Милый Карл!

13. Ночная дорога

         Май. Сверчок старалась  не думать о граче. Ладья ходила то мрачная, как туча, то, счастливая. Сестра ничего не рассказывала Сверчку. Принцесса варила каши и мерила ложками постное масло. Кроме растительного масла, жиров не осталось. Ладья часто прогуливалась до фермы и иногда приносила оттуда  ломтики свежего хлеба. Сверчок очень похудела. Она переживала, как там колдун, но в лес не ходила.

         Однажды  вечером посмотрела в зеркало и подумала, что он мог и позабыть о ней. С этими мыслями легла спать. В начале десятого вечера, Сверчок услышала  слабый стук в окно. Принцесса напугалась, но поспешно вскочила с кровати. Не зажигая свечи, подошла  в полной темноте к подоконнику.

         Сквозь высокие тени деревьев, заполнявшие крошечное стекло вползала темнота. Если бы окно выходило на  противоположную сторону, то сейчас, в мае, было бы гораздо светлее. Но лес закрывал собою свет, навевая на девочек дрёму после девяти вечера.

         Какое-то мрачное, тоскливое предчувствие заставило сердце Сверчка биться тревожнее. Она раскрыла створки окна и пыталась пересилить свинцовые лапы страха, подступающие из леса. Ветер влетел в ее комнату и окутал своим дыханием одеяло с изображением чайных роз и самодельную куклу с лазурными глазами. Пока ветер шелестел страницами книг и раскатывал карандаши на столе, за окном послышалось шуршание и небольшой, темный комочек из меха впрыгнул на подоконник, прямо к рукам принцессы.

         — Белка!  — воскликнула Сверчок, рассматривая вечернюю гостью. Уши белки настороженно прислушивались, пушистый хвост замер, словно она слышала что-то далекое. Глаза белки выглядели встревоженными и беспокойными. Наконец, она посмотрела на принцессу, и огромная прозрачная слеза скатилась по маленькой щеке на подоконник.

         — Тебе нужна моя помощь? — спросила принцесса, предчувствуя что-то страшное.

         — Он исчезает! — вымолвила белка и вцепилась в руку Сверчка с такой силой, что когда выпустила когти, из-под них, на коже принцессы появилась кровь.

         Сверчок испуганно взглянула на белку. Всего один миг, и принцесса поняла о ком речь. Ладони ее задрожали, а сердце сжалось от налетевшего холода. Она медленно, точно во сне освободила руку от беличьих лап и поднесла ее к сердцу. Оно бешено колотилось, и с каждым ударом перед глазами принцессы проносился образ колдуна или грача, который спрашивает, будет ли она думать о нем.

         — Вам будет неприятен мой ответ, — сказала она в последнюю встречу.

         — И всё же, — добавил он. Именно тогда она впервые увидела эту белку. Она покачала головой, словно прочла мысли колдуна. «Он ведь обманул ее тогда? Иначе, откуда этой белке все знать? — пронеслось в мыслях принцессы. — Белка что-то знает?»

         — Он обманывал, ведь так? — посмотрела она в глаза белки.

         — Иногда правда слишком тяжела, — пожала плечами белка. — Увы.

         — Что с ним? — в ужасе спросила принцесса. Быть может, она видела грача тогда в последний раз. Почему?! Почему, она не пришла к нему вновь?!

         В комнату проник страх, а ветер исчез. Ветер исчез и за окном. Начался сильнейший дождь. Он прорвался из темной тучи и метал свои холодные, неприятные стрелы в лесную чащу, на крышу дома, на крыльцо. Струи его попадали на подоконник, и белка проворно захлопнула окно одной лапой. Где-то далеко, будто не здесь, услышала Сверчок отголосок захлопнувшейся рамы. Белка следила за ее лицом, затаив дыхание.

         — Он знал? Знал, что исчезает? — шепотом произнесла принцесса. Белка утвердительно покачала головой.

         У Сверчка закружилась голова. Вся комната ее неожиданно заполнилась звездами: серебряными, синими, золотыми. Она наблюдала за золотыми. Яркими бликами, излучали они странное сияние. Как напоминали они глаза колдуна! Принцесса вздохнула, точно ей не хватало воздуха.

         — А…— пыталась произнести она, чувствуя, что не может вымолвить ни слова. — А… где…

         — Он очень далеко. Боялся, что ты увидишь, какой он… Он не хотел, чтобы кто-то видел. Ему тысяча двести лет. Жил, жил и теперь…

         — Ему больно? Почему он думает, что… уходит? Ему можно помочь? — Сверчок торопливо влезла в первое попавшееся платье и накинула сверху плащ. — Что нужно взять с собой? — она точно очнулась. Поняла, что может не успеть увидеть грача в последний раз.

         — Не знаю, —  растерянно пожала плечами белка. — Он попросил тебе передать вот это! — с этими словами, белка положила на ладонь принцессы маленький черный кувшинчик. — Он запретил открывать. Сказал, что это против… против упрямства. Я не совсем поняла. Не до этого было, понимаешь? Мне предстоял такой долгий путь!

         Сверчок задумалась. Однажды колдун что-то говорил об упрямстве, но просил с ним не бороться, а теперь выходит все наоборот. Взгляд Сверчка упал на розу. Днем она переставила горшок на стол. Роза говорила, что её следует отнести колдуну. Она возьмет розу, возьмет весь  горшок. А этот кувшинчик, который отдал ей колдун, Сверчок спрятала его под подушку.

         Дождь хлестал струями ледяной воды. Совсем не видно дороги. Одной рукой Сверчок сдернула капюшон и почувствовала, как ледяная вода разом намочила голову.

         Белка с мокрой дорожки перебралась  к ней на плечо; горшок с крупным розовым бутоном, принцесса несла в руках.