде. Ей с детства нравились солнечные лучи.  Вдруг она подняла глаза на старшую сестру — Ладья перебирала покрашенные  бусы, разглядывая их фальшивый блеск на солнце. Сейчас она выглядит веселой и счастливой, потому что познакомилась с принцем.

         Сверчку стало страшно — Ладья выйдет замуж и уедет  в другое королевство, а она останется здесь одна с аквариумом, картинами и воспоминаниями о консерватории. Была ли она, та жизнь: город, работа, её первая картина, садовник? Этот сон… Кто он? Она поверила в его любовь. Неужели, такое бывает?

         — Горн Хрустальный? — переспросила Сверчок  у Ладьи. — А где дом…королевство его семьи?

         — Не знаю! — рассмеялась Ладья. — Я не спрашивала. Да и неважно! Понимаешь, Сверчок, мне стало как-то неловко — он такой красивый и конечно богатый, а я нищая замарашка. 

         — Ты не должна так говорить! — воскликнула младшая сестра. — Потому что…

Ладья  перебила её:

         — Я тебя умоляю, Сверчок, перестань носить черный цвет! Он тебе ни к чему. Люди, которые постоянно носят темные платья, не могут понравиться. Ты  даже бусы не надеваешь! Останешься одна. Будешь до старости лечить птиц и зверей, считая морщины и носовые платки, — Ладья усмехнулась, разглядывая сестру. Она знает, что сама одна не останется. Каждый взгляд Ладьи говорит об этом.

         — Кто-то должен лечить зверей и птиц, — тихо промолвила Сверчок. Сердце тревожно забилось — ранили её слова сестры.

         — И что только нашел в тебе лесной колдун?! — вздорно пожала плечами Ладья. — Странная будет семейка! Он же совсем древний. Сколько ему…тысяча лет? Сверчок вздрогнула, неожиданно, вспомнив, взгляд колдуна. Сколько она уже живет здесь?

Несколько раз замечала она лесного колдуна в темном одеянии, неподалеку.  Глаз  не отводит от нее. И отливают  глаза его всегда разным цветом: серым, смородиновым, а недели две назад — бронзовым. Две недели назад?!

Колдун, словно не имеет возраста. Неприятным его не назвать, но от одного присутствия страшно становится. Ни разу не заговорил он с ней. Лишь однажды, она поздоровалась и сразу  пожалела об этом, до того тягостным показалось ей его молчание. Не убежала. Занималась в сторонке лесными делами: кормила молодую лань, следила за ежатами, расчесывала белого песца деревянным гребнем. Ей следует избегать лесного колдуна!

         — Думаю, Горн Хрустальный очарован мной! — воскликнула  Ладья. — Будет наша семья жить во Дворце Кристаллов. Я, так и быть, буду время от времени навещать тебя!

         Сверчок вздохнула и промолчала. Лишь край бледной тарелки задел стакан и нарушил тишину.

         — Смотри, перебьешь нам всю посуду! — усмехнулась Ладья и отправилась в свою комнатку. Створки старого шкафа заскрипели, ― сестра выбирает  другое платье, чтобы своей красотой покорить Горна Хрустального.

Ровно в полночь, Сверчок закуталась в серебряный плащ, завязала  косынкой голову, а сверху для тепла накинула капюшон. Взяв в руки старинный подсвечник, она выскользнула за дверь.

         Темнота уже накрыла лес своим пологом. Поскрипывая среди деревьев, она пролетала над землей и переливалась таинственными синеватыми отблесками. Сверчок шла в направлении Тихой реки, вслушиваясь в собственное дыхание.

         Этой весной снег сошел необъяснимо быстро. Но молодая трава не торопилась показаться из земли. Время точно остановилось. Все виделось принцессе застывшим и печальным. Она двигалась осторожно, а лохматые сосновые лапы раскрывались перед ней, указывая на спрятанные тропинки.

         Раньше бабушка собирала в этот подсвечник свет Луны, устанавливая его у самого края лунной дорожки на берегу реки. Да, она уверена в этом. Теперь Сверчок  пугает своими шагами застывшие сосны.

         Видимо, с прошлой осени сохранились черные листья. Слишком долго лежали они под снегом и почернели. Сверчок наклонилась за одним листом и положила на ладонь.  Он оказался безжизненным и одиноким. Принцесса напугалась его несчастной тишины и вернула обратно на землю. Ветер пронесся вокруг девушки и закрутил темноту в воздухе. Лес закружился в танце, подчиняясь слепым порывам стихии. Лишь гордая луна на этом фоне превратилась в огромную, сияющую монету.

         Принцесса остановилась. Повернулась к ветру спиной. Дыхание ее сбилось. Мысли неслись друг за другом.  Завтра придется варить кашу. Ладья не любит  кашу, но ведь есть больше нечего. Зачем? Зачем Ладья потратила последнюю монетку на эти ленты? Главное — это доброта и трудолюбие.  Именно в этом  обитает настоящая красота. Никакие ленты не смогут их заменить. Одной рукой Сверчок сильнее запахнула плащ. И почувствовала, как ветер проникает в широкие рукава, за ворот. Во второй руке — подсвечник бабушки.